– Не там ищете, молодой непоседа, – послышалось из кустов хриплое ворчание. Ангус Макдональд, с новыми кровоточащими ранами и широкой улыбкой на лице, важно вышел на небольшое открытое пространство. – И я привел к вам еще одну сбившуюся с пути душу...
Малыш Дики, отделившись от массивной фигуры шотландца, бросился в распростертые объятия Мэтью.
– Доктор, доктор! Вы живы!
– Дики, слава Богу! Я... – Мэтт вдруг замолчал и удивленно посмотрел на мальчика. – Что ты сказал?
– Я сказал, что счастлив видеть вас живым, сэр, – застенчиво улыбнулся Дики.
Задержав дыхание, Мэтью убрал руки с плеч ребенка, взял в ладони его лицо и, отчетливо выговаривая слова, спросил:
– Дики, ты меня слышишь?
– Да, сэр. Не очень хорошо, не очень ясно, но слышу, сэр. Я слышу вас.
– Не понимаю, как это произошло... – Мэтт посмотрел сначала на Ангуса Макдональда, потом на Адриана, и его светло-карие глаза наполнились слезами. – Наверное, это из-за взрывов.
Дики, радостно улыбаясь, смотрел на доктора, но едва заметное движение сбоку привлекло его взгляд к хрупкой съежившейся фигуре.
– Вы остались, мисс! Вы остались с нами!
Кортни ничего не ответила и не подошла обнять мальчика.
– Мисс? – Мальчик смутился, а потом с укоризной посмотрел на Мэтью и Адриана. – Вы ее обидели? У вас нет причин обращаться с ней как с врагом. Она очень храбрая. Она спасла мне жизнь.
– Спасла тебе жизнь? – недоверчиво спросил Адриан, встретившись взглядом с Кортни.
Решив, что лейтенант ему не верит, Дики вытянул руку и с мольбой коснулся локтя Баллантайна.
– Да, сэр, она спасла меня. Она застрелила одного пирата. Он тащил меня через кусты, а она крикнула ему, чтобы он остановился. Когда он не послушался, она взяла револьвер и выстрелила ему прямо в лоб, а потом велела мне спрятаться в кустах. Она сказала, чтобы я бежал отсюда, но я не мог. Я просто прятался в кустах, пока капрал не нашел меня и... и... – Он в отчаянии искал способ смягчить строгие лица высоких настороженных офицеров. – Прошу вас, вы должны мне верить.
Раунтри, Макдональд и Рутгер смотрели на Кортни, но она отказывалась узнавать кого-либо из них. Вонзив ногти в ладони, она с помощью боли старалась взять под контроль всколыхнувшиеся в ней чувства. Ей не нужна была благодарность этих людей, она не хотела от них ни восхищения, ни признательности, ни сочувствия. И меньше всего ей хотелось смотреть в холодные серые глаза и видеть в них равнодушие. Она больше не нужна Адриану. Он снова стал главным, снова командовал, а она снова стала для него обузой.
– Пора идти, господа, – в конце концов нарушил напряженную тишину Раунтри. – Рассвет...
– Да, – согласился Адриан, и его слова прозвучали резко и холодно. – Позаботьтесь о людях. Мы уже идем.
– Вы можете идти?
– Конечно, могу, – проворчал Баллантайн и оттолкнулся от дерева, у которого стоял. У него задрожали ноги, и если бы Раунтри не подхватил его, Адриан упал бы на землю. – Спасибо, сержант, – задохнувшись, поблагодарил Адриан. – Еще несколько минут, и я буду в порядке.
– Черта с два, сэр! – прогремел Ангус и подошел, чтобы помочь.
Адриан возмущенно продолжал настаивать, что способен идти самостоятельно, и тогда шотландцу пришлось, невнятно пробормотав извинения и слегка отклонившись, нанести ему сильный удар в челюсть. Адриан свалился на руки Макдональда, и тот ловко поднял лейтенанта и без всяких протестов со стороны Адриана забросил его на плечо.
– Так мне легче будет его транспортировать, – подмигнул Ангус и зашагал вверх по склону, оставив доктора и сержанта в немом изумлении смотреть им вслед.
А потом Мэтью и Раунтри, переглянувшись, пожали плечами, и сержант побежал догонять Макдональда.
– Пойдемте, – обратился Мэтт к Дики и Кортни. – Мы должны закончить переход до восхода солнца.
Кортни смотрела мимо него на бухту, на неясный, смутно темнеющий далекий берег.
– Вы можете уйти, если хотите, – вздохнул Мэтт. – Я не стану вас задерживать. Полагаю, Шо направляется на восток? – Он положил руку на плечи Дики. В предутреннем свете лицо Кортни показалось доктору бледным и отстраненным, когда она обратила к нему большие зеленые глаза. – Корт, я могу понять ваше нежелание идти с нами, ваше нежелание доверять нам и верить Адриану. Но он хороший человек и верный друг. Если он переживет следующие несколько дней, то, как я понимаю, подвергнет риску себя и свою репутацию ради вас. А так как он и я единственные, кому известно, кто вы на самом деле...
– Что вы подразумеваете под словами «если переживет»?
– Его раны очень серьезные. – Мэтью тяжело вздохнул. – Он потерял много крови, и если его не убьет шок, то это вполне могут сделать жара, мухи и бог знает что еще. Вы, похоже, немного разбираетесь в медицине, и я надеялся, что вы знаете какие-нибудь травы, растущие в этих местах... что-нибудь, что могло бы ему помочь...
– Я пойду с вами, – тихо сказала Кортни, глядя на темный склон. – Я даже помогу вам, если смогу, но при первой же возможности пойду своей дорогой.
– Если вы так хотите.
– Я так хочу, – твердо ответила Кортни.
– Что ж, когда придет время, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам. Даю вам слово.
Кортни разжала пальцы, ногтями впивавшиеся ей в ладони, и когда прохладные тонкие пальчики несмело скользнули ей в руку, она слабо улыбнулась в ответ на утешающее пожатие Малыша Дики. Взглянув на него, она позволила мальчику повести ее вверх по склону вслед за Мэтью Рутгером.
Глава 21
К середине следующего дня воздух раскалился от жары. Солнце висело в безоблачном небе и усиливало мучения, которые доставляли мухи, пот и сухой ветер, засыпавший песком рты и глаза людей. Побережье попеременно пересекали то зубчатые скалы, то невысокие кряжистые бесплодные деревья, то участки раскаленного белого песка, который горел под ногами, притягивая палящие лучи. Медленно бредущая группа из ста с лишним человек часто была вынуждена двигаться со скоростью улитки, и когда вода на мелководье не приносила облегчения, объявлялись привалы. Однажды вдали путники увидели два небольших трехмачтовых судна, оснащенные прямоугольными марокканскими парусами, и Раунтри приказал морякам пригнуться, чтобы не попасть в поле зрения наблюдателей, пока корабли не пройдут мимо, так как встреча с ними была столь же нежеланна, как и с пиратами, от которых им удалось спастись.
Вычислив, что они уже миль на десять отошли от бухты, Раунтри послал вперед несколько человек, чтобы выбрать место для временного лагеря. Раненые, которых моряки несли на самодельных носилках, больше не могли обходиться без отдыха, пищи и пресной воды. Место для отдыха было выбрано у основания скальной стены. Наблюдатели, разместившиеся наверху, просматривали побережье на милю в обоих направлениях и могли бы заметить любую опасность, грозящую им как с суши, так и с моря. Одна вооруженная группа ушла на поиски пищи, другая отправилась к воде собирать прибитые к берегу деревянные обломки и щепки. Костры были необходимы во время холодной ночи и для того, чтобы подать сигнал американским патрульным судам, если они появятся. Пока наблюдатели и обе разведывательные группы занимались своими делами, оставшиеся моряки расположились в тени скал, чтобы использовать передышку для короткого сна.
