— Ты такая недовольная ушла с площадки, — я обернулась, и увидела вошедшего под крышу Чимина.
— Закончили?
— Да. Тебе так нравится искусство борьбы? — он присел с противоположного края.
— Я только тут увлеклась этим, но — да, — вздохнув о пропущенном, я постаралась примириться с таким раскладом. — Чем больше я наблюдаю за вашими умениями, тем сильнее хочу овладеть мастерством, хотя бы примерным. Подражать вам и Лео, Хану… это так здорово, владеть своим телом в совершенстве, обладать силой, ловкостью, выносливостью. Разумеется, когда это всё прикладывается к мудрости и знаниям.
— Этого мы ещё и сами не приобрели, — засмеялся Чимин.
— Ничего, всё приложится, — небеса, наконец, истончились, и из их прорех закапала вода. — Даже удивительно, что иногда о чем-то не думаешь, не знаешь, не интересуешься, а потом, волей судьбы, сталкиваешься с ним, и осознаёшь, что это чуть ли не твоё предназначение. Серьёзно, я всё чаще подумываю именно так о тхэквондо и прочих драках. Если бы я не пришла сюда, то доучилась бы в школе, поступила на какого-нибудь биотехнолога… не узнав! Не изведав! А сейчас я не мыслю жизни без разминки по утрам, без зарядок и тренировок. И понимаю, что ничего, из ранее изучаемого мной никогда не вызывало такой захватывающей страсти! А я имела все шансы пропустить главное, да и сейчас имею, поскольку не знаю, как связать свою жизнь с борьбой, ведь в Тигрином меня никто навсегда не оставит, я же не могу стать монахом…
— Ты сможешь записаться на любые курсы ушу. Или поступить в светскую школу боевых искусств, такие есть, — успокоил меня Чимин, а сам, мечтательно посмотрев на расходящийся дождь, взгрустнул: — А что, если кто-то из тех, кто поселился здесь, по призванию, наоборот, какой-нибудь биотехнолог? А он ведь себя уже не попробует в этом, не узнает, что для него было бы лучшим, — Мин вздохнул. — Ты заставила меня задуматься. Я столько не попробовал, прежде, чем очутиться здесь! Но уже вряд ли узнаю, заточен ли я для чего-то ещё… я с детства никогда не увлекался ничем, кроме рукопашного боя, каратэ. А оказавшись замкнутым в своих же собственных интересах, понял, что был слишком узколобым. Почему нельзя было попробовать всего понемногу?
Перебегая по дорожкам и прикрываясь руками от дождя, к нам присоединились Ви и Шуга, прервав доверительную беседу-откровение.
— Не пристаёт? — механически спросил у меня Юнги, удостоверяясь в обстановке, что она не накалена и не вышла из-под контроля. Я иронично оглядела разделявшие меня и Чимина три-четыре метра. Ещё надо было что-то говорить?
— Нет, не пристаёт.
— Я что, дурной, по-твоему? — оскорбился парень, посмотрев на товарища. — Я понимаю, что ты Сахарный, но не растаешь, если промокнешь, чего вы принеслись сюда?
— А ты сам чего? — подозрительным прищуром наградил его Шуга.
— Ничего, — непробиваемо огрызнулся Мин.
— Вот и мы просто…
— Я люблю грозу, — сбил всех с толку Ви, присев рядом со мной и слегка высунувшись из-под крыши. — Хоть бы была!
Я последовала его примеру. Тучи копились, темнели и опускались. Непогода в горах, я слышала, что-то экстремальное, потому что любой раскат звучит в десятки раз громче, а небо намного ближе. Мне тоже нравилась гроза, так что, разделяя энтузиазм Ви, я уставилась на горизонт и там, будто по заказу, сверкнула первая молния.
Перед ужином я обнаружила то, о чем почти забыла. Девичьи проблемы! Ну да, прошел же почти месяц, а я и думать перестала, что они объявятся у меня — монаха и брата Тигриного лога. Но нет, природа поспешила напомнить, что многое во мне "принципиально разнится" с ребятами. Сменив белый тобок на темную хакама и рубашку, я видела, как за дверями разошелся настоящий ливень, поднялся ветер и, потемневший воздух и померкший вечер, одолеваемы мокрыми вихрями и мощными потоками, сгибающими кроны деревьев и стучащими по крышам и любым поверхностям. Мастер Ли организовал всех адептов, чтобы закрыть все публичные помещения на внешние засовы: библиотеку, храм, школьный класс, спортзал и другое. Они носились по территории и закрепляли двери, хлипкие окна, убирали с улицы всё, что кто-либо забыл, чтобы не унесло и не смыло. Двойные, вечно распахнутые двери столовой закрыли, чтобы не хлестало внутрь водой и ветром, оставив одну наполовину распахнутой, припертой тяжелым булыжником. Все занятия на дворе были отменены и, к обычному часу, когда я прозвонила в гонг, монастырь собрался на последнюю за день трапезу. Удивив всех, пришёл Хенсок. Естественно, при таком урагане даже Лео не донесет ему покушать, не расплескав, поэтому и сам остался есть в компании. Они уселись с мастером Ли.
— Интересно, бедного Хана там не накроет? — озаботился Шуга судьбой кумира.
— Он могучий воин, он со всем справится, — заверила я его, переглядываясь с Джей-Хоупом. Тот улыбнулся моим словам. Было что-то сегодня особенно уютное среди нас. За стенами ухала стихия, загнавшая всех сюда, и мы походили не на скучных учеников, давно знавших друг друга, а на случайных путников, укрывшихся на время в высокогорной гостинице. Тянуло рассесться у огонька, попивая горячий — горячий! — чай или кофе, которых тут знать не знали, рассказывать истории. Но такую идиллию быстро испортит Сандо, зуб даю. Ему лучше будет стоять под пронизывающими струями, бьющими по лицу, чем душевно поточить лясы с людьми. Над головами прогрохотал гром, оглушающе накрывший вершины.
— Класс! — задрал голову к потолку Ви, распахнув рот от восторга.
— Воду таскать явно не надо будет, — пошутил Шуга. — Можно высовывать руку с тарелкой, и готово!
Я ждала, когда доест Лео, чтобы подойти к нему и извиниться, что обозвалась днем. В результате, его освобождение и на завтра тоже мне очень кстати, с моими-то регулами, мать их за ногу. Нет, к концу пребывания я точно застрадаю кастрационным комплексом!
— А ты и завтра привратник? — полюбопытствовала я заодно у Джей-Хоупа.
— Да, и, возможно, послезавтра. Вдруг погода не успокоится и помешает Хану спуститься вниз? — мы оба поняли, что речь идёт о "подняться вверх".
— То есть, у калитки живешь ты? — дошло до меня. — А где же Лео обитает?
— А он куда-то вниз уходит, к обрыву, не знаю, — пожал плечами парень. В этот момент Лео поднялся, отставив тарелку и, поскольку ходил достаточно быстро, то не оставил мне времени подумать. Я поднялась и поспешила за ним, нагнав его на пороге. Краем глаза я заметила пасмурное лицо Джина. Он опять думает не то о нас с Саб-Зиро!
— Лео, погоди, — но он успел перешагнуть границу трапезной, оказавшись на улице. Ветер выл, дождь лил, как из ведра и хуже, и я, чтобы не образовывать сквозняк, вышла за молодым человеком, закрыв за собой дверь. — Прости, что обозвалась! Я не хотела, я была расстроена из-за того, что ты не стал учить и меня, — он понимающе кивнул, непроницаемо терпя текущие по лицу капли. — Завтра я тоже свободна? — он подал знак, что "да". — Спасибо, это вовремя, потому что у меня тут женские проблемы… в общем, я опять хотела попросить тебя помочь мне помыться лишний раз, ты поможешь?
