горах родимых Короля.
Шипом пронзенный, ты восстал, и нету равных для тебя,
Но, облеченный в прах цветов, сойдешь в могилу ты, скорбя.
Вдруг это оно? Кочевые племена бороздили пустыню, но у каждого было место, которое они считали своей родиной, землей предков. Может, нужно просто найти Короля, чья родина сияет самоцветами, где есть горы, покрытые письменами? Но кто, кроме богов и самих Королей, знает, откуда они пришли? За много веков Короли умудрились скрыть имена своих племен.
Мелодия закончилась, Чеда поклонилась Ихсану.
– Надеюсь, нам будет сопутствовать удача.
Он улыбнулся и поцеловал ее руку.
– Надеюсь.
С этим он и ушел. Впрочем, и без него многие стремились потанцевать с Чедой, каждого она одаривала улыбкой. Рамад к ней так и не подошел – видимо, не хотел давать Ювааню лишнюю пищу для сомнений.
Танцуя с разными партнерами, от богатых шарахайцев до купцов из Мирен и Каимира и высоченного ювелира из Кундуна, Чеда все время думала об Эмре. Ей не хотелось быть среди этих людей, хотелось домой, есть маринованные перчики, макая хлеб в оливковое масло, и рассказывать Эмре, как прошел день, слушать хвастливые истории о его любовных подвигах. Это ведь было так недавно, но ей казалось, что сотни лет прошли, и тех дней никогда не вернуть.
Они оба изменились. Шли настолько разными курсами, что она невольно думала, пересекутся ли их пути еще раз хоть однажды? Есть ли Эмре место в ее новой жизни? Захочет ли он… впрочем, не важно. Теперь не важно. Она ничего больше не могла сделать – только идти вперед.
Для приличия она попробовала пирожок с зирой и острой бобовой пастой, напомнивший о долгих днях в пустыне, запила его сладкой лимонной водой, от которой пить захотелось только сильнее. Блюда, подававшиеся на празднике, казались удивительными, но еще удивительнее было их количество.
Пустая трата еды. Люди голодали на улицах, даже на базаре, заваленном деликатесами со всех концов света, жители западных кварталов могли позволить себе лишь то, что прятали тайком в рукав, пока торговец не видит. А тут, на Таурияте, подавали мясо ящериц и антилоп из Шангази, черепаший суп, жареного вепря и дичь из влажных каимирских лесов, перепелиные яйца, фазанов – огромных нелетающих птиц из Мирен, сотни сочетаний дюжин видов овощей и мяса. Даже огромная толпа, собравшаяся во дворце, не смогла бы все это съесть. Отвратительная расточительность.
Небо за окнами приобрело глубокий оранжевый цвет. Приближался закат, скоро Чеда получит саблю и выйдет танцевать с Камеил. Она поискала взглядом Рамада, но он исчез. Не было его ни в одном из четырех внутренних двориков вокруг зала. Чеда вернулась туда, улыбаясь гостям, завязывая ничего не значащие разговоры. Так ей проще было наблюдать за Юваань Синь-Лэем. Она надеялась, что Юваань подойдет сам, стреляла глазами в его сторону. Несколько раз их взгляды встретились, но он так и не подошел, а Рамад исчез бесповоротно.
Дальше медлить нельзя.
Чеда подошла к группке разодетых вельмож, с которыми болтал Юваань, и разговор немедленно смолк, все обернулись к ней.
Посол обладал теми же мягкими чертами лица, что и остальные мирейцы, но на фоне собеседников выделялся бледностью и худобой, хотя и не болезненной. В его взгляде, в том, как высоко Юваань задрал подбородок, сквозила уверенность. Подбираться к нему следовало осторожно, бешеной собаке.
Чеда поклонилась, приветствуя его.
– Не соблаговолит ли посол императрицы Алансаль потанцевать со мной?
Глаза Ювааня были бледно-голубыми, как лед с горного ледника, который Чеда однажды видела на базаре. В его взгляде промелькнула смесь интереса и раздражения – он явно привык устанавливать правила сам, а тут какая-то девчонка посмела прервать его беседу.
Чеда побоялась, что сейчас он даст ей от ворот поворот, и не стала медлить:
– Мы уже встречались однажды, господин посол.
Юваань склонил голову, с сомнением разглядывая ее.
– Боюсь, что нет.
– Боюсь, что да. – Чеда игриво улыбнулась. – Но я прощаю вам вашу забывчивость.
Теперь Юваань глядел на нее с тревогой. Но и с любопытством тоже.
– Я бы непременно запомнил вас.
– Не придавайте этому такого значения. – Чеда опустила глаза, добавив к улыбке немного смирения. – Разумеется, вы запомнили бы меня, будь я одета вот так. – Она повернулась так, что подол разлетелся, а потом подалась к Ювааню и прошептала: – Однако в тот день на мне были белые доспехи и железная маска.
Глаза Ювааня сузились. Он взял Чеду под руку и увел от своих собеседников, отпустив лишь в углу, где их никто не услышал бы.
– Ты – Белая Волчица?
Чеда отступила и поклонилась, не сводя с него глаз, будто приветствовала противника перед боем. Признаваться незнакомцу вот так было непривычно и странно, но она долго думала над предложением Рамада и решила, что он прав. Она больше никогда не вернется в Ямы, так почему бы не использовать этот козырь?
Юваань печально покачал головой.
– Подумать только, женщина, сражавшаяся в Ямах, становится Девой. Видели ли древние стены Шарахая подобное?
– Боюсь, я первая.
– Я тоже так думаю. И вот вопрос: что ты делала в Ямах и почему решила теперь заговорить со мной?
Вот оно. Чеда понятия не имела, как разговорить Ювааня, не зная, чего хочет от него Рамад. Однако ей и самой кое-что от него нужно. И, если не брать в расчет грубую силу, способ выяснить это только один.
– Я участвовала в том бою, чтобы взглянуть на вас.
– И зачем же?
– Человек, несший вторую часть вашего послания, был атакован. Я спасла и его, и драгоценный груз.
Взгляд Ювааня, до этого заинтересованный, стал холодным. Чеде даже показалось, что вот сейчас он ее ударит. Двое придворных, с которыми он разговаривал, даже подошли поближе, обеспокоенные тем, что Чеда, видимо, отвлекала их от серьезного разговора. Но увидев, что Юваань лишь отмахнулся от них, поспешили скрыться.
Посол быстро посмотрел в сторону Королей и снова перевел взгляд на Чеду. Он был взволнован. Очень взволнован.
– Никто, кроме меня, не знал об этом, даже сам курьер, – продолжила Чеда. – Вы хорошо замели следы, но теперь я хорошо различаю ваш запах. Та атака на Обитель Дев вся пропахла им.
– Бессмыслица. Не знаю, к чему вы клоните, но лучше бы вам забыть об этих фантазиях и нашем разговоре немедленно.
Он хотел уйти, но Чеда схватила его за руку.
– Я рассказываю вам это, потому что хочу помочь.
Юваань уставился на ее руку.
– Понятия не имею, о чем вы говорите.
– Значит, я ошиблась адресом. Однако
