— Какой момент? — Николай Зинчук соображал туговато. Лично я уже догадалась, и доктор тоже.
Дед опустился на колени, зачерпнул воды из лужи и вылил себе на голову. Потом засмеялся, ловя бородой солнечный зайчик.
— Момент, когда начнется высадка десанта. Мы опознаем, я почти уверен, что мы сумеем вычислить их.
— И что мы будем делать, когда опознаем?
— Полагаю, их не будет слишком много, — задумчиво отозвался Алексей Лександрыч. — Разведка, ремонтники. Во всяком случае, отрабатывать полномасштабную высадку им негде. Симулятор загнулся. Если они не телепаты, то пригонят пару экспертов для выяснения причин...
— Прикончим их, — сплюнул Муслим. — Вычислим гадов да и прикончим, чтобы остальным неповадно было!
— Ты издеваешься, Дед? Ты шо, думаешь с ними побазарить, чтоб они по-хорошему свалили? — Жан покрутил пальцем у виска.
Белкин похлопал по стволу ружья:
— Ручаюсь, они не будут ожидать нападения, в этом наша сила. Внезапность, ага.
— Доктор, вы так шутите? — нахмурился Зиновий.
— Хотел бы пошутить, но...
— Эй, эй, погодите, — очнулся Белкин. — Мы так не договаривались. Я отказываюсь стрелять в кого бы то ни было. Вы что, очумели?
— Возможно, стрелять ни в кого не придется, — сказала я. — Возможно, никто и не прилетит?
— Не исключено, — признался Дед. — Задача в том, чтобы им расхотелось устраивать на другой планете Симулятор земной обстановки.
— То есть вы против того, чтобы взять парочку осьминогов в плен и пытать их гороховой кашей?
Мы вышли на твердый грунт. Топтались на развилке перед шоссе, ни туда, ни сюда. Дождь поливал, как из ведра. Студеный ветер, совсем не летний, налетал коротким, резким шквалом, словно раздавал пощечины. Со всех сторон, куда ни кинешь взгляд, валялись стволы сосен, торчали обломки пней.
— Тогда на кой черт нам идти в ментовку за автоматами? Чтобы ОМОН всех перестрелял? — недоумевал Муслим.
— Поймите же, это важно, — не сдержалась я, заметив, что дагестанец на грани нервного срыва. — Конечно, если они нападут, никто их не сможет остановить. Все наши пушки и ракеты слабее. Но если мы сразу дадим понять, что видим их, несмотря на скафандры...
— Тогда они поймут, что без боя никто не сдастся... — подхватил Зиновий.
— Я этим козлам внятно доведу, чтобы рыло к нам не совали... — процедил Жан.
— Только нам надо спрятаться от милиции...
— Что?
— Как?!
Мужики смешно заозирались, не понимая, кто это сказал. А это сказала Катя.
Девочка первая заметила вертолет.
— Надо спрятаться, потому что нам никто не поверит... — повторила девочка.
— Ребенок дело говорит...
— Только куда прятаться?
— Пока глаза в кучку не соберутся, сидим ровно, понял?
И мы всей толпой метнулись под ближайший пень.
— А мне-то чего с вами торчать? — отодвинулся Коля Зинчук. — У меня-то с рожей вроде в порядке...
— Урою, — пообещал Жан. — Продать хочешь, мелкий?
— Мы найдем в Полянах патроны, воду, консервы, спрячемся в лесу и будем ждать, — сказала я. — Мы сходим в поселок, вдруг там кто-то живой. Пока скафандр не развалится, пока не вернемся к норме, будем ждать. Неделю или две. А кто хочет убежать сейчас — проваливайте. А мы включим телевизор и поглядим, как вас посадят в клетку. И надпись будет: «В Новых Полянах пойман снежный человек, давно воровавший у сельчан капусту и крыжовник...»
— Браво, Эля! — захлопала в ладоши Катерина. Николай скорчил кислую рожу, но никуда не ушел.
— Они прочешут лес с вертолетов, чтобы наверняка, — мрачно заявил Белкин. — Они не знают, что здесь искать, и на всякий случай будут стрелять во все. Я в трех армиях послужить успел, их повадки знаю. С перепугу, потому что. Пристрелят нас, им так удобнее.
Пятнистый вертолет пролетел низко. В открытой дверце торчал ствол пулемета. Я знала, что нас оттуда не заметили.
— Не надо нам туда... — заморгала Катя. — Дядя Кирилл, милый, я боюсь...
— Я тебя не отдам, — пообещал доктор.
— А если нас увидят люди?.. — настаивала Катя. — Ну, обыкновенные? Они не нападут на нас?
Ей никто не ответил. Мы скучились под мокрыми корнями в яме, нахохленные, мокрые, сами похожие на стадо заблудившихся испуганных пришельцев. Вертолет кружил поблизости.
Дед вынул из кармана штанов черный пистолет, вытряс из ствола воду.
— Катенька, у тебя не найдется сухой тряпки?
Катя вытащила из вороха, наваленного на нее Белкиным, рулон кухонных полотенец. Вертолет показался снова, теперь он летел назад параллельным курсом.
Жан вздохнул и присел рядом с Дедом, заглянул в ствол своего карабина.
— Ну, что ж, у солдата свободная минута — хватайся за ершик...
— А реалисты чистят оружие, — засмеялся Зинка.
— А мы не реалисты, — хитро подмигнул Белкин и преломил ствол своего ружья. — Мы самые что ни на есть оптимисты. Катерина, что скажешь?
Катя вытерла слезки и засмеялась:
— Вы все боитесь, но нарочно смеетесь...
Тут не выдержали и расхохотались все, даже Коля Зинчук выдавил улыбку.
— Как же мы будем... с людьми? — озвучил общий страх Муслим.
— С людьми вообще непросто, — сказал Дед. — Но мы попробуем выжить.
Конец первой книги(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
