— Прощаю, — выдает без эмоций. — Нам нужно выбраться поскорее. Проход может обвалиться в любой момент. Кладка хорошая, но старая. Взрывная активность оказывает воздействие на камень.
— В каком смысле? — содрогаюсь и разом обмякаю. — Нас замурует тут?
— Теперь это единственный безопасный путь из замка, — замечает невозмутимо. — На остальных этажах ведутся бои. Поверь, тебе не захочется попасть в перестрелку.
— Хорошо, — сглатываю. — Выведи меня, а потом вернись и помоги Амиру. Боже, ты должен был сразу его забрать. Вместе со мной.
— Он бы не ушел, — отрезает.
— Почему? — удивляюсь. — Откуда ты знаешь? Даже не пробовал. Давай вернемся. Давай просто быстро вернемся за ним и…
— Амир вожак, — замечает холодно. — Вожак должен до последнего стоять.
— Он ранен! — глаза обжигает от подступивших слез. — Я не понимаю, как он выстоял, как выдержал. Он истекает кровью.
Леон прекращает мне отвечать. Ускоряет шаг. Едва успеваю за ним. С ужасом отмечаю, кладка и правда серьезно страдает. Взрывы не прекращаются. Камни срываются вниз. Жуткое чувство.
Я закрываю глаза, мчусь вперед, толком не разбирая дорогу. Жесткая хватка киллера немного успокаивает, помогает держать истерику под контролем.
Проходит минута — и ледяной воздух ударяет в лицо. Еще пара шагов и мы оказываемся на улице.
Дышать больно. Чертовски больно. Мороз обжигает легкие.
Жадно оглядываюсь по сторонам. Голова кругом идет. Реальность отплясывает дикий танец, вращается. Такое чувство, будто сейчас отключусь, упаду в обморок. Растянусь прямо на свежевыпавшем снегу.
— Пожалуйста, — бормочу я. — Вернись и помоги Амиру. Прошу. Не знаю, что там за люди и какие планы у этого чокнутого Викинга. Ты… ты же и сам понимаешь, ты должен быть рядом и сражаться, помогать другу.
Сжимаю его руку изо всех сил, ловлю взгляд.
— Должен, — выдает мрачно. — Только у меня другой приказ.
— Что? — роняю устало. — Какой?
— Защищать тебя, — следует хлесткий ответ.
Глава 68
Леон усаживает меня в автомобиль, пристегивает ремнем безопасности, а я настолько плохо соображаю, что даже не замечаю, какого цвета его машина сегодня. Красная? Багровая? Алая? Перед глазами плывут мерцающие черные точки.
Мужчина занимает место водителя, а я отстраненно наблюдаю за его движениями, вижу, как он берет бутылку с водой, откручивает крышку, после достает темный стик, вроде тех, в которых обычно приносят сахар в кафе, если заказываешь чай или кофе, надрывает упаковку зубами, высыпает содержимое в бутылку, снова закрывает емкость, встряхивает, основательно взбалтывает и наконец протягивает мне.
— Пей, — произносит он.
И я даже не спорю. В голове воцаряется полный вакуум, никаких мыслей. Только тревога сотрясает изнутри, жгучая паника пронизывает жилы.
Я не спрашиваю, что там, что именно он размешивал и предлагает выпить. Вообще не задаю никаких вопросов. Безвольная. Слабая. Никчемная. Я должна бороться. Обязана. Во всяком случае, мое тело этого требует, потому что меня до сих пор ужасно колотит. Физически тянет к активным действиям. Бежать. Сражаться. Вернуться назад и лично вытащить Амира из той адской комнаты. А морально я на дне, не соображаю, слабо осознаю происходящее, с трудом понимаю, где нахожусь, с кем и зачем.
Все вокруг выглядит странно. Размыто. Размазано.
Я покорно открываю бутылку и пью растворенный там порошок. Возможно, поступаю глупо, подвергаю себя опасности. Но и отказаться сейчас не выходит. Я толком и не задумываюсь о том, что в принципе могу отказаться. Мало ли какая внутри гадость?
Амир верит Леону. Точка. Значит, и я буду верить.
Но Амир не знал, что на нас нападут. Верно? Так он сказал. Не рассчитал, не предугадал всего. Никто не способен оценить всю опасность, предугадать ходы наперед. Это нереально. Фантастика. Только черт побери, если я и Амиру доверять перестану, то как могу быть уверена в остальных людях?
Мне нужно за что-то держаться. Нужно. Необходимо.
Жидкость в бутылке безвкусная. Мутная. Пью мелкими глотками. Смотрю в пустоту. Дрожь в теле понемногу утихает. Дыхание выравнивается. Разум проясняется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Или это обманчивые впечатления? Вдруг там просто наркотик? Очередная запрещенная гадость?
— Что здесь? — спрашиваю Леона. — Что ты мне дал?
— Препарат для восстановления водно-солевого баланс, — поясняет он и, понимаю природу моих опасений, прибавляет: — Ничего серьезного. Не волнуйся.
— Мой баланс в полном порядке, — замечаю тихо.
И продолжаю пить. Когда содержимое емкости подходит к концу, автомобиль останавливается. Поворачиваю голову и вижу знакомый отель.
Настолько быстро?
Господи, я даже не заметила, как мы сюда приехали. Вовсе пропустила подобный момент. Ощущение, словно в реальности сформировался разлом и я туда рухнула.
Неприятное чувство. Очень неприятное.
— Пойдем, — говорит Леон и помогает покинуть салон, проводит до номера и предлагает принять ванную. — Тебе надо смыть кровь. Я останусь за дверью, мы будем общаться, пока ты не закончишь.
Ограничиваюсь рассеянным кивком.
Прохожу вперед, бросаю взгляд в зеркало и обмираю на миг. Сглатывать больно. Да и челюсть ноет. На лице явственно проступает отметина, грозящая превратиться в синяк. Но даже это не самое жуткое в моем внешнем виде.
Боже, я так по отелю и шла?
Перепачканная кровью. В разодранном платье. Практически полуголая. При чем я даже не понимаю, когда успела испортить свой наряд. Дорогой материал теперь смахивает на ветошь.
В тайном проходе ободрала ткань? А кровь откуда? Я же не ранена.
Амир. Прямо как утреннее дежавю. Но хуже. Дьявол, сейчас и заорать не выходит. Звук забивается в груди.
Закрываю глаза и отворачиваюсь. Стягиваю тряпку через голову. Избавляюсь от всего лишнего. Открываю воду и ступаю под упругие струи. Смываю все.
Леон говорит, задает мне вопросы, снова и снова, не дает никакого покоя. Отвечаю машинально, чисто механически. Что-то о моем состоянии. Есть ли раны. Синяки. Царапины. Где болит. Что чувствую.
Настоящий фарс. Я в полном порядке, обо мне не стоит переживать. Я в номере отеля, в душевой кабине. Мои дурацкие ранения не представляют никакой угрозы для моей жизни. Чего нельзя сказать об Амире. Он в эпицентре бойни. Один. Доверять некому. Мифические люди Леона внушают мало доверия. Вообще, не внушают, если честно. Викинг и вовсе двинутый садист. Плюсом ко всему идут взрывы, перестрелки.
Только ничего не изменится. Киллер не оставит меня в одиночестве и не поспешит на помощь другу. Я даже не попробую повлиять на него. Не важно. Уже ничего не важно. Мы оба получили приказ. Мы оба не посмеем ослушаться.
Я выхожу из ванной комнаты в халате. Зуб на зуб не попадает. Меня снова начинает дико трясти. Успокоиться не выходит. Вообще ничего уже не выходит.
Леон протягивает мне таблетки и стакан воды. Принимаю это. Молча. Без вопросов и без уточнений. А потом я закрываю глаза и как будто проваливаюсь в темноту.
Мир вокруг плывет, становится мягким.
Я плыву, окончательно теряю волю.
+++
— Где Амир? — это первый вопрос, который я задаю, когда открываю глаза и вижу в кресле перед кроватью Леона. — Что с ним? Почему его здесь нет?
— Занят, — отвечает киллер. — Он занят, но как только освободится, то приедет сюда. Ляг и поспи, тебе необходимо восстановить силы.
— Нет, — решительно отбрасываю простынь, резко поднимаюсь, отчаянно стараюсь справиться с головокружением. — Я достаточно отдохнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лицо обжигает боль. Кажется, слишком активно двигаю челюстью в процессе речевой деятельности. Меня точно кипятком ошпаривает, жар прямо в лицо бьет.
Замираю, осторожно ощупываю подбородок. Теперь и сглотнуть страшно. Судорога мышцы сводит.
Леон пользуется образовавшейся заминкой, поднимается со своего поста и заталкивает в мой рот очередную порцию таблеток, силой заставляет их проглотить. Эти капсулы мелкие и скользкие, моментально внутрь пролетают.
