Члены союза Ареои устраивали публичные празднества. Целые флотилии их судов плыли от острова к острову. Впереди шел священный корабль с дарами для богов и вождя, к которому ареои направлялись с визитом. Высадившись на берег, они совершали свои жертвоприношения и торжественно передавали великому вождю свои дары (свиней, лубяные материи). Затем они устраивали представления в специально для этого построенных домах, а зрители располагались на лужайке широким полукругом. Программа спектакля состояла из пантомим и драматических сцен, в которых участвовали мужчины, а также из выступлений женщин, грациозно танцевавших под звуки барабана. Нередко устраивались спортивные игры, состязания по борьбе, боксу, фехтованию. В них участвовали все члены союза, как мужчины, так и женщины. Казалось бы, это представления бродячих актеров. Однако Вильямсон доказал, что эти спектакли имели религиозное значение. В них находили свое драматическое и музыкальное воплощение мифы о богах и космогонии, и устраивались эти спектакли для того, чтобы дать плодородие земле и благоденствие людям. Ко времени прихода европейцев эти спектакли уже утрачивали свой культовый характер и художественную выразительность. Члены общества Ареои не пользовались на Таити никакими административными правами, никаким политическим влиянием, потому что самые высшие ранги в союзе принадлежали самим вождям, под неослабным контролем которых находилась вся деятельность этого сообщества.
Боги и жрецы
В 1860 г. на большой сходке маорийских племен, живущих на восточном побережье северного острова Новая Зеландия, было принято замечательное решение о том, чтобы жрецы записали наиболее древние народные предания. Решение сходки выполнили молодые маорийцы, которые благодаря общению с европейцами умели читать и писать.
Пышно орнаментированные ларцы маорийцев
Они создали многотомный труд, называемый «Предания народа маори». В течение нескольких десятилетий они утаивали его от европейцев. Лишь полстолетия назад европейцам открыли доступ к этому ценнейшему материалу. В записях преданий есть мысли о высшем боге Ио, называемом «началом всех начал», «невидимым», «всезнающим» и тому подобное. Не всем жрецам он известен, и представления о нем, по-видимому, заимствованы из христианской религии. Однако Джон Николас, человек почтенный и рассудительный, сопровождавший первого миссионера на Новой Зеландии (1815 г.), уверяет, что маори верили в какое-то высшее существо еще до прихода европейцев. Согласно полинезийскому космогоническому мифу, Ио был самым первым существом на свете. Космос состоял из воды, и всюду был мрак. И тогда Ио силой слова своего создал свет и отделил его от тьмы. Так же возникли олицетворяющие мужское и женское начала Небо и Земля, которые в своих любовных объятиях зачали богов. Но вот несколько богов объединились и разлучили своих родителей. Небо они все вместе подняли вверх и, чтобы оно вновь не соединилось с Землей, подперли его колоннами и столбами. Эта чудовищная дерзость вызвала целое восстание среди остальных детей великих прародителей, и вот в мире появилось смертоносное оружие и война. Если прародитель Ио — существо безобидное и его даже называют Ио-мата-ваи, т. е. богом любви, то боги наделены далеко не божественными чертами; они, как говорит предание, наводили на всех страх и ужас и даже были людоедами.
«Архитектурное украшение» маорийской хижины — изображение божества
По преданиям полинезийцев, небосвод состоит из двенадцати небес. На самом верхнем небе пребывают Ио и прислуживающие ему божества, его посыльные и стражи. Совершая тайные обряды, жрецы обращались к Ио в гимнах, однако в честь его не совершали никаких жертвоприношений. Не было также никаких его изображений.
Маорийская женщина за изготовлением ткани из новозеландского льна
Культ Ио имел распространение только среди знати, ио весьма вероятно, что он когда-то был распространен гораздо шире и что его привезли с запада древние полинезийские насельники[56].
Несомненно, что ко времени, когда на полинезийских островах появились первые европейские колонисты, веру в Ио, особенно в западной Полинезии, вытеснила вера в Тангалоа. Он считался высочайшим божеством и ему приписывались все акты творения Ио.
В одном полинезийском гимне Тангалоа славят так:
Он был всегда, и имя ему Тангалоа. Он пребывал в безмерном пространстве.
И не было ни земли, ни неба, ни моря, ни тварей живых.
И был один только он!
Тангалоа — это вселенная!
Тангалоа — это начало начал, это скалы и пески, это свет, это зародыши живых существ.
Он вечен и мудр. Он сотворил страну Гаваики, великую священную Гаваики!
На Новой Зеландии и на всех других островах, где еще поклоняются Ио как первотворцу, Тангалоа считают одним из самых главных божеств полинезийского пантеона. Тангалоа был одним из тех детей Земли и Неба, которые грубым насилием разлучили своих великих родителей. От ярости своего брата Тавхири, олицетворявшего ураган, ему пришлось спасаться в море, поэтому он стал властителем моря. Все твари морские — дети Тангалоа. Некоторые из них, например ящерица, бежали от страха перед ним и потому выползли на сушу. Так, на Самоа ящерица считается воплощением Тангалоа и божеством-покровителем рыбаков; рыбу, которую приносят ей в жертву, так и называют «рыба Тангалоа». Еще более сильные проявления этого культа были на Маркизских островах. Там в честь всемогущего бога Тангалоа вблизи водоемов сооружены алтари. На них ставили урны с жертвенной рыбой. А в районе Таиарапу[57] рыбаки поклонялись куску монолита. В нем, по их представлениям, обитал Тангалоа.
Брат Тангалоа бог Тане после отделения Неба от Земли стал воплощением созидающего начала. Все, что существует в природе — деревья, трава, плоды, — все это создал он для человека и самого человека сотворил также он. По мысли маорийского ученого Хонги, олицетворением созидающей силы бога Тане является Тики. До сих пор под этим словом разумели деревянные и каменные скульптуры полинезийских богов. Хэнди же считает, что эти скульптуры в какой-то мере развились из фаллической символики, которая в некоторых местах Океании и Юго-Восточной Азии играет важную роль в представлениях людей о плодородии земли. На Новой Зеландии Тане считали властителем лесов и покровителем резчиков, плотников и корабельных мастеров. Атрибутом бога Тане был каменный топор. Как явствует из классического труда Хэнди о полинезийской религии, слова «вода бога Тане», столь часто встречающиеся в полинезийской мифологии, воспринимаются туземцами так же, как и слова о живительных лучах солнца, хотя и ничего не говорится о солнце. Правда, огненный шар солнца — одно из полинезийских божеств, однако ему не поклонялись. Лишь жители островов Общества считали солнце богом войны и посвящали ему особые обряды. Не совершали также никаких обрядов и в честь богини луны Хины, хотя верили, что она обучила женщин всяким ремеслам — плетению циновок, вязанию сетей, изготовлению лубяной материи и даже играм.
