очереди сказал — по-моему, он начал со Спасибо; а потом сказал Вы говорили нам о хлорметане, но, думаю, многим из нас интересно насчет других химикатов, которые обнаружили под землей…
— Вы не могли бы рассказать о них побольше, точно так он и сказал…
— Обо всех остальных химикатах, по-моему, сказал он…
— И мямлящий, этот мямлик, помню, он ответил Да, конечно, могу…
— Потом пролистал свой блокнот, и, когда нашел, что искал, помню, он сказал На всех опытных точках найдено двенадцать химикатов и пять тяжелых металлов…
— Но не более чем в виде следовых количеств, помню, говорил он…
— И потом, помню, он сказал Иначе говоря, эти химикаты, хотя и наличествуют в обнаруживаемых концентрациях…
— Но позвольте, позвольте сказать мне, помню, заговорил Джордж Фобель…
— Разрешите пояснить, помню, сказал Фобель…
— Знаете, подобные химикаты и в подобной концентрации присутствуют от природы во всех водоносных слоях на такой плотной горной породе, как наша, помню, говорил он…
— Особенно в карбонатных породах вроде известняка и доломита, как у нас, помню, сказал он…
— Все это может показаться немного заумным, помню, говорил он…
— Но это всего-навсего значит, что все хорошо, помню, говорил он…
— То есть на основании всех свидетельств и экспертных мнений мы не считаем, что какие-либо из этих элементов представляют угрозу или риск для здоровья нашего сообщества, помню, говорил он…
— Да, помню, сказал тогда мямлик: совершенно верно…
— Но как насчет слухов, что вам об этих химикатах известно уже лет восемь, помню, спросил следующий в очереди…
— Это чертовски долго, помню, сказал он…
— Да, значительный период времени, помню, сказал Джордж Фобель: и это хороший вопрос…
— Но в течение этого времени, хотя нам действительно было известно о наличии этих химикатов, помню, говорил он…
— Мы не считали, что они выходят за границы нашей собственности, помню, говорил он…
— Не было ни повода, ни признаков для того, чтобы считать, что имеет место значительная миграция элементов, помню, говорил он…
— То есть у нас действовали системы сдерживания и переработки, помню, сказал он: и мы…
— Но, но позвольте добавить пару слов, заговорил тогда человек слева от Фобеля, и я помню, что он положил руку на микрофон…
— То есть позвольте добавить здесь одну мысль, помню, сказал он…
— И потом представился, назвал, кажется, имя и сказал, что он какой-то там старший вице-президент «Озарка»…
— И говорил он очень спокойно и, пожалуй, очень уверенно…
— И потом сказал Знаете, когда-то давно многие компании не знали об опасности этих отходов, помню, сказал он…
— И мы на тот момент тоже об этом не знали, помню, сказал он…
— Другими словами, помню, сказал он: мы, конечно, знали о наличии этих химикатов — мы их использовали или производили — но мы никогда…
— Если позволишь, Джон, если можно добавить один пустяк, сказал тут Джордж Фобель и тут, помню, закашлялся…
— Если ты не против, Джон, по-моему, на ситуацию можно взглянуть так, помню, сказал он…
— Знаете, по нормам штата и страны, действовавшим в 1970-х и существующим поныне, мы не обязаны извещать власти штата об этих аспектах нашего производства, помню, сказал он…
— Этого не требует ни один закон, помню, говорил он…
— Мы неукоснительно подчинялись существующим стандартам штата и страны по раскрытию информации, помню, говорил он: и уверен, доктор Тарру здесь меня поддержит…
— Совершенно верно, помню, сказал со своего конца стола мужчина из правительства — который крупный, с седыми волосами и галстуком-бабочкой: наши нормы о документации и уведомлении были ясны и…
— И, разумеется, после тщательного исследования мы не нашли законных оснований для обязательного раскрытия подобной деятельности, помню, сказал он…
— Происходящей на частной территории, помню, говорил он…
— Более того, много лет у нас не существовало механизма оценки подобной информации, помню, говорил он…
— В этом отношении не будет судебных разбирательств, помню, говорил он…
— Вам может быть интересно, что в действительности «Озарк» уже со времен своего основания вел то, что сейчас называется экологически приемлемой практикой, безо всякой законодательной необходимости, помню, сказал Фобель…
— Более шестидесяти лет назад мы ввели масштабное сокращение объема отходов и их переработку, помню, сказал он: и мы расширяли эту программу, и в наши дни перерабатываем более 19 тысяч тонн материалов в год…
— На самом деле сегодня во всех наших инвестициях и решениях отражается все более беспримесная экологическая ответственность, помню, говорил Фобель: и с каждым годом мы делаем для охраны окружающей среды все больше, и занимаемся этим лучше, с повышенным пониманием важности…
— И тогда эта тетка, реально толстая тетка в широких шаркающих джинсах и мятой рубашке, напоминающей складки парашюта, тогда на кафедру поднялась она; но она была такая низенькая, что мужчине позади нее пришлось отцепить микрофон и подать ей, и еще, помню, она читала по бумажке…
— И помню, она сказала Добрый вечер; меня зовут Альма Уокер, и я живу на Олд-Велл-роуд с мужем и четырьмя сыновьями уже двадцать четыре года; до этого я жила в Изауре с восьми лет; сейчас я хотела бы знать, как вы могли это допустить…
— И Джордж Фобель, знаете, Джордж Фобель аж подскочил; так навалился на кафедру, что та сдвинулась и заскрипела, и тогда, помню, он перебил со словами Мэм?; миссис Уокер?; прошу меня простить, но мне кажется, это не совсем справедливо…
— Видите ли, вы предполагаете виновность с нашей стороны, хотя это просто безосновательно, и представляете нам в виде свершившегося факта то, чего попросту нет, помню, говорил он…
— Мы действовали исключительно в рамках закона, но вы все же продолжаете цепляться за слухи, будто мы в чем-то виноваты, помню, говорил он…
— Другими словами, вы продолжаете идти по опасному курсу — реагируете на страх, а не на факт, помню, говорил он…
— И потом, помню, он сказал Мэм, вам и всем присутствующим нужно понять, что химикаты являются неотъемлемым побочным продуктом нашего индустриального общества и побочным продуктом будничной жизни каждого гражданина этого
