которого увеличивается с каждым мгновением! Нам надо быстрее уходить!
– Осталось три противника! Остальные отступают, разворачиваются! – радостно доложила Буря.
– Отставить огонь! – тут же приказал я, после чего через несколько секунд все орудия стихли.
Наступил момент истины. Напряжение нарастало с каждой секундой. Корпус продолжал стонать, но стоны становились всё тише и тише. А вот двигатели не справлялись с возложенной на них нагрузкой. Сто процентов придётся ремонтироваться после того, как мы выберемся из этой западни.
– Десять процентов… – нервно проговаривал Ной. – Восемь процентов… Пять процентов… Вырвались!
– Новые противники на периферии! – влезла Буря. – Приближаются к нам на большой скорости! Класс кораблей невозможно установить, система полетела!
– Прыжок! – крикнул я, и всё пространство перед нами смазалось в одном большом белом пятне.
Я сразу же откинулся в кресле, чувствуя, как у меня от пота к спине прилипает майка. Такого нервного напряжения я не чувствовал очень давно. Судя по схемам, линкор получил множественные повреждения корпуса, отказала часть маневренных двигателей, снизив скорость поворота и разворота, перегреты основные межзвёздные двигатели, перегреты маневренные носовые двигатели по левому борту, часть хвостовых орудий уничтожена… в общем, нам досталось. Хорошо ещё, что нас не засосало в чёрную дыру, повезло. Но придётся многое сделать, чтобы восстановить линкор.
Целый час мы летели в гиперсвете, причём даже было непонятно, где именно летели. Экстренный прыжок – это всегда перпендикулярный основной оси галактики прыжок, после чего экстренное возвращение в её структуру. Словно дельфин выпрыгивал из воды, чтобы вздохнуть, а потом быстро возвращался обратно в воду. Если проводить аналогии, то это было ближе всего.
За этот час мы успели частично восстановить системы линкора. Пришлось тратить умный металл уже мёртвых бойцов, чтобы это сделать. Но оно было просто жизненно необходимо. Под угрозой отказа было несколько важных систем жизнеобеспечения, например, системы очистки и циркуляции воздуха. Также в отказ ушли несколько систем вооружения, но это мы оставили на второй план. Сначала наши жизни надо обеспечить, потом уже защиту.
Вынырнули мы из гиперсвета за несколько прыжков от территории клана Грей. Но экспериментальная система показывала, что нас ждали почти по всей линии соприкосновения государств. Проскочить было практически невозможно. А это значит, что о наших делишках прознали, и они нанесли ощутимый вред репутации выродков из основного семейства. Это радовало. Но вот остальные вообще не разделяли моей радости.
– И чё делать будем? – спрашивала Буря, смотря на всё происходящее со своего пульта.
– Искать топливо, – вместо меня ответил Пульсар. – У нас ни хрена его в запасах нет. Систему подачи и откачки топлива не смогла эта хренова червоточина повредить. А тут есть газовый гигант. Сканирование показывает, что у него есть в составе гелий-три, столь нам необходимый… но его там крайне мало. Хватит примерно нам на два прыжка, если качать его где-то час.
– Мы сейчас где точно находимся? – спокойно спросила Коррозия, ибо её система почти полностью отказала.
– За несколько прыжков от подконтрольных людям систем, – мрачно говорил я. – И нас ждут.
Но у нас время было на подготовку. Клановые корабли, а я не сомневался в том, что это именно они, циркулировали по границе территорий. Они не пытались пересечь её, что говорило о том, что союзные отношения подорваны. И судя по разбросу, нас ждала примерно половина всех из возможных сил клана Грей. Это мне очень льстило, что столько сил на меня одного бросает мой братец. Но всё равно ситуация была плачевной, надо было прорабатывать план.
– Итак, что мы имеем? – как-то шуточно начал говорить я.
– Система маневрирования частично сломана, – напряжённо сказал Пульсар, приближаясь к нужному нам газовому гиганту. – Двигатели работают крайне хреново. Даже после дозаправки мы не сможем сделать большой прыжок, нас поймают.
– Долго сражаться мы тоже не сможем, – отрапортовала Коррозия. – Хватит на мелкую флотилию наших боезапасов, не больше.
– Нас не ждут где-то в одной точке, – с улыбкой проговорила Буря. – Нас ждут сразу везде. Противник распылил свои силы, и это хорошо. Будет вероятность прорваться на одном из направлений. Главное, надо найти подходящий момент.
– Щиты почти полностью разряжены, – расстроил Пульсар. – Броня почти везде повреждена. Нам просто так не пройти через заслоны. Нас уничтожат при длительном контакте. Да даже пятнадцать минут открытого боя с мелкой флотилией, где флагман лёгкий или тяжёлый крейсер имеется, нас прикончат. Дело пахнет жареным.
– Надо продумать, как восстановить все… – задумался я. – Наших инопланетных друзей не видно?
– Чисто логически, – усмехнулась Коррозия. – Любого человека, рождённого не на той планете, что был рожден ты, можно назвать инопланетянином.
– Чёрт! – рыкнул я. – Я серьёзно! Не видно преследователей?
– Мы преодолели полторы тысячи световых лет, Войд, – словно с ребёнком начала говорить со мной Коррозия. – Они нас просто не смогут вычислить, мы немного в другом государстве, тут нас пока не ищут.
– Это радует… – выдохнул я. – В системе никого нет?
– Пуста, – кивнула Буря. – Но как долго она будет пуста, точно предсказать невозможно. Тут есть старый аванпост, но он пока по ту сторону звезды. У нас есть, по подсчётам системы, часов пять на то, чтобы незамеченными тут находиться.
– Тогда пополняем топливо и заряжаем щиты, – спокойно хватил я. – Проверьте все склады, возможно, тут есть ремонтные боты. Если есть, запустить в космос, пускай начинают ремонтировать корабль. А дальше будет прорываться, иного выхода у нас нет. Пульсар, рассчитай маршрут так, чтобы нам надо было как можно меньше преодолевать звёздных систем. Надо нам быть как можно ближе к Вайтам… мы же с их стороны?
– Да, – кивнул он.
– Тогда приступаем. А я попробую связаться кое с кем. Может, выйдет…
Интерлюдия 4
Молния
– Их уже около недели нет! – нервничала, ходя по мостику, Алиса, рассматривая карту человеческого сектора и всех передвижений, которые внутри него осуществлялись. – А ещё чёртовы Греи начали какое-то нездоровое движение, огромное количество флотилий сняли с линии фронта… Реды и Вайты в замешательстве… чёрт!
– Скорее всего, – сидел самодовольный Лаки за её пультом управления и крутил ножик в руках, – сняли как раз ради нашего с тобой общего очень хорошего знакомого. Кто мог ещё столько внимания привлечь? Он же почти во всеуслышание объявил, что он жив.
– Этого я и боюсь! – чуть ли не взревела она. – Зная его братца, он ведь реально может бросить всё на то, чтобы уничтожить Войда. Там столько кораблей! Тысяча, если не больше! А Войд сейчас один! На повреждённом линкоре, скорее всего!
– А почему повреждённом? – спросил, несколько недоумевая, Костя.
– Как думаешь, почему наши соседи пернатые так сильно обозлились на Греев? – улыбался Лаки. – Войд угнал линкор Греев, сделал
