Гавайцев — 22 600
Корейцев — 6 500
Китайцев — 27 200
Пуэрториканцев — 6 600
Филиппинцев — 63 000
Белых — 72 500
Японцев — 140 000
Метисов — 28 000
Следовательно, уже 25 лет назад коренные жители островов составляли только 6 % всего населения! В настоящее время из-за быстрого притока иноземных поселенцев (общая численность населения достигла в 1948 г. полумиллиона) процент коренных жителей резко падает.
Австралия и Океания
Хотя на Новой Зеландии численность коренного населения после резкого сокращения во второй половине XIX века увеличилась к 1926 г. чуть ли не вдвое (64 000) и ныне продолжает увеличиваться, однако чистокровные аборигены составляют едва ли 50 % этого числа. Ту же картину можно наблюдать на островах восточной Полинезии; правда, там из-за малой величины островов абсолютные цифры не столь значительны.
В Полинезии правовое положение аборигенов не такое, как в Меланезии или тем более в Австралии. Во Французской Океании (Таити, Маркизские острова) полинезийцы формально считаются французскими гражданами. Внутриполитическая обстановка на Самоа до сих пор неясна. Там растет освободительное движение и ведется упорная борьба за политическую независимость[60]. Жители Гавайских островов являются американскими гражданами, однако расовое равноправие там только на бумаге. Коренные жители Новой Зеландии маори и юридически и фактически пользуются теми же правами, что и белые. Они совершенно равноправны[61]. Несколько своеобразно положение тонганцев: у них конституционная монархия под британским протекторатом. Правит островами Тонга королева Салоте (Шарлотта) Тупоу из древней династии тонганских властителей. У 50 000 полинезийцев, живущих на 36 островах группы Тонга, на которых всего 2000 белых, собственная система правления, построенная по образцу европейских стран. У них есть государственный совет, кабинет министров, парламент, и все правительственные посты заняты тонганскими аборигенами. Переход к новому историческому этапу по многим причинам тонганцы перенесли легче, чем другие полинезийцы. Всего несколько лет назад Герд Кох на месте изучил политическую обстановку на островах Тонга. По его мнению, положительное отношение тонганцев к явлениям цивилизации способствовало быстрому и беспрепятственному переходу к новой культуре. Тонганцы сразу поняли, что орудия труда и технические материалы европейцев могут принести им немало пользы, и поэтому быстро перестроились. Вместе с тем европейцы притесняли их меньше, чем аборигенов Тасмании, Австралии и Новой Зеландии. Никто не отбирал у них землю, никто не заносил к ним эпидемий. Правда, все это можно объяснить особым географическим положением островов Тонга, которое не сулило белым никаких богатств[62].
В силу всех этих обстоятельств уровень культурного развития полинезийцев, какой ныне наблюдают европейцы, существенно отличается от того, каким он был еще сто лет назад. Одежда из тапы с цветными узорами, плетеные или сотканные набедренные циновки и плащи из новозеландского льна все больше и больше заменяются европейской одеждой. Хотя на полевых работах и рыбной ловле, где приемы труда почти не изменились, еще предпочитают лавалап (набедренную повязку), но уже из ситца. Изменились и украшения. Ныне они выглядят жалко и безвкусно по сравнению с пышными красочными украшениями минувших десятилетий. В общественной жизни произошли коренные изменения: знать не занимает особого положения, ее привилегий больше не существует.
С тех пор как островитяне Микронезии и Полинезии стали осваивать производство копры и тем самым в какой-то мере включались в систему мирового хозяйства, они испытывают потребность в валюте. Благодаря этому прежний образ мыслей островитян меняется. Связь между группами островов поддерживается европейскими кораблями, и туземцы не совершают больше дальних рейсов на своих прежних судах. Вместо двойных и балансирных лодок микронезийские и полинезийские мореходы пользуются теперь европейскими судами. Они умеют обращаться с современными навигационными приборами не хуже любого моряка-европейца. Благодаря многолетней деятельности миссионеров на смену представлениям полинезийцев о божествах и духах пришла христианская вера (католическая и протестантская). Все меньше и меньше становится жрецов, прорицателей, знахарей и т. д. Существующее ныне на островах Полинезии всеобщее обязательное обучение для детей в возрасте от 6 до 14 лет способствует появлению у полинезийской молодежи мироощущения современного человека. Наряду с начальными школами на островах Полинезии есть уже средние, а также курсы для учителей и профессиональные школы. Полинезийцам предоставляется возможность получать высшее образование за границей (главным образом медицинское и юридическое).
В высшей степени примечательно, что, как установил Кох, туземцы не противятся новым формам жизни. Не проявляют они и той враждебности к европейцам, которая свойственна меланезийцам. Однако, чем больше полинезийцы соприкасаются с европейцами (особенно тесное общение наблюдается в портовых городах), тем больше подрывается их вера в бескорыстие белого человека. Прозрению полинезийцев в этом отношении способствовали первая и вторая мировые войны. Ныне у полинезийцев, которые, впрочем, никогда не позволяли европейцам оскорблять свое человеческое достоинство, пробуждается чувство национального самосознания, появляется стремление к полной политической независимости. Это стремление не признавали у «канаке» (так полинезийцев, считая их дикарями, презрительно называли немцы), но его нельзя не уважать у канака, достойных своего названия «человек».
Приложение
Численность населения
В Австралии в 1935 г.[63] насчитывалось (в округленных цифрах) 54 500 чистокровных аборигенов и 6,5 миллиона европейцев. Эти две основные расовые группы распределены по штатам Австралии неравномерно.
Европейцы населяют главным образом обширные территории на юго-востоке материка, где когда-то обосновались первые переселенцы из Англии. В этих районах европейцы полностью вытеснили и даже истребили туземцев. В сравнительно мало освоенных северных районах материка и на непригодном для поселения северо-западе туземцы численно превосходят европейцев. Население Австралии распределяется следующим образом.
Для Новой Гвинеи точная численность населения не установлена, потому что всенародной переписи там еще не производили. По примерным подсчетам, на Новой Гвинее 1200 тыс. жителей. Процент иноземного населения ничтожно мал, в Зап. Ириане (бывш. голландская часть острова) чужеземцы не составляют и одного процента числа аборигенов. Зато для меланезийских островов имеются точные цифры. Население Меланезии распределяется следующим образом:
