требовалось — от, несомненно, артефакта шли мощные подчиняющие волны. Да когда ж он перед Судьбой успел так провиниться-то? За что?
Паника накатывала, заставляя рвануться из рук охраны… Куда там. Слабые человечки? Вся уже чётко построенная картина мира рушилась с воображаемым звоном. Кто она такая?
И вопрос с подвохом. Либо сам, либо оденет Хозяин. Что-то отец про это говорил… Ну же, память! Бездна! Есть такие артефакты, когда если не сам наденешь, станешь вечным рабом, лишённым воли. Бездна, бездна!!!
И, как будто всего этого было мало, новая хозяйка позволила увидеть своё истинное лицо.
Да уж, не всё, оказывается, подвластно дару всевидения. Страх сковал тело и разум, из горла вырвался жалобный звук. Её мощь подавляла, пугала до отключения сознания. В этот момент Ильянеш осознал, что свобода действительно закончилась. Это существо не могло не знать, кем он является. Оставалось лишь принять свою участь и постараться приспособиться. Демоны живучи. Правда, вечность рабом… Нет, он не будет об этом думать.
И всё равно руки дрожали, когда Иль сам соединял концы ошейника. Никогда ему ещё не приходилось переживать активацию артефакта такого рода на собственной шкуре. Это было… познавательно. Тонкие пальцы уверенно, по-хозяйски подняли его лицо. Пожалуй, это всё равно приятно. И снова хозяйке удалось удивить его — то есть как это, отпустит? Серьёзно? Верить тёмным на слово, без клятвы — глупо.
Ничего, у него будет время узнать, переспрашивать же и уточнять сейчас… недальновидно.
А в голове впервые возникло: сексуальная энергия смертных вкусна, но какова же будет на вкус энергия богини? И сколько он сможет её вытянуть? В том, что сможет, Иль не сомневался — в конце концов он инкуб, пусть и наполовину, и это неотъемлемое свойство сути. Ммм, а сколько она даст сил…
* * *
Я оглядела выстроившихся полукругом наложников. Шестеро сильных мужчин, сейчас покорно стоящих передо мной на коленях, со склонёнными головами. Из одежды — только ошейники и нижнее бельё. Унижать их сильнее, чем уже есть, нет смысла, всё равно я при покупке видела всё, что хотела. Хотя насчёт унижения… Один из наложников точно его не испытывал, наоборот, стараясь подать себя в как можно более выгодном свете и собирая неприязненные, многообещающие взгляды. Забавно было бы понаблюдать, как инкуб устанавливает свои порядки, но его я первым делом предупредила о недопустимости порчи моего имущества. Жаль, как следует пообщаться не получилось, ну да ничего, успею.
Выведенные из стазиса, наложники по факту познакомились только сегодня в обед. Хватило времени лишь пообедать, наскоро познакомиться, худо-бедно изучить планировку гаремного крыла, убедиться, что, несмотря на отсутствие стражи, выйти дальше разрешённой территории они не могут, привести себя в порядок и не опоздать на назначенный перед ужином общий сбор.
Сейчас эти уверенные в себе мужчины, воины, не сломавшиеся в рабстве, испытывали ни с чем не сравнимую смесь стыда и раздражения. От неизбежности — ошейники никому не позволяли ослушаться приказов. Ещё раз довольно оглядев рабов, устроилась поудобнее в кресле напротив. От тёмного, неустойчивого настроения последних месяцев не осталось и следа. Определённо, идею с гаремом надо было воплощать раньше.
— Я знаю, что все вы когда-то были свободными людьми, гордыми воинами. И что за возможность избавиться от милого нашейного украшения, вы пойдёте на многое, — плечи почти всех напряглись, они точно не ожидали такого начала разговора. Разве что инкуб… Но он вообще дело особое. — Можете смотреть на меня, — четверо тут же вскинули головы, пристально вглядываясь, словно впитывая мой образ. — Поэтому, чтобы избежать возможных недоразумений, хочу сказать: я дам вам свободу. Потребую службу от двух до пяти лет — тут всё будет зависеть от вашего старания, — я усмехнулась. — Работа гаремного наложника не такая и сложная. Послушание, поддержание тела в отличной форме, исполнение моих желаний. Первое обеспечат ошейники, но чем сильнее вы внутренне будете бунтовать, тем дальше момент освобождения. Мне нравятся непокорные игрушки. О втором позаботится ваш новый наставник, которого я представлю чуть позже. Вот с третьим не всё просто. Иногда мои развлечения настолько жестоки, что вам понадобится время для физического восстановления. Но всё равно, даже это вы должны принять и научиться получать удовольствие от любого моего действия. Иначе, возвращаемся к пункту первому.
Рабы были… растеряны. А у парочки глубоко внутри ворочалось глухое раздражение. Только инкуб — опять он, впрочем, неудивительно, — лучился предвкушением и пониманием. Ну да, ну да, элитный наложник из особенной школы, требующий особого обращения.
— Вам придётся сосуществовать вместе довольно долгое время. Вопросы внутренних взаимоотношений будете регулировать самостоятельно, но с учётом нескольких незыблемых правил. Первое: портить мою собственность могу только я. Так что договаривайтесь. Те, кто посмеет оставить следы или серьёзно покалечить другого, подвергнутся жестоким наказаниям, — на всех, без исключения, лицах расцвели понимающие улыбки. Я, конечно, могу запретить и драки, но зачем? Пусть спускают пар, мне ведь не нужны нежные цветочки. — Второе: доступа в гарем нет ни у кого лишнего, тем более у женщин, и если не хватит встреч со мной раз в одну-две декады, то удовлетворять возбуждение придётся самостоятельно. И третье: тренировки — обязательный элемент в вашем распорядке дня. Ивлан, представься.
Из скрытой иллюзией ниши выступил мой бывший раб. Как ни странно, но переселяться в другой мир он всё же не захотел. Согласился быть замковым палачом. Довольно быстро сошёлся с одной из комнатных рабынь — тихой и послушной. Ну кто бы сомневался. Однако ему всё равно было скучно, я видела. Проблема ограниченного круга общения наглядно вставала в полный рост. Рабам деваться некуда, но моим условно-свободным слугам действительно тяжело в пустом мире.
Решение предложить Иву должность смотрителя гарема и тренера одновременно созрело почти одновременно с приобретением первого раба. Мне всегда нравились крупные мужчины (инкуб — редкое исключение, но и то, лишь на фоне остальных он выглядит мельче и слабее). Рослые, мускулистые, умелые воины — когда такие попадают в рабство, возможны проблемы. Много проблем. Вот чтобы держать в узде темперамент наложников, и потребовался ещё более умелый и яростный воин. За годы рабства Ив достиг многого — зачем раскидываться хорошим материалом? Пожалуй, только с демонёнком он не смог бы справиться физически, но этот вопрос легко решается с
