Серина сползла с кровати на пол. А я продолжала:
— Сегодняшняя боль — так, лишь дружеское предупреждение.
— Клянусь! Клянусь, что я больше никогда… — еле шевеля белыми губами, прошелестела Серина. — Я все сделаю, как ты сказала! Все!
— Вот и хорошо, — похвалила я. — И Аджера предупреди. Так, чтобы он понял с первого раза. Чтобы его не пришлось предупреждать мне.
Она упала передо мной на колени и, простирая ко мне руки, взмолилась:
— Только не Аджера! Только не его…
Но ее мольба меня не трогала.
— Все в твоих руках, — ответила я. — Мы не нападаем первыми.
Она мелко закивала. Я решила, что урок маркизой усвоен, и вынырнула из волшебства в реальность.
— Ну, как все прошло? — нетерпеливо спросила Йолла.
— Думаю, теперь в лице Серины мы обрели сильного союзника, — усмехнулась я.
— Молодец! — похвалила ведара. — Я знала, что у тебя получится.
Она забрала у меня кристаллы и принялась расспрашивать о Появлении. Краски, запахи, свет, четкость. Результатами она была очень довольна и снова велела удобно устроиться в кресле и готовиться к следующему Появлению. На сей раз перед Камиллой.
Фаворитка сидела ко мне спиной на низком пуфе перед туалетным столиком и рассматривала себя в большое хорошо освещенное зеркало. Наибольшее внимание женщины привлекала появившаяся у самого лба широкая толстая совершенно белая прядь. Камилла задумчиво держала ее в руке и проводила пальцами от корней до самых кончиков. Я глянула в зеркало и увидела свое отражение. Бледное сосредоточенное, словно выточенное из мрамора, лишенное эмоций лицо, неестественно синие глаза, сияющие внутренним светом, черные волосы шевелит магический ветер. Тут я встретилась взглядами с Камиллой, тоже смотрящей в зеркало. Она не упала только потому, что уже сидела. Вцепилась в столик так, что белый лак потрескался под ее пальцами. В глазах фаворитки читался непередаваемый ужас. Я даже удивилась тому, что ее темно-рыжие локоны не седеют на глазах.
— Было больно? — услышала я свой холодный и чужой голос.
Женщина, не поворачиваясь и не отводя глаз, кивнула.
— Было страшно?
Еще один кивок в ответ.
— Не оставишь в покое нас, всю нашу семью, иль Вардов, герцогство и баронство в покое, еще хоть раз подумаешь о войне с нами или о причинении вреда….
— Я поняла, — выдавила, наконец, Камилла, перебивая меня.
— Чудесно, — усмехнулась я. — Помни, что предупреждая тебя следующий раз, я могу случайно не рассчитать силу и убить. Ты же этого не хочешь?
— Конечно, нет, — резко выпалила фаворитка.
— Значит, мы поняли друг друга. И прими совет, — прядь не закрашивай.
Камилла рыкнула, схватила со стола пудреницу и швырнула ее в зеркало. Но я уже снова была в Вороне.
С королем Артемием пришлось разговаривать в присутствии целителя и камердинера, но монарх, реакцией напомнивший свою сестру, поклялся мне забыть и думать о нас.
— Знаете, Ваше Величество, мы пришлем Вам наши требования в письменном виде. И да спасут Вас небеса, если Вам вдруг придет в голову не ставить свою подпись под документом, — я улыбнулась, заканчивая аудиенцию. Король, таращась на меня выпученными глазами, только кивал.
— Йолла! Ты с ума сошла! Начала обучение с этого! — услышала я раздраженное шипение Беро, едва вынырнув из волшебства. Глаза я не открывала, прислушиваясь к разговору.
— У меня не было выбора! — ответила ведара с не меньшим недовольством. — Ты бы спрашивал вначале, а потом бы осуждал! Эльфы — сборище ограниченных закостенелых идиотов! Это я знала всегда. Но, учитывая, что она чуть случайно, — ты вдумайся только! - случайно! едва не совершила Запретное, я считаю их поведение преступлением!
— Запретное? — выдавил Беро.
— Да! — зло подтвердила Йолла.
Пожилой гоблин вполголоса выругался. Я самую малость приоткрыла глаза, чтобы видеть происходящее. Беро, схватившись за голову, медленно опустился на стул у стола.
— Я успела остановить, — мягче добавила принцесса, отвечая на невысказанный вопрос учителя.
— Велика Эрея в милости своей, — выдохнул гоблин, молитвенно сложив руки на груди.
— Воистину, — серьезно сказала Йолла. — Из-за наших занятий ты зря переживаешь. Мирэль прекрасно справляется. Это прозвучит странно, она не умеет делать простейшие вещи, но такое волшебство, как Появление, не вызывают у нее трудностей. Вспомни, ведь именно благодаря ее Появлению, подчеркну, что неосознанному, ты смог нас обнаружить в горах.
— Верно, — согласился Беро.
Я сделала вид, будто только что закончила Появление перед королем, и, подавшись вперед, положила кристаллы на стол.
— О, Беро, вы решили к нам присоединиться?
— Да, леди Мирэль, — гоблин тепло улыбнулся, словно только что никакого разговора на повышенных тонах не было. — Мне же любопытно, как работает эльфийская магия с ведарскими заклинаниями.
Я тоже улыбнулась:
— Думаю, неплохо. Не знаю, рассказала Вам Йолла или нет, но войны с людьми у нас не будет.
— Рассказала, — старательно изображая облегчение, ответил гоблин. Но я знала, чувствовала, что эта новость его беспокоила больше, чем радовала. Я доверяла Беро и хотела услышать его оценку ситуации, поэтому уточнила:
— Про Запретное Йолла тоже рассказала? — мой голос прозвучал удивительно жестко и требовательно. Ведар окинул меня задумчивым взглядом и ответил:
— Да. И я очень виноват перед Вами. Я не разглядел Ваш дар, когда познакомился с Вами в Бербурге. А должен был обратить пристальное внимание на Вас и лорда Нэймара, ведь вы оба не умеете пользоваться дарованной вам магией, — повинился гоблин. — Дар герцога сильный, необузданный, но лорд Нэймар как-то ухитряется его держать под контролем, выплескивая магию крайне редко. А Ваш дар… Он казался мне значительно слабее. Если сравнивать, то я увидел в Вас едва ли десятую долю дара Вашего мужа. И посчитал эту крупицу неопасной. Мне очень жаль.
— Что Вы, Беро, Вам не за что извиняться, — я попробовала успокоить подавленного ведара.
Он горько усмехнулся.
— Поверьте, есть за что. Не знаю, как с этим живут эльфы, но… Если бы Вы, не зная или даже догадываясь, что делаете, совершили Запретное, то часть, большую часть расплаты за это деяние понес бы я. Потому что ошибся, оценивая Ваш дар. Потому что не посчитал необходимым учить Вас.
Я глянула на Йоллу. Она кивнула, подтверждая слова наставника. Вспомнились полтора десятка эльфийских магов, отказавшихся учить Нэймара и меня. Наверняка Великая наказывает и их… Не может быть иначе. Но думать на эту тему больше не хотелось.
