— Сударь? — вторгся в мысли Элиона робкий голос тощего парнишки. — Сударь, я не крал этих коней, правда не крал. И жилета тоже. Я знаю, что плохо поступил, когда взял его, и мне ужасно совестно. Только, пожалуйста, пускай он меня больше не бьет…
Чародей услышал мысленный смех Тиришри.
— Ну-ну! Похоже, дружок, тебе вовсе не придется применять силу. Ты достиг своей цели одной только добротой.
Элион ощутил смутное разочарование. Для телепата всегда существует искушение пошарить в незащищенном мозгу — вот почему подобные действия под строжайшим запретом. Элион, правда, едва не добился почти что официального разрешения… но, если подумать, даже к лучшему, что он так и не сумел осуществить свой замысел. Если б его поступок стал достоянием гласности, Кергорн и вправду вышвырнул бы его из Тайного Совета. Словом, риск оказался бы непомерно велик — тем более что теперь он уже знает: дочка Тормона жива. Хоть одна хорошая новость! Интересно, что на самом деле знает мальчишка о смерти Канеллы. Если только он не записной лгун, его рассказ изрядно облегчил бы им жизнь. Отогнав эти малоприятные мысли, Элион постарался ободряюще улыбнуться мальчишке:
— Как тебя зовут, парень?
— С-сколль, — невнятно пролепетал тот распухшими от побоев губами.
— Не бойся, Сколль. Мое имя Элион, и я не причиню тебе зла. — Он протянул мальчишке бутыль с водой, чтобы тот смыл с лица подсыхающую кровь. — А теперь, Сколль, расскажи мне, как попали к тебе эти кони и — что куда важнее — что тебе известно о жене этого человека.
— Сколль глубоко вздохнул, радуясь тому, что говорит с чернобородым, а не со своим мучителем. Сейчас он все расскажет этому парню, а тот пускай сам пересказывает все приятелю. В конце концов, будет, наверно, даже лучше, если страшную весть сообщит ему кто-то другой. Даже если торговец услышит их разговор, все лучше, чем Сколль впрямую расскажет ему о смерти жены. И тут что-то толкнуло его посмотреть на торговца — тот сидел скрючившись, обхватив руками колени. Мрачное лицо его застыло, искаженное горем. Это ведь жестоко — заставлять его ждать! Мысль эта поразила Сколля словно удар грома. Единственно достойный выход — рассказать ему все. Сейчас.
Опустившись на колени, Сколль переполз туда, где сидел торговец, и остановился перед ним.
— Сударь… — Ох, дорогой Мириаль, помоги мне это сделать!
Запинаясь, глотая слова, Сколль рассказал, как увидел завернутое в холст тело женщины и как гвардеец Барсиль, пытаясь всучить ему жилет, сообщил, кто она такая.
Мучительно вскрикнув, Тормон закрыл лицо руками. Когда он поднял голову, лицо его, окаменевшее от горя и гнева, было поистине ужасно.
— Аннас, — прошептал он. — Что стало с моей малышкой? Сколль покачал головой:
— Не знаю, сударь. Насчет девочки я ничего не слышал. И… там совершенно точно было только одно тело.
Рот Тормона по-детски приоткрылся от радостного изумления.
— Ты это слышал, Элион? Это значит, что надежда еще есть. Аннас, быть может, жива!
Молодой чародей улыбнулся.
— Она жива, Тормон, и, ради всего святого, не спрашивай меня, откуда я это знаю. Скажем так — я происхожу из рода, в котором были ясновидящие. Более того, я могу точно сказать тебе, где она. В полной безопасности, в доме леди Серимы.
— Что?! Моя Аннас жива?!
Тормон испустил дикий ликующий вопль и попытался вскочить, совсем позабыв о том, какой в пещере низкий потолок. Элион почти силой усадил его:
— Эй, приятель, куда это ты собрался?
— Назад в Тиаронд — и немедленно! — Торговец дернулся, пытаясь высвободить руку из цепких пальцев своего молодого спутника.
— Нет, погоди, — твердо сказал Элион. — В такую бурю ты никуда не пойдешь. Кроме того, в Тиаронде тебя наверняка разыскивают. Не хочешь же ты, чтобы бедная девочка разом лишилась и матери, и отца? Мы составим план, а утром отправимся в город и заберем ее. Клянусь честью.
— До утра, кстати, осталось не так уж много, — вставила Шри. — Если вы, люди, еще способны соображать, вспомните, что вам нужен отдых. И еще нам надо решить, что делать завтра, ведь не можем же мы допустить, чтобы иерарха увезли в Тиаронд. Подумай, как нелегко будет спасти Этона в городе. Нужно придумать, как устроить засаду на перевале…
— Что?! — возопил Элион. — Засаду? Двум десяткам гвардейцев? Да за кого ты меня принимаешь?
— Большинство гвардейцев я могла бы взять на себя, — сообщила Шри, — но беда в том, что если поблизости окажется иерарх, ему тоже несдобровать. Моя сила чересчур мощна и своевольна, и я не могу выбирать, кого прикончить, а кого оставить в живых. Нужно будет чем-нибудь отвлечь солдат, так что в мое отсутствие придумай какой-нибудь ловкий трюк. Я же сейчас отправлюсь на лесопилку и погляжу, что там творится. Я хочу поговорить с Вельдан — может, у нее найдется что предложить. Помощь дракена нам бы отнюдь не помешала.
— Хорошо, — сказал чародей. — Только будь осторожна. Не попади в беду.
— Феи не попадают в беду! — огрызнулась Тиришри. Никто никогда не рассказывал ей о суеверном страхе людей «сглазить» удачу.
Глава 24. НАСЛЕДСТВО АМОРНА
Каз тревожился не на шутку. Хотя комната наконец прогрелась, он понимал, что его спутницам не стоило засыпать, не восстановив прежде силы, которые они затратили на сражение с лютым холодом. «Разбужу-ка я Ту-лак», — подумал он. Во сне старая наемница не могла услышать мысленный зов, поэтому дракен с силой ткнул ее носом в бок. И — ничего. Она даже не пошевелилась. А как же Вельдан? Тревога дракена все росла. Изогнув шею, он обеспокоенно обследовал свою напарницу. Дышала она хотя и ровно, но неглубоко, и тело на ощупь было слишком холодное. «Ей надо поесть, — подумал Каз. — Хорошо бы что-нибудь горячее, да где ж я его возьму-то? Сошла бы любая еда…» И тут он вспомнил, что сказала Тулак еще на горе, после бегства: «Прорва всякой еды». Не тратя времени, дракен начал осторожно, очень осторожно пятиться из тесной комнаты. Если где-то здесь есть еда, он ее отыщет.
Пробираясь по кромешному туннелю, Каз переключился на ночное зрение и задумался: сообщать ли Тиришри о том, где они находятся? Дракен решил, что не стоит. Зачем нужно, чтобы нахальная фея и вонючка Элион совали нос в их с Вельдан дела? Можно подумать, без них мы не справимся, фыркнул Каз. Жалкий человечишка не сможет даже добраться сюда без моей помощи. Что до феи — на что такое способна эта тупица, чего не смогу я?
Вскоре чуткий нос сообщил дракену, что он на верном пути. Ветчина! В туннеле явственно пахло ветчиной, мясом и сыром. Силы небесные, что же это за пещера? Вскоре туннель раздвоился — справа коридор понемногу поднимался вверх, слева — становился все более пологим. Из левого коридора приятно пахло специями, сыром, овощами и фруктами, но самого дракена куда сильней притягивал правый. Оттуда со сквозняком плыли сладостные ароматы разнообразнейшего мяса. Казу стоило немалых сил отвлечься от манящих запахов и повернуть влево. Он сейчас охотится для Вельдан, а его напарнице сейчас меньше всего нужно сырое мясо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
