— И как мне отсюда попасть в древний Египет? — спросил сам себя Иван, проведя рукой по зеркалу.
Оно пошло волной, и вскоре вместо собственного отражения, программист увидел статью из Википедии о древней цивилизации Египта.
— Гугль-поиск, управляемый силой разума! — прокомментировал вдруг очутившийся на кровати чертяка.
Рядом с ним программист увидел не что иное, как его любимые черные джинсы, футболку с пингвином, выгоревшую на солнце бандану и кроссовки.
— Откуда это у тебя? — чуть не потерял дар речи молодой человек.
— В камере хранения твоей палаты нашел, — пожал плечами BSD. — Давай одевайся, пойдем отдыхать, как раз вечер.
— Нет! — запротестовал программист, натягивая джинсы. — Я, конечно, любитель за монстряками погоняться. И у меня есть один недобитый на примете. Царицей Меритатон зовется. Ты мне подскажешь, как я могу уйти из твоего мира, а я потом на выходных вернусь, побегаем с тобой в коридорах Второго Дума. Да… и вот еще что…
Пока чертенок не успел возразить, Иван слезно попросил его найти чудодейственное средство против шрамов.
— О! Это не проблема, — отмахнулся BSD. — Только зачем тебе это? Вроде ж мужиков шрамы красят, а?
— Я хочу, чтобы никто не заподозрил, что я вообще, был ранен, конспирация типа, — шепнул ему на ухо программист, и черт понимающе кивнул.
Улицы Торвальдс-сити напоминали деловой центр Москвы. Высоченные дома пронзали малиновое небо, где с двух разных сторон взошло по гигантской розовой луне, окна небоскребов сверкали бриллиантами. По серым, закованным в плитку улицам, вяло плелись мужчины. Ни одной женщины. Они были совсем разными — одни, болезненно-худощавые, скелеты, обтянутые кожей, другие — наоборот, толстые, с трудом переставляющие ноги и жующие шаурму из киосков. Некоторые выглядели вполне здоровыми и бодрыми, кто-то обнимался со столбом и кричал в небо последовательность из четырех трехзначных чисел, словно призывая закодированное ею божество.
И среди этого мужского общества вдруг Иван увидел одну женщину. Бодрую и подтянутую, волосы перетянуты резинкой, и получившийся хвост оказался короче, чем у остальных жителей Торвальдс-сити. Она уверенно прошла мимо, не обращая ни на кого внимания. И за ее черными очками невозможно было рассмотреть лица.
— Тринити, — махнул в ее сторону BSD, — она вся read-only[39]. Ладно, нам в этот дом.
Черт указал на измазанное разноцветной краской двухэтажное строение, смотрящееся среди блестящей чешуи остальных зданий забытым деревенским домиком века, этак, девятнадцатого. 'Ничто не красит женщину лучше, чем фотошоп! — гласил написанный по синусоиде лозунг над дверью. На стук черту ответили быстро. То был серый лис в заплатанном зеленом пальто, прикусывающий клыком толстую кисть.
В нем запросто читался образ художника, пропагандируемый в детских книжках, которые Ваня читал почти двадцать лет назад. Только самого лиса программист тоже знал по используемому софту. Это существо невозможно было спутать ни с кем: заостренные длинные уши, круглые черные глазки, которые видят все насквозь, и, конечно же, шикарная колонковая кисть во рту.
На мольберте у художника восседала радужная жаба, которая радостно поприветствовала гостей своим 'Ква!
— Это моя фотожаба! — с гордостью представил ее лисенок. — Славная, во многом мне помогает.
— Приятно познакомиться, — протянул руку программист, думая про себя: 'Так вот вы какие, графические редакторы'.
— С чем пожаловали? — уже интересовался художник.
И черт принялся обсыпать Ивана, возжелавшего избавиться от шрама нелестными эпитетами, самым цензурным из которых было: 'Трус! Противиться программист не стал, несмотря на грызущую в глубине души обиду.
— Не проблема, — беря из коробочки с инструментами увесистый штамп, ответил лисенок. — Пускай задерет футболку.
— А как же наркоз и… — попытался было возразить программист, но фотожаба оказалась проворнее и залезла парню под футболку.
От щекотки ничего не оставалось, как задрать одежду, чтобы хоть кто-нибудь снял с тела пакостное животное.
— Отлично! — глядя на шрам, заключил лисенок. — Бывали увечья и похуже. Я и руки, и ноги, и другие жизненно-важные органы восстанавливал. А тут что? Царапина! Стой, парень, и не двигайся.
Иван, вытаращив глаза и открыв от удивления рот, стоял как вкопанный. А лисенок только об этом и мечтал: он приложил к шву программиста штамп, потом смахнул с него кистью какую-то пыль и провел грубой щетиной по груди.
— Вот и все, — улыбнулся художник, показывая на зеркало.
Ваня дар речи потерял. От ранения не осталось и следа. Лучшие косметологи Москвы отдали бы все свои заработки за секреты маленького лисенка из Торвальдс-сити.
— Круто! Спасибо огромнейшее! — программист готов был расцеловать не только художника, но и его жабу, волшебные инструменты и даже чертяку-BSD. — Что я вам должен?
Опустив руку в карман, парень понял, что там ни копейки не осталось. Расплачиваться нечем.
— Твоего 'Спасибо' достаточно, студент, — махнул рукой художник, — это разводчики фотожаб по пятьсот баксов за операцию берут.
— Партия в кваку — твоя расплата, — не унимался черт.
Но Иван его не слушал. Игры подождут, пока он не найдет душу Иры и не вернет ее владелице. BSD прыгал следом за парнем. Он предлагал свернуть к полуразвалившемуся пивному киоску, где в очереди за золотистым напитком из кег толпилось с два десятка парней в черных майках с различными надписями. И на предложение купить домой обделанный кожей унитаз с розеткой для подключения адсл-модема, Ваня ответил отказом. Яркие зазывающие вывески манили программиста. Он с радостью бы зашел в любое из встретившихся на пути заведений, будь то бар 'Пьяный системщик' или магазин 'Тысяча микросхем'. Отдохнул бы он и у пивного фонтана, в котором мыли головы два щуплых подростка.
Только подойдя к выходу из города, Ваня обернулся. Мечты оставались за спиной. У него был шанс не только сыграть с чертякой в стрелялку, побегать по замысловатым коридорам с винтовкой, но и приобщиться вживую ко всем виденным и не виденным программам. Этот мир, созданный миллионами компьютерщиков для коллег, очутившихся здесь после смерти, манил и просил остаться. В него никогда не вторгнется амбициозная царица, похитившая душу Иры Семеновой, тут никто не сможет захватить власть, пока недремлющие хакеры бдят за безопасностью уютного мирка. Остаться здесь означало избавиться абсолютно от всех проблем и предаться удовольствию и любимому делу. Чертяка стал бы лучшим другом, с лисенком и его фотожабой можно было запросто коротать время в ближайшем баре, а в больнице восстанавливать здоровье после очередной неудачной перестрелки с монстрами или подрыва на мине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
