ты в последний раз видел записку во вторник утром?
– Я отдал ее Джексону.
– Что он с ней сделал?
– Убрал в бумажник, который лежал у него в кармане.
– В тот самый бумажник, из которого он достал триста долларов?
– Нет, деньги он достал из сейфа. Ну а бумажник был вроде как из коричневой кожи.
– Джексон спрятал бумажник обратно в карман, после того как убрал туда записку?
– Спрятал.
Окружной прокурор снял телефонную трубку и что-то сказал. Немного подождав, он сказал что-то еще, после чего снова подождал и наконец произнес:
– Мак? Эд Бейкер говорит. Мне сказали, Фрэнк ушел домой ужинать, и я не хочу его беспокоить. Может, ты сможешь помочь. Скажи, во вторник вечером кто-нибудь проверял карманы Джексона? Ты лично? Прекрасно! А ты, случайно, не находил коричневый кожаный бумажник? А содержимое проверял? Скажи, там лежал листок бумаги?.. Нет, погоди, листок белой бумаги?..
Пять минут спустя окружной прокурор отодвинул телефонный аппарат, встал с места и, посмотрев на Сквинта Харли, отрывисто сообщил:
– Никакого листка там не было.
Харли поцокал языком:
– Чтоб мне провалиться! Я своим глазами видел, как он клал туда эту бумажку. Наверное, кто-то ее забрал. А может, он переложил ее в другой карман?..
– Записки при Джексоне не было. Ее вообще нигде не было. Лично я склоняюсь к твоему первому предположению. Наверняка кто-то забрал записку. Харли, клянусь богом, если ты водишь меня за нос, я тебе такое устрою, что ты пожалеешь!..
– Я не вожу вас за нос. И честно рассказал вам все, как на духу.
– Надеюсь, что так. – Бейкер прошел к двери в приемную и, заглянув туда, крикнул: – Клинт, зайди ко мне и захвати Люка!
В кабинет вошли двое мужчин. Когда дверь за ними закрылась, Бейкер произнес:
– Это дело настолько запутанное, что начинает смердеть, но я виноват в этом лишь отчасти. Где, черт возьми, мои гамбургеры?!
– Рей вернется буквально через минуту.
– Хорошо. Люк, возьми все, что нужно, для снятия отпечатков пальцев и отправляйся в контору Джексона. Мак Лоузи с ребятами уже там. Обыщи весь кабинет и постарайся найти сложенный вдвое листок белой бумаги величиной с твою ладонь. На одной стороне пять-шесть слов, написанных черными чернилами круглыми жирными буквами. Если найдешь…
– А что именно там написано?
– Не знаю. Если найдешь, не отдавай Маку. Если найдешь и принесешь мне, я тебя озолочу. Клинт, съезди в дом Джексона на Блэктейл-авеню и пообщайся с миссис Джексон. Ей отдали все содержимое карманов Джексона и среди прочих вещей коричневый кожаный бумажник. Забери его. Нет, не все, а только бумажник, хотя содержимое карманов тоже, если удастся. И постарайся вести себя подипломатичнее. Затем сними отпечатки с бумажника и как можно тщательнее. Сейчас это, скорее всего, бесполезно, но попытка не пытка. Ну ладно, ступай.
Клинт с Люком задали еще несколько вопросов и ушли.
Бейкер повернулся к старателю:
– Харли, а теперь можешь сходить куда-нибудь поесть. Вернешься к половине одиннадцатого. Не исключено, что ты мне снова понадобишься после того, как я поговорю с Кларой Бранд. – Что-то в лице старателя заставило прокурора спросить: – Сколько у тебя с собой денег?
– Не ваше собачье дело! – буркнул Харли.
Достав из кармана пачку банкнот, Бейкер отслюнявил одну:
– На, возьми! Бери-бери, не стесняйся! Считай это займом. Буду рад получить деньги назад. Жду тебя здесь к половине одиннадцатого.
– Боюсь, к половине одиннадцатого я уже буду крепко спать. Да и навряд ли я вам понадоблюсь после вашей беседы с дочкой Чарли Бранда. Она вам наверняка все подтвердит. Но вы по-любому в курсе, где меня искать.
– Ладно. Только не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус.
– Да не знаю я никаких фокусов, – ответил Сквинт Харли и направился к двери.
Глава 12
В тот же вторник, около девяти вечера, Куинби Пеллетт вошел в кабинет окружного прокурора, где, кроме самого Бейкера, находились шериф и начальник полиции. Куинби появился в приемной в восемь вечера, как и было сказано, когда до него наконец дозвонились, застав у племянниц на Вулкан-стрит, однако в силу неких обстоятельств час просидел в приемной. Миновав приемную, в кабинет Бейкера вошел через заднюю дверь приземистый человек с выступающей вперед челюстью – губернатор штата Вайоминг, а после его ухода через ту же дверь примерно двадцать минут спустя окружной прокурор принялся палить из двух стволов. Собрав всех более-менее пригодных людей в офисе шерифа и своем собственном, он разослал их во все концы с различными поручениями. В середине этого часа кипучей деятельности случилось второе пришествие через заднюю дверь, которое привело к непростым, если не сказать бурным, пятнадцатиминутным разбирательствам с Оллисом Невинсом, крупнейшим горнопромышленником Запада. Появись Невинс раньше губернатора, вся история была бы другой, но Бейкер уже принял решение.
Когда Пеллетта провели в кабинет около девяти вечера, Таттл и Фелан, похоже, вовсю препирались, поскольку что-то вполголоса бормотали, а Бейкер сидел, поставив локти на стол и подперев голову руками. Окружной прокурор поднял голову, потер глаза кончиками пальцев, пару раз моргнул и пролаял:
– Садитесь, Пеллетт. Что было на том листке бумаги, который Джексон показал вам во вторник днем?
Пеллетт слегка расправил сутулые плечи.
– Боже правый! – с надрывом произнес он. – Ничего не скажешь, хорошее начало!
– Я хочу знать, что было написано на том листке бумаги.
– Ну… я бы и сам хотел это знать.
– А разве Джексон не показал вам тот листок?
Пеллетт поджал губы, после чего, очевидно решив смириться, опустил плечи:
– Вчера я уже все рассказал об этом Биллу Таттлу. Неужели он вам не доложил?
– Он сказал, что вас кто-то вырубил перед разговором с Джексоном и вы толком ничего не могли вспомнить. Но Джексон ведь показал вам листок, да? На что он был похож?
– Он был похож на лист белой бумаги. Маленький такой листок. Я тогда еще не пришел в себя. Мне даже сидеть было трудно. Но одно я помню отчетливо, и, думаю, этого вам будет достаточно. Джексон сказал, что бумажку ему утром отдал Сквинт Харли. Тот самый Харли, который…
– Знаю. Спасибо большое. Вы брали листок в руки?
– Не думаю. Нет, уверен, что не брал. Я держался руками за голову. Увидев, что мне совсем худо, Джексон отвез меня домой. А потом я обнаружил, что сумочка моей племянницы пропала… дамская сумочка, которая была при мне.
– На том листке было что-нибудь написано?
– Не припомню. Хотя я толком и не смотрел. Но там наверняка было что-то написано. Ведь Джексон сказал по телефону, что слова на той бумажке ему ни о
