— Какие у вас здесь обязанности, мисс Шейл?
— Я старшая модельерша у мистера Стронгела, — в ее голосе почувствовалась гордость и что-то еще. Похоже, она ожидала от меня приблизительно такой же реакции.
Но я этого не понял и задал другой вопрос:
— Значит, это вы проектируете те блестящие модели, которые я случайно увидел, направляясь к вам?
Она рассмеялась.
— Да... А что вы о них скажете?
— У вас великолепное воображение.
— Возможно... И именно благодаря ему я и стала тем, что я есть сейчас.
Дверь кабинета открылась, и в нее вошел высокий худощавый молодой человек. На его лице было написано смущение. Он принес большой рисунок. Показав его Коре, он спросил:
— Что вы об этом думаете?
Она взяла рисунок, быстро посмотрела на него и решительно покачала головой.
— Нет, это не пойдет, Муррей. Слишком неопределенно.
— Неопределенно? Но ведь здесь есть все! Разве можно разглядеть в одежде такую деталь?
— Я могу, — ответила она. — Ведь у меня глаз модельера. Но люди, которые будут смотреть на это, сделать этого не смогут, потому что они не модельеры. Вы должны переделать это так, чтобы каждая деталь была проработана. Хотя бы для себя. Это должен быть не только рисунок модели, но также и рисунок, с помощью которого можно продать эту модель. Вам понятно?
Художник еще больше смутился.
— Разумеется! И продавать как можно больше! Нечто вроде манифеста.
— Вот именно! И вы сможете так сделать?
— Да, конечно... Смогу!
Он вышел из кабинета такой походкой, будто отяжелел за эти минуты фунтов на двадцать.
Потом, один за другим пришли еще три художника с рисунками. Кора посмотрела работы и частично одобрила их у первых двух. Они ушли удовлетворенными. Третий удалился, как побитая собака.
— Ну, ладно! Это все! — сказала Кора. Она повернулась к внутренней двери и крикнула: — Лорейн!
В дверях появилась светловолосая головка Лорейн Найт.
— Слушаю, мисс Шейл.
— Я ухожу. Вы не могли бы подменить меня во второй половине дня?
— Разумеется, могу, мисс Шейл.
Помощница исчезла в своей комнате. Кора достала из шкафа норковое манто. Не успела она накинуть его на плечи, как в кабинет вошел лысый мужчина лет пятидесяти.
— Вы уходите так рано? Что-нибудь произошло?
— Да, мистер Стронгел. Но не беспокойтесь. Лорейн заменит меня в течение двух часов.
— Она не сможет полностью заменить вас, Кора.
— Она знает мою работу, — успокоила его Кора. — Я могу исчезнуть на месяц, оставив все на нее, и вы не заметите разницы.
В тоне ее было нечто такое, что свидетельствовало об отношениях, несколько отличных от обычных отношений между начальником и подчиненной.
Стронгел потер лоб.
— Я хотел поговорить с вами о новой коллекции... Что же такое могло произойти, что вы уходите так рано?
Он с любопытством и ревнивым подозрением посмотрел на меня.
— Это — Джейк Барроу, частный детектив, — представила меня Кора.
— О-о... — мрачное лицо Эдварда Стронгела немного смягчилось. — Значит, вы решили последовать моему совету, Кора? — Он снова взглянул на меня. — Позаботьтесь о моей девочке, Барроу. Я хочу, чтобы она почувствовала себя спокойной, чего бы это ни стоило. А счет предъявите мне.
— Только не говорите глупостей, — остановила его Кора. — Это моя личная проблема.
— Вот в чем я с вами не согласен, — твердо заявил Стронгел. — Для меня очень важно, чтобы ваша голова была свободна от всяких посторонних мыслей, и вы могли бы полностью сосредоточиться на работе... Ну, ладно. Посмотрите коллекцию завтра.
Она кивнула.
— Да, конечно!
— Ну и прекрасно! И если вам понадобится помощь любого рода, Кора... — он замолчал на середине фразы, видимо, не найдя нужных слов.
— Я знаю, что могу рассчитывать на вашу помощь, — сказала девушка. — Но поймите, Эдвард, это моя личная проблема.
Он какое-то время постоял молча, а потом быстро вышел из кабинета. Когда дверь за ним закрылась, я взглянул на Кору.
— Похоже, что ваш хозяин знает ваши личные проблемы?
— Мистер Стронгел для меня больше, чем хозяин. В некотором отношении он для меня как отец родной и у меня немного от него секретов. Когда мне сегодня утром позвонили, то я, вполне естественно, решила посоветоваться с ним. И именно он посоветовал обратиться мне к частному детективу.
— Значит, вам сегодня уже кто-то звонил?
— Да. И я... Мне кажется, кто-то собирается меня шантажировать. Правда, я еще не совсем уверена в этом. — Она нервным движением открыла сумочку, проверила ее содержимое и вынула оттуда коробочку. — Но нам лучше поговорить об этом дома.
Мы вместе вышли из кабинета. Когда мы проходили по коридору, дверь, ведущая в салон, открылась и появился сын Стронгела. Увидев нас, он остановился и, глядя на Кору, спросил:
— Ты еще вернешься?
— Нет, я приду только завтра утром. Там все в порядке?
— Иначе и быть не может. — Он мгновение находился в нерешительности, а потом спросил: — У вас есть какие-нибудь планы на сегодняшний вечер?
— Кое-какие есть, — ответила Кора с материнской улыбкой. Но он не воспринял ее, как воспринял бы сын. Глядя на меня и вымученно улыбаясь, он спросил:
— У вас свидание?
— Нечто в этом роде, — светила она и непринужденно взяла его за руку. — Лучше думайте о работе, Бобби. Вы ведь здесь для того, чтобы учиться.
— Здесь я обучаюсь в основном проворству, — ответил молодой человек. Потом он посторонился и мы с Корой прошли по коридору.
Глава 3
Кора Шейл попросила секретаршу переключить на вторую половину дня ее телефон на кабинет Лорейн Найт. Когда мы спускались на лифте, я спросил:
— Сын хозяина пытается чему-нибудь научиться?
— Бобби в общем-то неплохой парнишка. Но у него есть и комплексы. Он ужасно боится, что в будущем не сможет оказаться на том же уровне, что и его отец.
Мы сели в такси, и Кора назвала адрес в районе Ист-Сайда. Вскоре автомобиль остановился перед новым внушительным зданием. Квартира Коры находилась на пятом этаже, с видом на Ист-Ривер. Комфортабельная гостиная была оформлена в смешанном датско-колониальном стиле. На стенах висели четыре картины представителей абстрактной живописи.
Кора повесила норковое манто в шкаф, расположенный рядом с входной дверью, и вынула из него кофточку, которую одела на себя. Закрыв шкаф, она посмотрела на меня своими темными блестящими глазами.
— Вам, наверное, хочется знать, почему я пригласила вас прийти в контору вместо того, чтобы пригласить прямо сюда?
— Да, я действительно хотел об этом спросить, — ответил я. Мгновение мы изучали друг друга, а потом на ее губах появилась меланхолическая улыбка.
— Только для того, Джейк, — сказала она, — чтобы ты мог увидеть, какой я стала важной персоной. Мне нередко хотелось, чтобы кто-нибудь, кто знал меня раньше, увидел, чего я смогла добиться собственными силами.
— Когда мы знали друг друга?
— Тогда меня звали Кора Родик.
Через несколько секунд я вспомнил. Она наблюдала за мной, и, кажется, реакция моя была такой, какую она и ожидала.
Мы подошли друг к другу и встали рядом, почти вплотную. Кора подняла голову, чтобы я мог лучше увидеть ее и вспомнить далекий образ прошлого. Да, она совсем не была похожа на ту оборванную и грязную девчонку, которую я когда-то знал. Взять хотя бы волосы, уложенные сейчас волнистыми рядами: ведь тогда они не знали ни расчески, ни мыла. А блестящие глаза в ту пору были настороженными и беззащитными.
Кора Родик была членом банды подростков, которые терроризировали убогий район, в котором я вырос. Кора переехала в наш район вместе с матерью, когда ей было пять лет. Когда-то у нее был и отец, но в нашем районе он не появлялся. Мать зарабатывала на жизнь, работая барменшей и подрабатывая проституцией. В то время, когда они переехали, она была еще достаточно красивой, но быстро поблекла, ведя такой образ жизни. Коре было тринадцать лет, когда она была вынуждена уехать из нашего района из-за неуплаты квартплаты. С тех пор, а ведь прошло уже четырнадцать лет — я Коры не видел.
И сейчас я не мог найти в ней что-нибудь, что напоминало бы оборванную и голодную девчонку. Она превратилась в красивую и деловую женщину.
— Как тебе удалось сменить фамилию?
Улыбка с ее лица исчезла, и на нем появилось деловое выражение.
— Это длинная история.
— Тем не менее я бы хотел ее услышать.
— Мне нужно сначала выпить, нервы что-то расшалились. Весь день мне кажется, что внутри у меня вот-вот что-то прорвется... Я искала тебя с самого утра.
