— Я Айкмор, — произнес он, отдавая Криспу честь. — Я стою перед тобой за своих людей. Если мы обманем тебя, можешь отыграться на мне.
— Иди к своим людям, — ответил Крисп. — Я не требую этого от тебя.
— Я знаю. Требует моя честь. Я останусь.
Крисп уже научился не спорить, когда халогаи заговаривает о своей капризной чести.
— Как пожелаешь, северный вождь. — Он отстегнул с пояса флягу, глотнул сам и передал Айкмору. — Выпей со мной.
— Ладно.
Айкмор приложился к фляге. Несколько капель вина упало на и без того не слишком чистую белую тунику. Халогай был не слишком высок, зато крепко сложен. Был он курнос, сероглаз и лысоват на макушке. Зато над ушами волосы росли длинные — почти такие же, как роскошные усы, хотя борода выглядела жидковатой. В ушах халогая красовались массивные золотые серьги с жемчугом. «Яковизий бы себе такие захотел», — подумалось почему-то Криспу. Когда фляга вернулась к императору, она была пуста.
Халогай покидали город по двое-трое, проходя между чародеями. По сравнению с большинством своих сородичей Айкмор казался просто мозгляком. Многие халогаи носили следы ожогов или полученных в бою ран, а порой и того и другого. На имперцев они глядели мрачно, словно никак не могли поверить, что проиграли.
Оглядывая их, Крисп и сам удивлялся своей победе. Халогаи были сильными и жестокими мужчинами, словно специально созданными для войны. Видессианам солдатское ремесло давалось труднее. Но в конце концов мастерство победило ярость.
Маммиану, видно, тоже пришло в голову нечто подобное.
— Они хотят попытаться снова, — заметил он. — По глазам видно.
— Так легко у них уже не выйдет, — отозвался Крисп. — Теперь, когда мы владеем землями до самой Астрис, стоит поставить флотилию дромонов, чтобы патрулировать реку. У них на виду я переправляться не решился бы.
Сказал он это не столько ради Маммиана, сколько ради Айкмора. Краем глаза он заметил, как погрустнел халогай. Значит, понял.
Несколько минут спустя из толпы северян вышел один воин и двинулся к Криспу. Император нащупал рукоять сабли. Телохранители напряглись. Но воин остановился на приличном расстоянии и громко сказал что-то на своем языке. Крисп обернулся к Айкмору:
— Что он сказал?
Айкмор погрустнел еще больше.
— Он хочет поступить к тебе на службу, император видессиан.
— Что? Почему?!
Айкмор спросил у халогая, выслушал ответ.
— Он говорит, что его имя Одд, сын Аки, и что он сражается только вместе с лучшими воинами в мире. До сих пор он считал лучшими своих сородичей, но вы разгромили нас, значит, он ошибался.
— За эти слова я найду ему место, — ухмыльнулся Крисп.
Айкмор перевел. Одд, сын Аки, кивнул Криспу и отошел. Им занялся видесский офицер.
За день еще несколько халогаев покидали ряды сородичей и просили разрешения вступить в ряды видесской армии. Большинство называли ту же причину, что и Одд. К тому времени, когда последний северянин покинул Плискавос, Крисп обнаружил, что навербовал немалый отряд. Айкмор повернулся к перебежчикам спиной.
Халогаи обогнули Плискавос, чтобы добраться до пристани, где их ожидало еще одно свидетельство мощи империи — корабли Канария, медленно выгребающие против течения, точно парящие над мышиной норой ястребы.
Крисп подъехал к речному берегу, чтобы посмотреть, как северяне будут садиться на плоты. Айкмор шел за ним, хотя двое телохранителей все время отделяли его от императора.
Первый плот спустили на воды Астрис чуть за полдень. Дромон следовал за ним через реку, не сводя с плота жуткую трубу сифона. Судьба переправляющихся зависела только от капитана судна. В этом не могли сомневаться ни халогаи, ни имперцы. Больше, чем что-либо иное, эта переправа продемонстрировала, кто победил, а кто — проиграл.
Больше и больше плотов отправлялись в путь. Не всех дромоны сопровождали всю дорогу, но всякий раз держались достаточно близко, чтобы в случае нужды исполнить свои обязанности. Уничтожение неуклюжих долбленок было неравной борьбой. Атака на плоты превратилась бы в бойню.
К Криспу протолкался Заид:
— Мимо нас прошли все халогаи, ваше величество. Я не нашел и следа Арваша.
— Тогда отдохни, — сказал Крисп.
Юный чародей всегда был тощ, как тростинка, но теперь его еще и шатало. Несмотря на это, он запротестовал:
— Я должен войти в город и посмотреть, не прячется ли там черный маг… — Суровые его слова несколько утратили суровость, прерванные зевком.
— В таком состоянии ты скорее на ходу заснешь, чем кого-то выследишь, — ответил Крисп. — Я поставлю чародеев у каждых ворот. Если он внутри, то выйти не сможет.
Он старался говорить по-императорски грозно. Видимо, не очень получилось — Заид подмигнул ему, но все же направился в лагерь, чего Крисп, собственно, и добивался.
Построенные халогаями плоты в первый день перевезли на другой берег лишь часть северян. Оставшиеся разбили временный лагерь за стенами Плискавоса. На дальнем берегу мерцали костры их товарищей. А между ними всю ночь патрулировали реку имперские дромоны — вверх-вниз, вверх-вниз.
На южном берегу Астрис стояли в ночном дозоре видесские лучники, на случай предательства со стороны халогаев. Но большая часть имперской армии вернулась в лагерь за земляным валом. Вечером, на офицерском совещании, Саркис хитро глянул на Криспа:
— Прочесть ваши мысли, ваше величество?
— Попробуй, — предложил Крисп.
— Вы хотите, чтобы по пути на север наших халогаев догнала большая банда хаморов и закончила работу за нас.
— Кто, я? — Если перед Заидом Крисп изображал суровость, то теперь — невинность. — То была бы слишком жестокая судьбы для врагов, с которыми мы только что заключили мир.
— Да, ваше величество, конечно. — Глаза Саркиса блеснули. — Но не вы ли отправили на северный берег Астрис двоих конных гонцов? Думаю, если только вы не решили дать нашим северянам провожатых, они отправились поговорить с одним из местных хаморских каганов.
— Даже не с одним, — признался Крисп. — У одного кланового вождя людей не хватит, чтобы справиться с такой большой армией. А вот трое-четверо согласятся в надежде получить от нас золото. Я предпочитаю терять деньги, а не людей. Солдат мы в боях и так немало потеряли.
Офицеры одобрительно зашептались.
— Ваше величество, — сказал Криспу Богорад, — таким, как вы, и должен быть Автократор видессиан.
Остальные командиры серьезно закивали. Криспа раздуло от гордости.
— А что бы вы сделали, потребуй Айкмор от вас слова не слать гонцов к хаморам? — спросил Саркис.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
