Она встала, когда я вошел, и её тонкая фигурка, освещенная колеблющимся пламенем свечи, внезапно вызвала у меня мгновенную вспышку бесполезного гнева. Она улыбнулась. После той первой встречи мы почти не виделись друг с другом. Теперь она робко подошла ко мне — но за её робостью, как я знал, скрывалась редкая твердость характера и решимость.
— Ты избегал меня, Писец!
Неуместность этой фразы накануне восстания крайне поразила меня. Я разинул рот.
— Писец! Что…
— Холли, милая Холли. Я должен делать свое дело. Мне надо разрабатывать планы…
— О, это такие пустяки! Неужели ты не видишь… — она оборвала себя. Прямой подход был в общем-то не в её стиле.
Тут, слава Зару, вошли Генал, Пугнарсес и Болан. Они пребывали в скверном настроении. Надсмотрщики высекли хорошего кузнеца, вменив ему в вину то, что упал выпуск железных гвоздей. Причина была очевидна: он ковал нам наконечники для пик.
— Мы должны распределить нагрузку, — сказал я. — В конце концов, на строительстве хватает рабов, и выковать нужное количество довольно легко…
— Но это хороший кузнец!
— Тем более. Лишняя причина использовать его поосторожнее, Пугнарсес! — резко оборвал я. Пугнарсес бросил на меня злой взгляд, но я заставил его опустить глаза. — Мы — отряд братьев, Пугнарсес. Мы должны сражаться вместе — или вместе отправиться на галеры!
— На галеры мы никогда не отправимся! — вспыхнул Генал.
— Вот и прекрасно. А теперь — слушайте. Сейчас мы переходим к исключительно важному оружию в нашем арсенале.
Я привлек их внимание. Даже Холли стояла, прижав руки к груди, и слушала.
Тогда я рассказал им, какой эффект может произвести сплошной град стрел.
— У нас есть несколько стрелков, — возразил Пугнарсес, — но мало кто разбирается в луках. Сделать-то мы их можем довольно легко, да и стрелы тоже.
— Конечно, маленькие прямые луки, — отозвался я и рассмеялся. Вы, слушающие эти записи, знаете, что смеюсь я редко.
Было бы не совсем верным сказать, что большой английский тисовый лук это крестьянское оружие. Из тиса делали только один из пяти этих знаменитых больших луков, остальные же — по большей части из ясеня, вяза или лещины. Тисовые луки давали только самым опытным и лучшим стрелкам. Я желал бы иметь в своем распоряжении бойцов умеющих стрелять из таких вот луков. Располагая такой смертоносной меткостью пробивающих доспехи стрел, мы могли бы косить магнатов толпами. А так мне приходилось довольствоваться тем, чего могла произвести рабовладельческая экономика.
— На обучение стрелка потребуются долгие годы. Чтобы добиться той инстинктивной меткости и сверхъестественной быстроты, надо начать натягивать тетиву до уха чуть ли не раньше, чем научишься ходить. Забудьте о луках, друзья, если среди вас нет уроженцев Лаха.
— У нас есть несколько таких — некоторые рыжие, но большинство иной масти.
— Хорошо, Болан. Для них мы сделаем луки. Но основным стрелковым силам мы дадим арбалеты.
Мои дикие кланнеры, применявшие изогнутые составные луки, питали некоторое уважение и к мощным арбалетам граждан Зеникки. Однако я решил, что не стану пока делать в точности такие же здесь, в «нахаловке» рабов. Я много раз держал эти арбалеты в руках и прекрасно знал их сильные и слабые стороны.
— Арбалеты? — удивленно переспросил Болан.
— Арбалеты, — твердо и решительно повторил я. — Мы сделаем арбалеты и с ними разобьем магнатов Магдага в пух и прах!
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
О пиках и арбалетах
Конечно, одним только изготовлением арбалетов и стрел к ним, равно как и любого другого оружия, мы не могли добиться победы.
Требовалось обучить людей, которые будут им пользоваться.
Я настойчиво добивался, чтобы обучение велось как можно эффективнее, было проникнуто духом соревнования и стремления к успеху, хотя и не прибегал, например, к тем наградам за неумелость, на которые не скупился в ходе обучения артиллерийских расчетов на борту семидесятичетырехпушечников и фрегатов на других морях, в четырехстах световых годах от Крегена. Нам придется стрелять залпами. Значит, следовало добиваться достаточной меткости от каждого из стрелков — только тогда мы могли обрушить на атакующую кавалерию магнатов смертоносный косящий арбалетных стрел.
Массовое изготовление арбалетов началось, как только первый спроектированный мной арбалет прошел все стадии разработки. Тут мне сильно помогли ремесленники из числа рабочих и невольников, без содействия которых все это предприятие оказалось бы невозможным. Наконец арбалет успешно прошел испытания и получил «добро». Мы начали с простого арбалета, натягиваемого вручную. Как только отобранные мной для обучения ухватили основные принципы и смогли утыкивать стрелами установленные среди переулков «нахаловки» мишени, мы сделали скачок и перешли к арбалетам, взводимым при помощи ворота. Будучи моряком, я сумел произвести некоторые простые расчеты, необходимые для получения удовлетворительного коэффициента прогрессии. Самым, большим новшеством, изобретением которого я довольно-таки гордился, стало нечто названное мной секстетом.
Одна из главных проблем в применении арбалета — это долгая перезарядка. Я уже говорил, что из луков не «открывают огонь». К арбалетам это тоже относится. Арбалет вообще во всех отношениях уступает большому луку в опытных руках. По крайней мере так считается. Мне требовалось организовать своих арбалетчиков так, чтобы свести к нулю как можно больше недостатков этого оружия. Прежде всего, нам предстояло сражаться из-за баррикад. Мне это представлялось существенным. И потому я взял группу из шести человек и поставил их клином. На острие находился стрелок, который действительно выпускал стрелы в неприятеля. За ним стоял во весь рост или на коленях тот, кого я назвал вручающим. Он принимал у стрелка разряженный арбалет и передавал ему заряженный. Позади вручающего располагались двое заряжающих. Они брали взведенные арбалеты и заряжали их стрелами, попеременно передавая оружие вручающему. И, наконец, позади всех помещались взводящие, чья задача заключалась в том, чтобы зацеплять ворот и бешено крутить ручку пока не взведут их, а после передавать заряжающим.
Таким образом, шесть молодцов будут пускать в ход шесть арбалетов — а конечным итогом их трудов будет выпуск единственной стрелы. Большая разница между такой организацией и системой при которой стреляют все шестеро разом, заключалась в возрастании темпа перезарядки. Естественно, в качестве стрелков я поставил самых метких и ловких. При этом когда надо, например, в последний момент атаки, все шестеро могли подняться и дать подобие сокрушительного бортового залпа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
