— Помогите! — крикнула я, пожалев, что удалялась от остальных целенаправленно. Услышит ли меня кто-то теперь? Горные просторы неплохо разнесли мой глас вопиющего. Я повторила призыв и напрягла руки. Как хорошо, что я тренировалась с Чимином! Они держали меня и, хотя начинали дрожать и терять заряд сил, всё-таки могли повисеть немного. Откуда-то неподалеку выбежал Рэпмон, услышавший, похоже, что кто-то зовёт. Он непонимающе оглядывался по сторонам. — Я здесь! — окликнула я его и он задрал голову.
— Ого! Хо! — изумился он, найдя меня присоединившейся к хурме и ожидающей, когда кто-то снимет созревшую ягодку с ветки. Нет, всё было не так весело и оптимистично, как я себя успокаивала. — Ты чего там?
— Я сейчас упаду! Прошу тебя, поймай меня! — прохрипела я, пыжась и тужась продержаться ещё мгновения.
— Что?! А я смогу?! — поставил он недособранную корзину на землю. Я вцепилась в ветку из последних сил. Вслед за поднятыми руками, рубашка вылезла из-за пояса и свободно колыхалась на мне.
— Придётся! — рявкнула я, не в состоянии удерживаться дольше и разомкнула пальцы. — А-а-а!
Бросившийся под падающую меня, Рэпмон, едва не зашибленный сильнее, чем я, упал с ног, но всё-таки поймал несостоявшуюся жертву несчастного рока. Шлёпнувшись на него сверху, я закрыла глаза, боясь поверить, что не переломила шею и прислушиваясь к себе: всё цело?
— Фух… — выдохнул подо мной парень. Я открыла веки. — Слезай, ты меня придавил, как слон! — приходя в себя, я оперлась о застланную листвой почву руками по сторонам от Рэпмона и, когда начала подниматься, поняла, что распоясавшаяся рубашка распахнулась и открыла то, что было сокрыто ею. Ахнув, я подскочила быстрее, запахнувшись, но было поздно. Поднимавшийся Рэпмон тоже всё увидел. Его глаза так и застыли там, где я наспех всё прикрыла и защитила руками. — Ты… это были сиськи? — он посмотрел мне в глаза. В них нельзя было найти ничего, кроме паники и вопроса "где тут можно выйти в окно?" — Ты девка?! — дошло до него и он, длинноногий, успел поймать меня, попытавшуюся смотаться, и прижать к стволу дерева, которое меня скинуло. — Реально что ли? — его рука беспардонно опустилась мне между ног и, не нащупав сквозь штаны ничего, что опровергло бы наличие груди, поднялась и придавила меня сильнее. Я уперлась в него, пытаясь отпихнуть. — Женщина! — обескуражено и благоговеющее проорал, как орангутанг в брачный сезон, Рэпмон и впился в мои губы поцелуем.
Не знавшая, как уклониться от Джина, засматривавшаяся на Джеро и Чимина, восхищающаяся Лео, вот так просто и в секунду я была окончательно опорочена Рэпмоном, о котором никогда бы не подумала, как о потенциальном партнере и шок, вызванный его поступком, лишил меня ненадолго сопротивления. Его губы успели жадно растревожить мои, пройтись по ним горячим и влажным языком, попытаться ворваться внутрь. Тогда-то я и разморозилась, начав брыкаться и отталкивать его от себя. Но схватка была неравной. Руки Рэпмона уже шарили по моим бедрам, забирались под рубашку, сминали бока и требовали доступа к груди. Как только я ловила его за запястья в одном месте, он уже был в другом. В живот стало упираться что-то знакомо-ликующее, нашедшее, наконец, то, что искало. И вот, когда моя рубашка почти распахнулась с применением силы (я всё ещё не могла закричать, потому что не увернулась от поцелуя, не желавшего прекращаться), Рэпмон вдруг исчез и я, радуясь свободе и хватая её ртом и носом, увидела откинувшего его Чимина.
— Оставь её! Ты рехнулся?! — гаркнул он. Вновь сводя края рубашки, я шмыгнула ему за спину и, выглядывая из-за плеча заступника, мандражировала, не веря в счастливое спасение.
— Её? — Рэпмон посмотрел на меня, ставшую ещё интереснее из-за увеличившейся недостижимости. — Ты знал? — подумав о чем-то с переключившимся на Чимина вниманием, он подлетел к нему и рванул на нем рубашку, разведя в разные стороны. — Так… ну хоть ты настоящий парень, — успокоено выдохнул он. Чимин был немного сбит с толку тем, что тоже подвергся небольшому нападению.
— Господи, конечно я парень! Мы сотни раз мылись вместе, ты дебил?
— Да я и с Хо мылся, но он — девка! — ткнул он в меня и загрузился. — Постой… ты никогда не мылся с нами!
— Логично, я же девушка! — высунулась из-за плеча друга я. Из-за спины Рэпмона выбежали Шуга и Ви.
— Что за шум? — Сахарный оценил на глаз сцену и критически что-то сообразил. — Я так понимаю…
— О! — развернулся к ним Рэпмон и, не дав тому сказать, принялся поочередно распахивать на них рубашки, хватая за грудки. И если Шуга, приняв стойку, попытался боксировать, прежде, чем позволил себя обнажить, то Ви флегматично проследил, как его наполовину раздели, опустив нос себе на грудь и подняв его обратно к Рэпмону, как бы спрашивая "а зачем это было сделано?". — Так, ага… и эти пацаны. В ком ещё засада?
— Да успокойся ты! — продолжая прикрывать меня, бросил ему Чимин. — Она единственная девушка, прекрати лапать всех подряд.
— Черт, ты узнал? — обеспокоился Юнги.
— Я видел сиськи! — как о восстании Лазаря из могилы сообщил Рэпмон.
— А Джин опять просмотрел, — захихикал Ви. Шуга двинул ему в бок.
— Как? Вообще все, кроме меня, знали? — молодой человек оскорблено погрозил нам пальцем. — Ещё друзьями звались!
— Знают далеко не все! — поспешила вставить я. — И, пожалуйста, не говори никому, кроме присутствующих и Джина.
— А что мне за это будет? — с коммерческим подходом феодальной формации, когда плату дают натурой, поднял брови Рэпмон.
— Хватит тебе и того, что ты сделал! — осуждающе сказал Чимин. — Уже за это тебя должны выгнать из монастыря!
— А что он сделал? — полюбопытствовал Шуга.
— Он поцеловал её!
— Он поцеловал её! — раскрыл рот Ви, повторив за Мином и вытаращив глаза.
— И если ты расскажешь, что я девушка, то я расскажу, что ты сделал! — выдала я шантаж, выделываясь в укрытии спины товарища.
— Да держите меня семеро, даже если я буду молчать — я же тебя где-нибудь нечаянно трахну! — сокрушаясь, развел руками Рэпмон.
— Тогда тебя трахнет Джин, — похлопал его по плечу Шуга. — А потом Чим. Ну и я поглумлюсь немного над трупом.
— Блин, вы мужики вообще? — оглядел их обескураженный новый посвященный в наши ряды носителей тайны. — Вы сами что ли не хотите? — Чимин и Шуга молча переглянулись, Ви отрицательно закачал головой, не сомневаясь и секунды. Но пока качалась его голова, он пронаблюдал, что приятели не отрицают возможных желаний и, постепенно переставая отрицать сам, Ви остановил голову, задумавшись, а не кивать ли надо было?
— Да причем здесь то, что мы хотим! — первым выкрутился Юнги. — Это запрещено в монастыре! Запрещено!
