сообщил он, с намёком кивнув на иллюзорный топор. — Потому как это сейчас данное плетение работает вхолостую. Что будет дальше, если вдруг появится ещё одно глобальное пророчество, не только мы с Гхолом не имеем ни малейшего понятия, но думаю и сам его создатель.
— И что дальше? — ещё больше нахмурился Храбр.
— Искать новые следы, разумеется, — фыркнул К’ирсан. — На Торне ведь полно источников Силы, подобных этому. Козьи горы, могильники Ловчих — мало ли мест, где таятся от чужих глаз всякие мерзости?
— Командир, то есть наша следующая остановка — Козьи горы? — продолжил гнуть свою линию Храбр.
— Так и хочется сказать да, но… — Кайфат пожал плечами.
— Но что? — вскинулся задумавшийся Гхол.
— Но меня смущает то, как выглядят нынешние гамзарские катакомбы. Удача, что мы вообще добрались до сердца этих изменений, в других местах всё может быть ещё хуже, — сообщил Кайфат, действительно ощущающий себя на некоем перепутье. Где с одной стороны есть необходимость в изучении разного аномалий, а с другой присутствует ненулевая вероятность погрязнуть в экспедициях без конца и начала. Чего в условиях пустующего трона и гадящего из-за кулис Кукловода ему бы совершенно не хотелось.
— Тогда может сразу двинем в Фиор? Раз уж пророчество у нас Фиорское? — вдруг предложил Гхол, кажется всё-таки ухвативший за хвост некую идею, которая всяко казалась предпочтительней прямого перебора всех подозрительным мест Торна.
— Потому что именно оттуда всё началось и началось гораздо раньше, чем случился нашествие тварей в Гамзаре и прорыв тьмы в Козьих горах? Согласен, хорошая мысль! — одобрил К’ирсан, быстро соотнеся предложение зеленошкурого коротышки со сделанными ранее «безумными» гипотезами, а потом оценив будущие перспективы. — К тому же там вроде и источники силы после Войны богов какие-то открывались… Что ж, значит туда и отправимся!
Появившаяся ясность подняла и без того неплохое настроение, так что Кайфат с предвкушением повернулся к Храбру. Мол, как этот вояка, явно не испытывающий восторгов по поводу их приключений, отреагирует? И, надо сказать, генерал его не разочаровал. Потому как лицо его сморщилось, точно после неспелого друла, и он, глотая ругательства, выдал:
— Командир… да… я ж думал… мы домой отправимся!.. Как так-то⁈
Это было настолько карикатурно, что К’ирсан в дальнейшем обязательно бы прошёлся по излишней эмоциональности спутника. Однако расстройство Храбра было столь велико, что он, забыв где находится, сделал один шаг в сторону, наступил на расположенный на краю колдовского рисунка силовой узел и… невольно вмешался в работу и без того неправильно функционирующей волшбы.
В пещере тут же зазвучал быстро нарастающий гул.
— Какого… В сторону! — рявкнул К’ирсан, отпрыгивая к стене и магией выдёргивая вслед за собой Гхола с Храбром.
Обоих спутников крепко впечатало в стену, однако они не жаловались. Внешне безобидный звук как-то очень быстро сменился агрессивным треском магических разрядов, воздухе же над колдовским узором и вовсе замелькали алые молнии. Задержись тот же грасс Яро на своём месте хотя бы на одну лишнюю секунду, и от него вряд ли осталось бы хоть что-нибудь, кроме горсти пепла.
— Я не специально! — тут же начал оправдываться Храбр, но его голос потонул в волне новых звуков, с которыми принялось изгибаться само пространство вокруг ритуальной площадки.
Это было настолько серьёзно, что Кайфат был вынужден воззвать ко всей доступной ему магии Логов, чтобы начавшиеся изменения не затронули хотя бы тот участок пола, где находилась их троица, и чтобы их смертные тела не превратились в кучу кровавого фарша.
— Владыка, может… — прокричал было Храбр, но потом резко спохватился и замолк, виновато отвернувшись.
Можно было не сомневаться, генерал собирался попросить К’ирсана обратиться за помощью к Двойнику и передумал лишь из опасения, что лекарство окажется хуже болезни.
«Кажется кто-то не верит в мою способность справляться с подобного рода угрозами», — мысленно хмыкнул Кайфат, хоть и с трудом, но всё же сопротивляясь напору пространственных искажений. Причём на сей раз он ощущал совершенно чётко — успешно бороться ему помогала далеко шагнувшая за грань человеческих возможностей мощь его духа, а никак не знания о магии.
Тем временем, сминающие ткань реальности воздействия начали приобретать некую форму. Направление трансформаций сначала сместилось с внешних границ узора на его центр, затем через десяток-другой секунд гигантское плетение свернулось в некий кокон, а уже тот с шорохом уплыл куда-то под землю, вместо рисунка оставив после себя растрескавшийся камень пола и… десятки непонятного происхождения теней.
— И ведь главное — всё продолжает работать как прежде, — восхитился К’ирсан, подозрительно вглядываясь в новые лохмотья Тьмы, которые в слабом свете флуоресцирующего мха не только тихо пульсировали там, где их не могло быть в принципе, но ещё и с нарастающей скоростью теперь собирались в некий единый — и главное объёмный! — организм.
— А это ещё что за восьминогий семихфург⁈ — нервно прохрипел Храбр, то ли переживая из-за случившихся только что пространственных пертурбаций, то ли чувствуя вину за нештатную активацию колдовской печати.
— Не знаю и знать не хочу, но то, что ты не должен его трогать, это очевидно! — мстительно заметил Гхол, неловко вертя в руках своё копьецо.
Шаман, кажется почти не пострадавший от встречи со стеной, никак не мог понять природу появившейся перед ними сущности и потому не спешил ни натравливать на неё бестелесных слуг, ни задействовать имеющиеся у него артефакты.
— Даже молнией? — зачем-то уточнил грасс Яро, осторожно сдвигаясь поближе к К’ирсану.
— Вообще ничем! А то мы тоже с этой дрянью куда-нибудь провалимся… — попробовал пошутить гоблин, но с задачей не справился.
Желающих повеселиться как-то не находилось. Особенно после того как тени собрались в кучу и перед троицей возник явно агрессивный сгусток Тьмы, жадно выстреливающий во все стороны похожими на человеческие руки «языками».
— Так, это не гость с астрала, не порождение стихиальной волшбы и уж точно не творение Древней магии. Но тогда что это? — принялся рассуждать вслух Кайфат, один за другим меняя способы исследования непонятного объекта.
— Тьма, очевидно же! — буркнул Храбр, создавая вокруг ладоней «перчатки» из разрядов, но в бой всё же не бросаясь.
— А вот я бы не был столь уверен, — покачал головой К’ирсан, наконец ухватил вниманием нечто знакомое.
Правда, раскрутить клубок загадок не успел — сгусток мрака начал действовать раньше. Тот внезапно посветлел, стал серым, затем словно бы вывернулся наизнанку, а в заключении… в заключении взял и ударил волной той силы, что К’ирсан привык называть волей или духовной мощью, и с которой благодаря Руки он был весьма неплохо знаком.
На мгновение показалось, что они попали под огромный пресс,
