– Ничего себе заявка! Вам, что все равно?
– Нет, мне бы пришлось через три недели сюда ехать, а я их тут, с вами коротать буду.
– Я согласна коротать с вами три недели, давно со мной никто время не коротал! – и она потянулась двумя руками вверх, выгнув свою спину, по которой струились длинные, каштановые волосы.
Филипп от Аллы не мог глаз оторвать, у него даже появилось чувство, что ему нужна именно эта гибкая женщина. У него давно не возникало желание любить женщину. А сейчас Филипп таял от одного вида Аллы, он потек, как мороженое от солнца. Она заметила его влюбленный взгляд, опустила руки, сама поцеловала его в щеку и спросила:
– Скажи, кто ты?
– Я – твой муж, отец твоих детей.
– Понятно, бедный, убогий человек.
– Нет, у меня еще есть способ заработать – мистические предметы.
– Ой, вот загнул, сам понял, что сказал? – засмеялась Алла, сверкая на солнце золотыми кольцами, сережками и браслетами, украшенными многочисленным жемчугом.
Она так и не узнала своего мужа, отца своих трех детей, или сделала вид, что не узнала, у нее теперь был новый поклонник, муж хозяйки гостиницы, Алексашка, он ей дарил жемчуг…
Я заставила себя написать павлиньи эмблемы для шкатулок, краска ушла вся до последней крошки, но кому отдавать заказ я не знала. Никто меня не тревожил, хотя поначалу я боялась возвращения Филиппа, потом ждала звонка Павла, но и тот молчал. Я положила эмблемы в шкаф и закрыла дверь. Выключила в комнате свет, но свет оставался, я осмотрела всю комнату и заметила, что из шкафа с эмблемами идет свет.
– Так и должно быть, – сказала я вслух, в этот момент я услышала трезвон мобильного телефона.
Сухощавый Миша, первым увидел, выходящего из машины, Филиппа.
Филипп оживился, закрутился перед Лианой, в ней он чувствовал что-то настоящее, привлекательное, дорогое и умное. О, она только и успела передать ему свои эмали и получить деньги.
Мы стали прорисовывать вензеля шкатулок, прятать в них эмали, да так увлеклись, что наши руки то и дело касались друг друга над рисунками.
На нас снизошло вдохновение, шкатулки прорисовывались, вензеля оттачивались. Мы чувствовали необыкновенно сильное вдохновение, волнение. Он поцеловал мне руку, я дотронулась до его волос. Он обнял меня, я прижалась к нему, потом резко оттолкнула, и пошла, готовить ужин. Он поплелся следом, как укрощенный зверь.
Я, после отъезда Филиппа, словно осиротела, как после смерти Юлия Ильича. Я почувствовала забытое чувство необходимости своего художественного дара, это состояние ее радовало. Последняя работа мне принесла внутреннюю радость и неплохой доход, у меня появилась мысль стать необходимой для его компании. Но как?
Нужны натуральные предметы, желательно вынутые из земли не в этом году, способные оказывать на человека свое неадекватное влияние. А я умела только рисовать, правда, владела различными способами художественной росписи. Я вспомнила про подводное кофе, вдруг при его строительстве нашли нечто интересное и бросили рядом?
Юлий Ильич в ту поездку был необыкновенно красив. Опять у меня появилось мучительное чувство неприкаянности, но почти сразу родилась мысль написать картину, чтобы мистические мысли рождались ее сюжетом. Зачем мне служить кому-то?
Я сама – компания.
Важно, чтобы в картине был скрытый смысл. Видно море, а из волн вырисовывается голова морского царя! Я решила поставить перед собой сложную задачу, и мне это очень понравилось. Просто села в машину и поехала покупать лучшие краски, холсты и рамы.
Мне позвонил Филипп, когда я уже приобрела внутреннюю свободу, и на его вопрос:
– А, что делать дальше?
Ответила:
– Есть идея, надо сделать коралловый комплект шкатулок, но к нему необходимо добавить картину с изображением морского дна, с этими кораллами, в которых будет запрятаны лица мужчины и женщины, влюбленных друг в друга.
– Умница, Лиана, замечательная идея. А, где взять кораллы и картину?
– Кораллы куплю, картину напишу.
– Платить сейчас?
– Нет, по факту, скажем через месяц.
– Спасибо, милая, ты меня выручаешь, – сказал Филипп, отключил телефон и вздохнул с истинным облегчением, что не надо ничего выдумывать пару месяцев, а просто делать морской комплект мистических предметов.
Я почувствовала себя на седьмом небе, я вновь нашла себя, нашла для себя дело! И вскоре услышала звонок и голос Филиппа:
– У тебя работа кончилась?
– Считай, что так, и мне выполнять твои фантазии.
– Тогда приезжай!
– С радостью.
И мы полетели друг к другу на крыльях вдохновения.
У меня неожиданно появилась мечта, заказать себе яхту на судостроительном заводе, правда, без вдохновения я не умела зарабатывать деньги. Я вспомнила Викторию, ее всегда великолепную внешность, что ни говори, а она осталась для меня женщиной для подражания. Рядом со мной периодически находился Филипп, странно, что именно он помог мне выбраться из длительного творческого застоя. Он, работая программистом, вдруг занялся поиском неадекватных предметов. Эта его новая позиция в жизни нас объединила.
А я любила придумывать новые типы шкатулок, наблюдая за жизнью голубыми глазами, и лучше всего выдумывалась любовь в акватории бывшего дворца, а выдуманную любовь изображала на поверхности картин и шкатулок, трудно избавиться от приобретенных навыков и знаний, с годами они берут верх над всеми другими интересами.
Семейная жизнь с Мишей была фоном моего творчества, иногда мне хотелось покинуть акваторию первой любви, очень хотелось, но я уже давно понимала, что это практически невозможно. Каким-то чудом, эта местность для меня стала родной.
Жара усиливалась, травы желтели, море пенилось и держало меня в своем плену.
2005- 2007
This file was created with BookDesigner program [email protected] 24.10.2008(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
