Мимо проплывали дома разрушенного города. Их стены были обломаны, крыши развалины, окна разбиты. Вместо жилых квартир — остались лишь пустые облезлые стены. Некогда шумные и оживленные улицы, теперь покрыты слоем мусора и обломков. Медленно ехали мы по этим улицам, осторожно объезжая обломки и избегая громадных куч мусора. Вокруг нас царила тишина, лишь иногда нарушаемая скрипом и стоном разрушенных зданий. Этот город когда-то был полон жизни и движения, а теперь он выглядел как мертвый памятник прошлого. Которое уже не вернуть.
Плавно покачивался грузовик. А я ехал и чувствовал, будто жмет мне в груди что-то. Прямо колет! Полез глянуть — Пистолет мой! А я и забыл про него...
Глава 18. Добро пожаловать...
Скоро рассвет.
Ветер шевелил травинки, играя с ними в свою игру. Он ласково гладил их, словно детей, и нежно шептал им на ушко. Травинки, в ответ, покорно поклонялись ему, раскачивались, раскрывая свои зеленые листочки ему навстречу. Но ветер не останавливался на этом. После травинок, он поднимался ввысь и медленно гнал облака. Гнал куда-то вдаль. Куда — не хватало глаз! И только когда уставал, он снова ложился на зеленый луг, и как прежде, гладил травинки, будто радуясь своим подвигам. Ветер, травинки, облака и луг — все они были частями одной большой и прекрасной природы, которая играла свою вечную игру. И не было ей никакого дела до жалкой горстки людей, что решили бросить вызов самой смерти.
Утро пробуждалось медленно, словно неспешно открывая глаза после долгого сна. Тишина царила вокруг, лишь слабый шепот листьев и завывание легких порывов ветра нарушали спокойствие. Но вдруг, словно наступило волшебство, первые лучи утреннего солнца пробились сквозь горизонт и начали медленно подниматься вверх. Их теплый свет окутал все вокруг, пробудив природу к жизни. Ветер полностью стих, а птицы запели все громче и громче, будто восхищаясь этим прекрасным зрелищем. Воздух наполнился ароматами цветов и трав, а небо стало все ярче и голубее. Это был настоящий чудесный момент, когда природа пробуждалась к новому дню, а я мог лишь наслаждаться этой красотой и чувствовать, как сердце наполняется радостью. Первые лучи утреннего солнца поднялись из-за горизонта, принося с собой новый день и надежду на то, что все будет хорошо! Хоть в это и слабо верилось...
«Славный» впереди.
«Добро пожаловать!» — знак на въезде. Он так и остался на своем месте, и теперь выглядел, как издевка. Знаю, ждут нас там... Где-то там — медуза та проклятая. Висит в небе, над зданием «Горкома Партии». Воет, щупальцами хлещет по земле. Яйца с под себя посвесила, — приплод свой ждет, чтобы погибель умножить для всего живого! Где-то там — осьминог громадный. Спрут! Тварь окаянная... Сидит, ждет нас! Медузу ту охраняет-сторожит. А вокруг — тварей полчища, которые не знают ни страха, ни усталости. Рыщут всюду! Плевать им всем на жизнь, плевать на чужие страдания, мечты и надежды. Они скорее всего, даже не знают, что такое «надежда»! Эти твари просто хотят жрать! Они не остановятся ни перед чем, чтобы утолить свой голод. Ведь их единственная цель — уничтожить и пожрать все на своем пути. Там они! Не видно их еще никого. Но я точно знаю: — Там! И они не отступят. Даже когда мы придем их убивать, всех до единого...
Первые лучи восходящего солнца ласково коснулись верхушек деревьев, пробуждая природу ото сна. Тихий шепот ветра сменился звонким гомоном птиц, которые уже проснулись к новому дню. Скоро и город проснется полностью. Но его жители не будут бежать по своим делам! Не будет ехать транспорт, не откроются магазины. Дети не попросят молока, и старики не пойдут в ближайший сквер, чтобы посидеть на свежем воздухе и послушать пение птиц. Нет там больше живых... А, лучи солнца будут продолжать свой путь по небу, освещая и согревая все вокруг, напоминая о бесконечном цикле жизни и надежде на новое начало каждый день.
Поднялся я с земли. Потянулся улыбаясь утреннему солнышку. Ага, — на земле я сидел! Вий дал нам пару часов, чтобы отдохнуть и подготовиться. Мужики покемарить легли, а я — вот... На краю поля присел. Че-то мысли меня все одолевают. Про природу, да про жизнь... Вот и присел я коло знака этого: «Добро пожаловать!» Ага! Травка тут зеленая. Ветерок ее колышет. Одуванчики растут. Желтенькие такие, пахнут! Хорошо тут. Тихо! Вот и сидел — думал. Про все думал: про жизнь свою, про друзей, про Серафиму и Степана. Про волчка. Даже про жонку свою бывшую думал! И про соседа, козла того, будь он неладен. Тьфу! Помянешь — дык икнется... Мы как поворот, что домой ведет проехали, где знак еще тот белый: «ПАВЛОВКА 9км» — так сердце кольнуло, будто сто лет дома не был! Легковушка еще та, что разбитая, из-за которой воевали — стоит по-прежнему. Никому она не нужна...
А теперь, перед Славным стоим. Прямо на въезде! Нормально мы сюда доехали. Ночь, день и еще всю ночь в дороге. Ходко дошли! Пару раз на нас напасть пытались. Гадины конечно-же! Даже не стали мы притормаживать. Пальнули по ним из КПВТ, да с пулемета я вмазал. Враз угомонили их! Еще пару раз были поломки. Газик ломался, да танк. По мелочи все! На «шестьдесят шестом» — топливопровод прохудился. Дырка в нем сделалась. А чо — не понятно... Замотали! А у танка — палец из гусеницы вылазил. Клепали. Да один раз, глох он. Мотор барахлил. С топливной аппаратурой чего-то. Расстроилась. Оно и понятно! На такое расстояние танк гнать. Не приспособлен он, чтобы десятки часов по асфальту, да почти на максимуме переть! Сделали все. Махал-Махалыч — золотые руки! Быстро они с Толяном все исправили. Сейчас — на ходу вся техника! Мы вот только уставшие немножко. Столько всего на нас свалилось... Ну, хоть с техникой научились управляться и оружие освоили. Шона и Алтай — гранатометы изучили. Толян — танк освоил. Васяка из автомата навострился стрелять. До этого, — так,
