Трое друзей повернули назад и догнали слугу, шагавшего по коридору с хмурым видом.
— Что вам нужно? Барон велел всем отправляться в постель. Пора укладываться спать.
— Мы хотели спросить тебя, что ты знаешь об исчезновении наших друзей, — начала Джоанн.
Трое наследников уставились на Матиаса, стараясь не упустить ни одного, даже самого незначительного изменения на его лице.
— Ничего не знаю, иначе я уже давно доложил бы об этом барону, — резко ответил бывший извозчик.
— А ты искал их? — продолжал спрашивать Фернанд.
— Да, барон послал меня вместе с остальными слугами к театру, но нам, как вы уже слышали, не удалось ничего найти. К тому времени огонь уже потушили, и хотя в здании все еще было очень жарко, мы смогли добраться от выхода на сцену до самого партера. Там под обломками лежит еще много трупов, однако вампиров мы среди них не обнаружили.
— Значит, ты вместе с остальными слугами искал пропавших наследников среди обломков. И больше нигде? — не унималась Джоанн.
Лицо Матиаса исказилось. И хотя слуге удалось быстро взять себя в руки, это судорожное движение не ускользнуло от наследников. Ему в голову пришла какая-то мысль, которую он наверняка обдумает, как только на землю опустится ночь.
— Мне кажется, нам стоит проследить за ним, — сказал Фернанд, когда трое друзей направились к своим спальням. — Похоже, ты навел Матиаса на интересную мысль, и он обязательно пойдет по этому следу.
Джоанн кивнула.
— Да, я тоже так считаю. А тебе не удалось проникнуть в его мысли и узнать, о чем он вспомнил?
Таммо поморщился.
— Матиас думал о Хиндрике, в этом я уверен, и о тайне, которую тот хранит. Еще я увидел дом на узкой крутой улочке. К сожалению, это все.
— Для начала и это неплохо, — сказал Фернанд. — Предлагаю не спускать глаз со старины Матиаса. Мне уже не терпится узнать, куда он нас приведет и что мы там обнаружим.
Будапешт
Латона приказала извозчику остановиться за два дома от нужного ей здания и вышла из кареты. Нет, эта местность ей не нравилась, Учитывая то, какое сейчас было время, приличной девушке не стоило появляться здесь в одиночку. Латона ясно прочитала это во взгляде кучера, который теперь, наверное, считал ее грабенской нимфой — так венцы называли женщин, предлагавших себя мужчинам за деньги. Но Латону это не волновало. Другой страх сковывал ее шаги. Перед ней стоял окутанный тишиной и мраком дом с привидениями. Внешне он ничем не отличался от других небольших и простоватых городских зданий, и все же этот дом окружала особая аура, от которой волосы на затылке девушки вставали дыбом.
— Чушь, — тихо сказала себе Латона. — Ты просто в очередной раз ввязываешься в необычную историю. Ну же, не валяй дурака!
Нет, Латона была не робкого десятка, и ей пришлось уже многое повидать и пережить. Поэтому девушка собралась с духом и решительно направилась к дому, где ее ждали всего лишь несколько неупокоившихся душ и парочка вампиров. При этой мысли Латона истерически засмеялась.
Сеймоур сказал, что он доверяет слуге из клана Фамалия. Теперь, когда Латона стояла у двери, она подумала о том, что ничто не помешает вампиру насладиться теплым ужином, добровольно пожаловавшим к нему в дом. На мгновение уверенность Латоны пошатнулась. Решив не дожидаться, когда ее покинут остатки мужества, девушка быстро постучала в дверь.
Ответа не последовало. Видимо, вампиры еще не проснулись или покинули дом, чтобы утолить жажду крови. Значит, ей придется самой забирать Сеймоура из госпиталя.
Хотя Латона так и не услышала шагов, дверь неожиданно распахнулась, и девушка увидела перед собой красивого, ухоженного мужчину с длинными белыми кудрями, перевязанными бархатной лентой. Его брови вопросительно приподнялись.
— Сударыня?
— Вы слуга семьи Фамалия?
Если вампира и поразили слова девушки, то он выдал это лишь тем, что его брови поднялись еще выше.
— Почему вас это интересует, госпожа Латона?
Она вздохнула.
— Ну, раз уж вы признались, что знаете меня, я думаю, что мы можем оставить эти игры и перейти к делу. Ваш адрес дал мне друг.
— Чей друг, ваш или мой? — поинтересовался вампир.
— Он утверждает, что он ваш друг. Его зовут Сеймоур, и он лежит в госпитале с ожогами и переломом ноги.
— И он послал вас ко мне?
Латона покачала головой.
— Нет, но когда он заговорил о вас, я подумала, что вы могли бы помочь мне незаметно забрать его из госпиталя, прежде чем наступит полнолуние и он превратится в волка. Чуть выше по улице меня ожидает фиакр. Может, вы будете так любезны и согласитесь поехать со мной?
Фамалия помедлил с ответом.
— Я не могу оставить дом. Я…
Донесшийся с лестницы женский голос заставил его вздрогнуть.
— Хиндрик? Где вы? Эта жажда сводит меня с ума. Помогите мне. Сделайте что-нибудь!
Вампир закатил глаза, но обернулся на этот голос. Сгорая от любопытства, Латона сделала шаг вперед и заглянула в темный дом. Лишь когда скрывавшаяся там незнакомка дошла до последней ступени лестницы, свет фонаря упал на ее лицо и Латона смогла рассмотреть ее черты. Неужели это возможно? Вполне вероятно, что она никогда не встречала эту девушку. Но Латоне казалось, что она уже не раз натыкалась на подробное описание этого лица в газете. Все сходилось. И это объясняло, почему полиция нашла в ее комнате следы крови, но не обнаружила тела, хотя все указывало на то, что она стала жертвой преступления! Или нет? Латона продолжала с растущим интересом рассматривать вампиршу.
— Добрый вечер, сударыня Кларисса фон Тодеско.
Вампирша уставилась на Латону, затем сердито покачала головой.
— Да, когда-то я была ею. А теперь я стала отвратительным порождением ночи, которое питается чужой кровью. Я не знаю, кто вы и как вас зовут, но чувствую запах вашей сладкой теплой крови, и мне ужасно хочется наброситься на вас и вцепиться зубами вам в горло.
Латона не могла понять, шутит Кларисса или говорит вполне серьезно, но на всякий случай сделала шаг назад. Хиндрик вздохнул и схватил вампиршу за запястья.
— Вот этого вы как раз и не станете делать, госпожа Кларисса. Говяжья кровь неплохо укрепляет ваши силы, к тому же вам пока запрещено охотиться в одиночку.
Кларисса повернулась к Латоне.
— Слышите, что он говорит? Меня поят говяжьей кровью! Во что они меня превратили? А ведь я так доверяла Лучиано! Я отдала ему свое сердце и поклялась, что пойду за ним куда угодно, хоть на край света.
Кларисса покачала головой, словно сама не понимала, как такое возможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
