лем тайфуна или урагана, то они просто курят по сравнению с тем,
что произошло дальше. Вспышка и страшный грохот наполнил стены
небольшой комнаты. Взрыв пылесоса «Тайфун» наполненного тара-
канами и пылью был эквивалентен грамм 50 тротила. Естественно
вслед за вспышкой поднялся гриб из тараканов и пыли. Венчала
гриб верхняя часть пылесоса. Неизвестно, успел ли Вова принять
позу лежа, ногами в сторону эпицентра, но когда пришел в себя,
его очам предстала ужасающая картина. Пыль вместе с тараканами
равномерно покрыла всю комнату. Дышать было невозможно. При
этом рыжие твари, испытав бешеное ускорение, моментально про-
трезвели от дихлофоса, и, оценив коварство и изобретательность
противника, со страшной скоростью скрывались во всех щелях. Ме-
ханический помощник молчал. Как потом выяснилось, замолчал на-
всегда. Безвыходное положение из шести букв, смекнул Вова.
Смекалка его не подвела.
БИЛЕТ
Выезжаю я недавно из города у моря, стою в кассе «На сегод-
ня» ЖД вокзала. Как обычно – жуткая жара, очередь, ругань, все
злые и потные, лишнюю минуту простоять – смерть. Тут подбега-
ет взъерошенная женщина и начинает просить: «Пустите, меня
372
в поезд не пускают, мне собачий билет нужен». Очередь – реак-
ции ноль. Она бегает, волнуется: «Ну, мне один собачий билет до
Москвы... Мне собачий билет...». Тут сзади мужик: «Ну, че ты ску-
лишь? Ты гавкни как следует!». Пустили...
БЫТЬ МОЖЕТ
Далёкие 80-е. Стоит в курилке политрабочее тело. Подбегает
матрос с выпученными глазами: «Товарищ капитан 3 ранга, раз-
решите обратиться!». «Ну, обращайся, что там у тебя?» – лениво
выпуская дым, ласково отвечает сей политрабочий. «Товарищ
капитан 3 ранга, скажите, а не Вы капитан 3 ранга Сидоренко?» –
выпаливает на одном дыхании боец. Замполит, поперхнувшись
дымом, выдаёт крылатую фразу: «Да хрен его знает, может и я! В
нашем дурдоме всё может быть!».
ЧЛЕН ПРАВИТЕЛЬСТВА
Шла сдача спектакля М. Шатрова «Шестое июля». Это было
всегда очень волнительно, так как всегда присутствовали непони-
мающие люди в искусстве из министерства культуры и еще более
непонимающие из райкома партии! Однако на многих это присут-
ствие воздействовало очень отрицательно как на физическом, так
и на психологическом уровне.
У Шатрова в одной из сцен был текст: «…речь пойдет о вашем
племяннике – члене Временного правительства» вот такой текст;
ни больше ни меньше! Пьеса была очень серьезной хотя бы по
составу действующих лиц: Ленин, Свердлов и т. д. И повода для
смеха не было!
И вот актер, которому достался этот текст: «…речь пойдет о ва-
шем племяннике – члене Временного правительства» – вышел на
свою реплику и сказал: «Речь пойдет о вашем члене…». На сцене
все остолбенели... тогда он понял, что сказал не то и решил бы-
стренько поправить положение, и бойко сказал: «Речь пойдет о
члене вашего племянника…». На что главный режиссер, который
находился в конце зала закричал: «Если у тебя найдется еще один
вариант – считай, что ты уже не работаешь!».
ТЕАТРАЛ
Казанский оперный театр, «Демон» Рубинштейна. Первый
акт, идет борьба за душу Тамары. На вершине одной скалы стоит
черный Демон, а на вершине другой скалы – сверкающий белы-373
![]()
ми одеждами и крыльями Ангел. Каждый утверждает: «Она моею
будет!», – бушует оркестр, кипят страсти, а между скалами лета-
ют маленькие ангелочки (их рабочие сцены то и дело запускают
с разных сторон катиться на маленьких колесиках по невидимым
в полутьме тросам). И вдруг у одного ангелочка колесико с троса
соскочило. Другие все летают, а этот повис неподвижно. Бригадир
рабочих стал руководить спасательными работами. И все могло
бы закончиться благополучно, когда бы композитор Рубинштейн
не написал в своей опере именно в этом месте для всего оркестра
длинную генеральную паузу – это когда внезапно наступает в теа-
тре полная тишина, никто не играет и не поет.
И вот в этой полной, внезапно наступившей тишине все слы-
шат крик бригадира: «Какого хрена ты там смотришь? Пихай его
багром в жопу!!!».
ЕЩЕ РАЗ НЕМНОГО О ЛЮБВИ
Служил в милиции один старлей. Однажды вечером после
трудового дня зашел он в местный бар, где случайно познакомил-
ся с одной девицей. Та пригласила его к себе на ужин, намекнув,
что она отлично готовит завтраки.
Старлей еще тот ходок и, не вдаваясь в глубокие разговоры,
с энтузиазмом принял предложение. Как прошла ночь, история
умалчивает, но наутро, часов так в 7, с диким испуганным воплем
дамочка будит старлея и сообщает, что в полуметре от входной
двери стоит ее муж и нервно жмет на кнопочку звонка. Штаны,
рубашка, ботинки и куртка живо и неаккуратно были натянуты по
пути от кровати до окна. Дело нехитрое, уже отработанное. Стоя-
ла зима, снега в тот день намело по уши.
Бабулька с утра вышла выгулять свою собачку. К ней стал при-
ставать местный хмырь – алкаш, но не хилых габаритов.. Вцепив-
шись в рукав её зипуна, нахраписто канючил малую толику денег на
опохмел. Бабка, понимая, что не отмотаться и не вырваться голосит:
«Милиция, мать твою, помогите!».
Вдруг из окна 3-го этажа, сверкая
кокардой и матерясь матом, прям
в сугроб ныряет мент. Бабка в ауте,
стоит рот проветривает. Старлей,
вылезая из снега, быстро врубается
в ситуацию и тут же вбивает бича
374
башкой в обледенелый асфальт, попутно спрашивая у старушки:
«Мать, не сильно долго-то ждала милицию?». В это время муж той
девицы, войдя в квартиру, смекает, что что-то тут не так. Видя у
дивана мужской, явно не свой, валяющийся носок и незакрытую
балконную дверь, пулей шныряет на балкон и видит, как внизу
мент укладывает оземь какого-то орущего матом кренделя. С мыс-
лями, что мент, приняв прыгуна за крадуна, потому его и пакует,
муж бежит по лестнице вниз, возликовав, что есть маза впервые
осуществить возмездие. Так как такая ситуация в этой семье ока-
зывается не в новинку, но за отсутствием тела супруга всегда вы-
кручивалась. А тут фарт припер. Тело в наличии и зафиксировано.
Вылетая из подъезда, он с разбегу пытается засадить ботинком
скрученного тела по башке, но, поскользнувшись, со всей дури пи-
нает по черепу мента. Мент с мыслью: «Блядь! Не проканало, он
просек и все видел» – делает кульбит из положения «стоя раком»
в позу «лёжа раком на спине» и попутно погружается в звенящую
темноту. Внезапно обретший свободу бич, вскакивая с земли раз-
мазывая сопли с кровью из разбитого носа, видит, как ему думает-
ся, своего обидчика – какого-то фраера в криво напяленной шляпе
и очках, с вылупленными глазами и придурошно – счастливой кри-
вой улыбкой на лице, со словами: «Ах ты падла, защитник х*ев!»
рубит того не пропитым, оставшимся со спортивной молодости
хуком, в глухой нокаут.
Не успев решить, пнуть или два раза пнуть, для контроля, по-
верженного врага, слышит откуда-то сверху бабий вопль, подни-
мает свою расквашенную морду к источнику звука. Так и не успев
понять, что за черная точка, отделившаяся от балкона, так разрос-
лась в размере, что заслонила небо, потерял сознание. Бабка, не
успевшая офонареть от мобильности милиции, но офонаревшая
от калейдоскопа появляющихся непонятно откуда мужиков и па-
дающих бездыханно, грохнулась в глубокий обморок, причем, па-
дая, своей головой практически убила своего уже давно и жутко
обосравшегося от всей этой чехарды и мата мопса.
