— Весьма возможно, — согласился Бен.
— Даже наверняка!
Чтобы подчеркнуть свои слова, Абернети с важным видом приладил очки к носу. Теперь Абернети взглянул на советника.
— А у тебя, я надеюсь, хватает ума, чтобы понять, как опасно пытаться получить власть над пропавшими волшебными книгами, ведь этой властью пользовались чародеи вроде Микса! Задолго до нашего с тобой рождения ходила молва, что волшебные книги отлиты из листов проклятого железа и с помощью этих книг можно творить лишь зло. Дьявольская сила может пожрать тебя вмиг, как огонь съедает сухой пергамент. Советник Тьюс, такое колдовство опасно! Что касается тебя… — Абернети не внял слабым возражениям советника и повернулся к Ивице, — …твой сон пугает меня больше всего. Легенда о черном единороге повествует о зле, это следует даже из твоего сна! Пересказывая летописи Заземелья, советник Тьюс забыл сообщить, что все, кто, по их словам, видел черного единорога, кончали жизнь внезапно и весьма неприятным образом. Если черный единорог действительно существует, это, вероятно, заблудившийся по дороге в Абаддон демон, и лучше оставить его в покое!
В конце для пущей убедительности Абернети щелкнул зубами. Друзья смотрели на него.
— Мы только высказали предположения, — произнес Бен, пытаясь успокоить взволнованного писца. — Мы только рассматриваем возможности…
Он почувствовал, как пальцы Ивицы снова прикоснулись к его руке.
— Нет, Бен. У Абернети верное чутье. Мы уже не рассматриваем возможности.
Бен притих. Он знал, что Ивица права — никто из них этого не сказал, но решение всеми принято. Каждый собирался в собственное путешествие в поисках собственной цели. Они вознамерились проверить истинность своих снов.
— По крайней мере хоть кто-то из вас говорит честно! — раздраженным тоном произнес Абернети. — Говорит честно о своем походе, если не об опасности этого поступка!
— Опасность есть всегда… — начал советник.
— Да, да, волшебник! — оборвал его Абернети я сосредоточил внимание на Бене. — Вы забыли о наших начинаниях. Ваше Величество? — спросил он. — О работе, которая не может быть завершена без вас? Через неделю соберется Совет судей, чтобы оценить введенную вами форму слушания дел. Как только вы установите вехи, должно начаться осушение и строительство дорог на восточной границе Зеленого Дола! Вы не можете просто так все бросить!. Бен рассеянно закивал и отвел глаза. Он неожиданно подумал о другом. Когда это ему пришло в голову все бросить? Он не принимал такого решения. Решение как будто кто-то принял за него. Бен покачал головой. Это невозможно.
Бен снова перевел взгляд на Абернети:
— Не беспокойтесь. Я ненадолго.
— Это неизвестно, — упорствовал писец. Бен помедлил, а потом вдруг улыбнулся:
— Абернети, есть дела более важные и менее. Дела Заземелья могут подождать несколько дней, пока я сбегаю в старый мир и обратно. — Он встал и подошел к Абернети. — Я не могу оставить все как есть. Я не могу притвориться, будто никакого сна не было и я не волнуюсь за Майлза. Рано или поздно мне все равно надо будет вернуться в старый мир. У меня там осталось слишком много всяких обязанностей.
— Если вы не вернетесь, старый мир не рухнет, в отличие от нашего королевства, — в тревоге пробормотал писец.
Бен улыбнулся во весь рот:
— Обещаю быть осторожным. Благополучие Заземелья и его народа дорого мне так же, как и тебе.
— В ваше отсутствие я вполне сносно могу управлять делами страны, мой король, — добавил советник Тьюс. Абернети тяжело вздохнул:
— Почему-то меня не утешает такая перспектива! Подняв руку, Бен предупредил ответ Тьюса:
— Прошу вас, не спорьте. Нам нужно поддерживать друг друга. — Он повернулся к Ивице:
— Ты тоже приняла решение?
Ивица откинула назад длинные, до талии, густые волосы и посмотрела на Бена долгим, почти мрачным взглядом.
— Ты уже знаешь ответ на этот вопрос.
— Кажется, да. Откуда ты начнешь искать?
— С Озерного края. Мне там помогут.
— Может быть, ты подождешь, пока я вернусь из своего путешествия и пойду с тобой?
Глаза сильфиды цвета морской волны смотрели спокойно и уверенно. — А может, ты меня подождешь, Бен?
Бен мягко сжал руку Ивицы:
— Нет, я не могу. Но ты все равно находишься под моей защитой, и я не хочу, чтобы ты шла одна. В сущности говоря, я не хочу, чтобы Тьюс тоже шел один. Охрана может оказаться не лишней. С одним из вас пойдет Сапожок, с другим — Сельдерей. И пожалуйста, не возражайте мне, — быстро продолжал он, видя, что и сильфида, и волшебник уже готовы поспорить, — В пути вас может подстерегать опасность.
— И вас тоже. Ваше Величество, — заметил советник Тьюс.
— Да, я понимаю, — согласился Бен. — Но мое положение отличается от вашего. Я никого не могу взять с собой из этого мира в другой (там это по меньшей мере вызовет удивление), а возможная опасность таится в другом мире. Так что во время этой прогулки мне придется самому себя защищать.
Кроме того, думал Бен, его будет оберегать медальон, висящий у него на шее. Пальцы Бена скользнули за ворот рубашки и нащупали твердую поверхность медальона. По иронии судьбы этот медальон, являющийся ключом к волшебству, дал Бену Микс при продаже королевства. Только владелец медальона мог пройти сквозь волшебные туманы из Заземелья в другие миры и обратно. И только владелец медальона мог вызвать и воспользоваться услугами непобедимого рыцаря по имени Паладин.
Бен провел пальцем по изображению странствующего рыцаря, который выезжает из ворот замка Чистейшего Серебра на фоне восходящего солнца. Тайной Паладина владел лишь Бен. Даже Микс не понимал до конца, в чем сила медальона и как он связан с Паладином.
Бен улыбнулся краешками губ. Микс считал себя очень умным. С помощью медальона он проник в мир Бена и угодил там в капкан. Теперь старый колдун готов отдать что угодно, лишь бы вернуть себе медальон!
Бен перестал улыбаться. Разумеется, Миксу никогда не удастся вернуть медальон. Только владелец медальона может распоряжаться этим талисманом, а Бен никогда его не снимает. Микс больше не угрожает Бену. Но почти похороненная под стеной решимости, на которую опирались все его начинания, где-то в глубине души Бена таилась крошечная тень сомнения и, не давая ему покоя, призывала к бдительности.
— Выходит, что бы я ни сказал, ваше мнение не изменится, — обращаясь ко всем сразу, объявил Абернети и снова завладел вниманием Бена. На Бена взирал пес, он поднял очки на лоб и, сложив на груди руки, принял позу отвергнутого пророка. — Да будет так! И когда же вы отправляетесь. Ваше Величество?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
