— Shit... — Эйзенхауэр явно был потрясён. — Отчего такое происходит?
— Всему виной так называемые мантийные плюмы, — пояснил Пийп. — Мантия Земли — это слой расплавленного камня, на котором плавает оболочка из отдельных застывших каменных плит, образующих континенты и дно морей. Упрощённо, плюм — это мощный вертикальный фонтан магмы, вулканической лавы, если по-простому. Он бьёт вверх из глубины земной мантии и размывает находящуюся над ним континентальную плиту. При этом лава выходит на поверхность Земли. Существует теория немецкого учёного Альфреда Вегенера, о дрейфе материков. Согласно мнению Вегенера, материки медленно перемещаются по расплавленной мантии, дрейфуют. Об этой теории спорят, многие специалисты её отвергают, но она очень хорошо объясняет такие ситуации, которые иначе объяснить невозможно. Например, образование Гавайских островов.
— А что там не так с Гавайями? — заинтересовался президент.
— Гавайи — это цепочка вулканических конусов, образовавшаяся в результате смещения тектонической плиты над магматическим плюмом, бьющим в одном и том же месте из земной мантии. По их направлению и времени извержений можно определить, в каком направлении дрейфует тектоническая плита.
— То есть, вы хотите сказать, что под Гавайями такой же супервулкан, как в Йеллоустоуне?
— Не обязательно. Но и не исключено. Йеллоустоунский — самый большой из известных действующих супервулканов.
— А есть ещё?
— Конечно. Тоба, Тамбора, Санторини.
— Что??? Мы сейчас в супервулкане? — Эйзенхауэр едва не подпрыгнул.
— Да, господин президент. И этот супервулкан однажды уже уничтожил целую цивилизацию. Видите эти скалы? Они идут полукругом, — пояснил Пийп. — Это — край обрушившейся в воду кальдеры. Вон тот островок посреди бухты — новый вулкан, который будет медленно расти и подниматься, пока не взорвётся снова. Прошлый раз этот остров взорвался в 1528 году до новой эры, уничтожив Минойскую цивилизацию на Крите. То есть, это было в историческое время, отнюдь не при динозаврах.
— Супервулкан Тамбора в Индонезии, на острове Сумбара, в 1815 году выбросил в атмосферу всего сто пятьдесят кубических километров пепла. Этого хватило, чтобы устроить «три года без лета». По всей Земле было трёхлетнее похолодание, — продолжал Пийп. — Для сравнения, Кракатау в 1883 году выбросил всего 20 кубических километров пепла и уничтожил 36 тысяч человек. Представьте, что произойдёт с планетой, если Йеллоустоун выбросит две с половиной тысячи кубических километров пепла?
— Видите этот светлый слой на скалах? — Пийп указал на высоченный обрыв, поднимающийся над пляжем. — Это вулканический пепел, который выпал при извержении, примерно за три недели. Он слежался и превратился в горную породу.
(фото http://travelyuga.ru/news/lyudi-i-vulkan-santorini/))
— Невероятно! — президент, задрав голову, рассматривал многометровый обрыв, сложенный из вулканического туфа. — И вы хотите сказать, что этот здешний вулкан — ещё не самый большой?
— Вы сами можете оценить размер кальдеры, господин президент, — Пийп обвёл рукой горизонт. — Йеллоустоун в несколько раз больше.
— У нас в России, господин президент, есть такое не совсем приличное выражение: «3,14здец подкрался незаметно», — сказал Хрущёв. — Вот это он и есть.
Переводчик несколько замялся, но в итоге перевёл русскую поговорку через «fuck up». Эйзенхауэр потрясённо оглядывался по сторонам.
— Вы специально предложили встретиться на Санторини? — спросил он Хрущёва.
— Да. Мне хотелось, чтобы вы увидели своими глазами, насколько опасна бывает природа и что может натворить такой вулкан, — ответил Никита Сергеевич. — Если я правильно понял Бориса Ивановича, раньше на месте этого залива был круглый остров, который взорвался и провалился внутрь, как обвалившийся купол.
— Совершенно верно, — подтвердил Пийп.
— Я хочу сказать, господин президент, что пока мы с вами тратим время, чтобы помирить турок с греками, время наших собственных народов может внезапно закончиться, — пояснил Хрущёв. — Ваш Йеллоустоун — это огромная петарда с зажжённым фитилём, вставленная в задницу Америки. Она может рвануть в любую минуту, и от неё не спрячешься. Эта чёртова дыра может погубить всю планету.
— Что вы предлагаете? — прямо спросил Айк.
— Для начала — мы могли бы прислать наших вулканологов, чтобы помочь вашим специалистам адекватно оценить степень опасности, — ответил Хрущёв. — Дальше — будет видно. У нас есть и другие деловые предложения. Например, ваша система радионавигации LORAN и наша аналогичная навигационная система «Чайка» могут работать совместно. И таких мелочей множество. Ясно одно: мы не должны тратить невероятные деньги на гонку вооружений. Планета может разок чихнуть и уничтожить нас всех.
— Согласен, — с ходу ответил президент. — Насчёт вулканологов — однозначно. Я дам команду Национальной Геологической службе. С вами свяжутся, господин Пийп. С разрешения господина Хрущёва, разумеется.
— Я, безусловно, дам разрешение, — ответил Никита Сергеевич.
— По поводу гонки вооружений... — президент развёл руками. — Здесь далеко не всё зависит от меня. Корпорации живут за счёт военных заказов, они — самые прибыльные. Если я попробую отодвинуть их от этой кормушки — меня сметут.
— Но их можно переориентировать на другие заказы, — подсказал Хрущёв.
— Я над этим подумаю. Вы можете предоставить информацию, которую мне рассказали, в письменном виде? — спросил Эйзенхауэр.
— И даже на английском, — Пийп передал президенту папку с фотографиями и документами.
— Я вам весьма обязан, господа... Более того, Америка вам весьма обязана, — сказал Айк. — Полагаю, вы ждёте какой-то ответной любезности?
— Вообще-то нет, — ответил Хрущёв. — Мы понимаем, что вы ограничены в своих решениях принятой политической линией.
Президент несколько секунд раздумывал.
— Я не стану настаивать на уходе советских войск из проливов, — твёрдо произнёс Айк. — Чёрт с ними, с этими турецкими головорезами. Но это останется между нами. Пресса не должна знать о нашем соглашении. Разумеется, в прессе будет шум, на меня попытаются давить через Конгресс. Это уже мой вопрос. У меня с этой минуты есть более насущная проблема. Можете владеть этой канавой, вам она нужнее. Но не пытайтесь каким-либо образом отобрать Гибралтар. Если попробуете — войны не избежать. Я не смогу остановить наших «ястребов».
Вернувшись в свои апартаменты, президент позвал госсекретаря и ближайших референтов. Эйзенхауэр передал им разговор с Хрущёвым и советскими учёными. Все долго изучали документы из папки Пийпа. Копии документов отправили в Национальную Геологическую службу США для изучения.
Госсекретарь Гертер тоже был потрясён известием. Он специально на следующий день ходил по пляжам Санторини, рассматривая двадцатиметровые слои пепла, извергнутого вулканом. Обсуждая с президентом полученные сведения о Йеллоустоуне, Гертер вдруг задумался:
— Сэр... Мне кажется, господин Первый секретарь умолчал кое о чем.
— В смысле?
— Он сравнил Йеллоустоун с петардой в заднице Америки, так?
— Да. Весьма образно, надо сказать.
— Так вот, спичка для этой петарды находится в руках красных, сэр.
— Что-о-о?!!
— Их пятидесятимегатонная бомба. «Kuzkina mat'», как сказал мистер Хрущёв. Если такая штука рванёт в Йеллоустоуне...
Эйзенхауэр побелел.
— Fucking communists! Нет, мистер Гертер, не думаю. Хрущёв был сам реально обеспокоен, это было видно по лицу, по манере говорить... Мистер Пийп сказал, что вулкан может выбросить столько всякого дерьма, что загадит всю планету на несколько лет.
— Это могли быть только слова. Как мы можем быть уверены? Это же коммунисты! Зачем вообще нужна бомба такой невероятной мощности, если для уничтожения любого города хватит заряда в одну мегатонну?
Президент задумался.
— М-да... Такую возможность, несомненно, надо учитывать, — произнёс, наконец, Эйзенхауэр. — Но... В данный момент мне важнее завоевать доверие русского лидера. Моё обещание по проливам останется в силе.
Утаить шило в мешке президенту не удалось. Через некоторое время информация о супервулкане просочилась в газеты. Американская общественность была сильно обеспокоена. Паники «в народе» не было — судя по всему, утечка произошла из Геологической службы, и информация была подана в несколько сглаженном виде. Говорилось о теоретической возможности извержения, подчёркивалось, что предыдущая катастрофа была очень давно.
Но среди администрации США и военных панические настроения были. Догадка госсекретаря, что русская 50-мегатонная бомба предназначена для «инициации» извержения Йеллоустоуна, очень быстро распространилась по правительственным и военным учреждениям США. Военные лихорадочно пытались придумать контрмеры, но ничего не получалось. Они, разумеется, предполагали, что бомба будет доставлена баллистической ракетой. Определённые надежды возлагались на принятый на вооружение в 1958 году ракетный комплекс объектовой ПВО/ПРО «Найк-Геркулес», но он ещё не обладал противоракетными возможностями в полной мере.
