Вскоре после того, как ему ввели дозу в 0,4 мг/кг, Аарон обнаружил себя — или свое сознание — в закрытой комнате. Во многом она была похожа на те безликие помещения, в которые нередко попадали жертвы НЛО. И в этой комнате, как и в том геометрическом помещении, в которое забросил меня ДМТ, не было ни входа, ни выхода.
Дверей я не увидел — ничего, через что бы можно было пройти. Просто тут была темнота, а там — образы и фигуры. Но они существовали как бы сами по себе. Чем-то они напомнили мне иероглифы майя. Затем эти иероглифы превратились в комнату, и это было очень забавно. Такое чувство, будто я вновь стал ребенком. И повсюду лежали игрушки. И в самом деле было весьма забавно [1117].
После максимальной дозы в 0,4 мг/кг сознание пятидесятилетнего Джереми также перекочевало в схожее помещение.
Это была детская. Оборудованная по самой новейшей технологии и с единственным плюшевым мишкой трех футов высотой. Я чувствовал себя ребенком. Но не человеческим ребенком, а детенышем, принадлежащим к тому же виду, что и этот медведь. Он знал о моем присутствии, но не слишком тревожился из-за меня. Скорее, он просто присматривал за мной — как присматривали бы родители за своим годовалым ребенком, играющим у себя в детской. Войдя в комнату, я услышал странный звук: хммм. А затем послышались два или три мужских голоса. Судя по всему, эти существа беседовали друг с другом, и один из них сказал: "Он пришел"[1118].
Инопланетные лабораторииПомимо детских комнат существует еще целый ряд аспектов, сближающих опыт видений тех, кому кололи ДМТ, с опытом лиц, прошедших через похищение инопланетянами. Так, исходя из вышеупомянутых сообщений, становится понятным, что добровольцы доктора Страссмана очень часто оказывались в положении, когда контроль над ситуацией принадлежал не им, а кому-то другому. Точно так же чувствовал себя и я сам во время приема ДМТ. И эти же ощущения близки тем, кто против своей воли попадал на НЛО — как, впрочем, и людям, похищенным феями. Более того, дальнейшее изучений историй, изложенных добровольцами доктора Страссмана, являет нашему взору характерные особенности и последовательность процедур, которые в значительной мере совпадают с субъективным опытом лиц, похищенных инопланетянами.
Вот что рассказал Лукас вскоре после того, как ему ввели максимальную дозу в 0,4 мг/кг:
К такому просто невозможно подготовиться. Вначале слышен один лишь звук — бзззз. Понемногу звук нарастает, становится все громче и интенсивнее. Я все продвигался и продвигался, а затем — РАЗ! Внезапно внизу и чуть справа я увидел космическую станцию. И там еще было два существа — они направляли меня прямо к платформе. И еще я осознавал присутствие внутри станции других созданий — роботов, автоматов… Они выполняли какую-то рутинную работу и не обратили на меня никакого внимания. Находясь в состоянии полного замешательства, я открыл глаза [1119].
Это же чувство замешательства испытывают и многие жертвы НЛО, когда впервые оказываются на летающих тарелках и видят там невысоких роботоподобных созданий, которые кропотливо трудятся над выполнением каких-то непонятных задач. И это замешательство лишь возрастает после того, как людей препровождают в специальные комнаты, предназначенные для проведения всевозможных хирургических процедур.
"Я находился в белом помещении, испытывая при этом наплыв всевозможных чувств и эмоций, которые создавали у меня ощущение смежной реальности, — рассказывал один из подопечных доктора Страссмана после того, как ему вкололи диметилтриптамин в объеме 0,4 мг/кг. — Все белое помещение было залито светом. Там же находились предметы в форме куба, на поверхности которых были изображены всевозможные узоры… И все время в мое сознание поступала новая информация" [1120]. Аарон:
Назад уже невозможно было вернуться. Спустя несколько мгновений я почувствовал, что слева от меня что-то происходит. Я увидел сумеречное психоделическое пространство, котороеобтекало некое помещение. Там не было ни углов, ни резкого разделения границ — стены и потолок плавно перетекали друг в друга. И все оно пульсировало и дрожало, будто пронизанное электричеством. И прямо передо "мной" возвышался стол, отчасти напоминающий подиум. Судя по всему, я находился в центре внимания некоего существа. Мне хотелось знать, чем он занят, и я тут же "почувствовал" ответ. Фактически, он ответил, что это не мое дело. Его внимание не было враждебным, скорее — слегка раздражающим и бесцеремонным [1121].
С таким же отношением — не враждебным, но докучливым и бесцеремонным — не раз приходилось сталкиваться и жертвам НЛО. Как правило, им приходилось в этом случае иметь дело с существами, которые были чуть выше, чем привычные роботоподобные создания с сероватым оттенком кожи. Эти же существа обычно надзирали за странными хирургическими процедурами, во время которых, как считали похищенные, их тела разрезали, прокалывали и зондировали, а в глаза, мозг, руки и позвоночник вводили всевозможные имплантаты. Мы не можем быть на 100 процентов уверёны в том, что тела похищенных и в самом деле не оказывались в тех местах, куда уходило их сознание — хотя бы потому, что очень редко находились свидетели, готовые подтвердить либо то, либо другое. Что касается добровольцев Рика Страссмана, то тут мы знаем наверняка, что тела их находились в больничном помещении все то время, пока на сознание их действовал препарат ДМТ. Однако и им пришлось пройти через зондирование и хирургические процедуры.
"Они зондировали мой мозг, — сообщил Джим после очередной инъекции ДМТ. — Там были такие странные оптико-волоконные приспособления, которые вводились мне в зрачки". Джим твердо знал, что на самом деле его тело не подвергалось этим хирургическим процедурам, поскольку лежало в полной безопасности на больничной постели в одном из отделений университета. Все эти переживания ограничились одним сознанием, которое, как это ни странно, само уподобилось телу в том измерении, куда забросила его инъекция ДМТ. И Джим, в отличие от тех, кто полагает себя жертвой инопланетян, прекрасно осознавал характер собственных переживаний. "Все это было очень странно, — отметил он позже, — но я повторял себе, что это только наркотик" [1122].
Бен не проронил ни слова на протяжении 36 минут после приема максимальной дозы ДМТ. После этого он рассказал о том, как попал в иную реальность и встретился с населяющими ее существами:
Всего их было четверо или пятеро. И они сразу же оказались возле меня… Их отношение нельзя назвать ни враждебным, ни дружелюбным. Фактически, они зондировали меня. Казалось, будто они знали, что время ограничено. Эти существа хотели понять, что я представляю собой на самом деле. Сам я не имел ни малейшего понятия, по каким параметрам идет оценка. Но как только они решили, что со мной все в порядке, то сразу же вернулись к своим делам… [1123]
Спустя несколько мгновений Бен добавил:
Я почувствовал, как что-то вонзили в мое левое предплечье — вот здесь, дюймах в трех от татуировки, которая сделана у меня на запястье. Это был какой-то длинный предмет. И они не стали тратить время на утешение или предупреждения. Просто зондировали [1124].
Еще один из подопечных доктора Страссмана, Димитрий, прекрасно осознавал, что его опыт во многом напоминает истории лиц, невольно попавших на борт НЛО. Вот что произошло в тот самый момент, когда инъекция начала действовать:
ХУМ! Такое чувство, будто я оказался в инопланетной лаборатории… Это напоминало посадочную площадку или восстановительный отсек. И там были эти существа… Они уже подготовили место для меня. И в отличие от меня они не были удивлены…. Один из них командовал остальными, направляя их действия. Другие, судя по всему, были подчиненными. Они создали нечто вроде сексуального энергетического контура, так что меня просто захлестнуло этой энергией… Возвращаясь в привычное состояние, я невольно думал о них как об "инопланетянах" [1125].
Сексуальные связиДумаю, читатель припомнит, что в контактах между инопланетянами и людьми, попадающими на борт НЛО, также нередко присутствует сексуальный элемент. Да и Димитрий был далеко не единственным подопечным Страссмана, испытавшим после инъекции ДМТ схожие чувства. Но особый интерес представляет тот образчик поведения, который также был зафиксирован нами ранее. И предполагает он установление тесных любовных (а порой и сексуальных) взаимоотношений с одним из инопланетян, который очень часто идентифицируется с противоположным сексом. И вновь Димитрий:
