сделать, я, наконец, вздохнул, встал с бревна и кивнул человеку Сербиса.
— Ведите жертв. Понемногу. По три-четыре за раз. И инструмент не забудьте. И свечи.
Человек кивнул и побежал передать распоряжение своим товарищам, а я вошёл в амбар.
Я стоял и смотрел на круг на полу, собираясь с мыслями и настраиваясь на ритуал, когда вдруг услышал шум снаружи. Выглянув, я увидел прибывшие к воротам имения две повозки, а также стаю бродячих собак, рыскающих у забора. Несколько человек Сербиса кричали на них и пытались отогнать, а те лаяли в ответ и, похоже, хотели проникнуть на территорию, привлечённые запахом крови.
Я вернулся в амбар и прождал несколько минут, сидя в полумраке в центре ритуального круга, полностью очистив разум от посторонних мыслей и каких-либо эмоций. Появились люди Сербиса. Они вели к амбару связанных и одурманенных зельем людей. Они втолкнули жертв в круг, сами внутрь не входя — как я им и велел. Также они передали мне свечи, спички и ритуальный нож — лезвие изогнуто внутрь, нож напоминает серп, на лезвии выгравированы письмена, посвящённые Tolgan Draiokh, рукоятка сделана из рога косули.
Жертвы еле стояли на ногах, некоторые упали, когда их втолкнули в круг. Одни из них бормотали что-то несвязанное, изо рта текла слюна, рот растянут в глупой ухмылке, глаза затуманены. Я втащил жертв поближе к центру круга. Они не сопротивлялись, были податливы, и контролировать их было легко — к тому же у них были связаны руки за спиной.
Это были трое человек, двое из которых были мужчинами средних лет и одна женщина. Я расставил свечи в нужных местах круга, зажёг их, начал читать ритуальный гимн, посвящённый Tolgan Draiokh, и присел возле одной из жертв.
«O Tolganha Draiokha
Baarn Tee
Tythe foliate fiolese
T’ha tasenar woere…»
Первой жертвой был мужчина, он лежал на полу и глупо хихикал, затуманено глядя в никуда. Не останавливая чтение гимна, я занёс нож-серп над ним, вонзил в шею и повёл лезвие в сторону, разрезая горло. Кровь обильно засочилась из раны.
Перерезав глотку одной жертве, я, продолжая декламировать гимн, подошёл к следующей. Это была женщина, она стонала и извивалась на полу, лёжа на боку.
«Tasenar woere
T’ha baarnar tasen
T’ha Inaith Umina Draiokh…»
Я склонился над ней, отвёл свободной рукой её голову в сторону, пошире обнажая область шеи, и вонзил серп-нож.
Перерезав глотки всем троим, я встал и кивнул людям Сербиса, и те спешно удалились, чтобы привести новых.
Очень быстро они вернулись, ведя вторую партию. На этот раз пятеро. Я не возражал — жертвы были податливы, и с ними было легко, можно и увеличить количество. Да, это займёт некоторое время… Тысяча человек, разбитая на группы по пять — получается двести ходок туда-сюда…
Они втолкнули людей в амбар, я вновь начал читать гимны и взялся за нож-серп.
Среди жертв, которых приводили мне люди Сербиса, были самые разные — и мужчины, и женщины, и старики, и люди среднего возраста, и дети. Большинство из них были одеты не богато — жертвами были люди среднего достатка, а чаще бедняки или вовсе нищие. Ну, мне и моему ножу было всё равно, кого резать.
Однажды даже попался храмовник. Интересно, как так вышло, что он оказался захвачен людьми из «Теней Заточённого»?! Также мне указали на пару человек, сказав, что это повстанцы. Удивительно, кого только не встретишь среди пленников, захваченных для ритуала.
Несколько итераций спустя на полу в амбаре скопилось огромное количество мертвецов, а кровью залило пол так обильно, что казалось, будто я хожу по щиколотку в красной луже. Я оттащил тела к краю круга и велел людям Сербиса вынести их наружу. Вовсе не обязательно держать тела жертв внутри алтаря всё время — главное, чтобы они были убиты на алтаре, а остальное не важно.
Снаружи время от времени шумели собаки — похоже, запах крови убитых взволновал их ещё сильнее. Те из подручных Сербиса, которые дежурили у ворот имения, громко кричали и переругивались с дворнягами. Также иногда можно было слышать звук колёс повозок, всё прибывающих и прибывающих к усадьбе, везущих новые партии пленников.
Я и помощники работали. Работали, не покладая рук, истекая потом, несколько часов подряд — а жертвы всё не кончались и не кончались.
Я решил сделать перерыв и вышел из круга, скинул с себя мантию жреца. Люди Сербиса услужливо поднесли мне воды, чтобы я мог умыть руки и лицо, потом мне дали чистую одежду, которую я набросил на себя как накидку, и пригласили в сад этого имения.
В саду были тихо и умиротворённо. Щебетали птички. День всё ещё был солнечным, тёплым и приятным. Я сел в беседке внутри сада, и люди Сербиса принесли мне чай и сладкие пирожные с кремом.
Пока я угощался, я заметил сидящего неподалёку на дереве ворона.
«Каркни два раза» — велел мысленно я после того как почувствовал, что смог установить связь моего разума и его.
— Грау! Грау! — исполнила птица.
Я перекусил, выпил чаю, любуясь во время трапезы прекрасными цветами в саду — некоторые цветут даже осенью! — а потом, тяжко вздохнув, покинул беседку и направился обратно к амбару.
Переодевшись в ритуальную одежду и взяв в руки серп-нож, я продолжил свою нелёгкую работу.
Иногда случались эксцессы — некоторые из жертв слишком быстро приходили в себя после дурманящего зелья, они начинали кричать, сопротивляться и пытались сбежать — но люди Сербиса, караулящие у входа, не позволяли покинуть им амбар. Амбар бойни.
Время шло, и партии жертв сменяли друг друга.
Ещё несколько часов тяжёлого труда — и я снова взял перерыв.
Отдыхая в саду, я снова пил чай и угощался пирожными и сухофруктами, что подавали услужливые помощники. Потом снова возвращался к работе.
Ещё несколько часов тяжёлого труда… и… наконец, дело было сделано! Тысяча жертв принесена!
Я закончил распевать гимны и поклонился богу Tolgan Draiokh. Хоть его статуи и не было на этом импровизированном алтаре, я представил его образ мысленно и попытался ощутить нашу с ним связь.
И вот, когда ритуал закончился, я ощутил отклик. Некое чувство в груди, будто маленький, безболезненный, тёплый взрыв, дал мне понять, что ритуал завершился успешно, все формальности были соблюдены. Я точно знал, что Tolgan Draiokh получил жертв и ответил на мою просьбу.
В моём разуме появился дар, который я и просил у бога. Пакет с даром остался храниться в моём Внутреннем Пространстве. Когда придёт нужный
