— Мой! — завопил Гарий и от избытка чувств запустил в противника тяжёлым клинком.
Тот, удивлённо оглянувшись на вопль, изящно уклонился, с усмешкой поманил мальчишку клинком.
— Иди сюда, маленький варвар, — и сам побежал на него, когда украденный меч рванулся из его руки. Гарий не двинулся с места, стоял, опустив дагу в левой и требовательно вытянув правую. Меч в руках врага задёргался, сшиб его с ног и проволок по камням. Вывернулся из ладони, едва не угодив клинком по руке.
Засмотревшись, Алек едва не упустил момент, когда другой чужак оказался прямо перед ним.
— Грязный варвар! — процедил, поднимая клинок, и пошёл в атаку.
Алек с трудом уклонился, удерживая меч перед собой. Атаковать было невозможно — узкое длинное лезвие возникало отовсюду, короткое колющее порхало с удивительной лёгкостью. Чужак заметно прихрамывал, и поначалу лишь это выручило Алека.
Молодой вой живо вспомнил Верею… и её бой с братом. Улучив момент, он перехватил меч обратным хватом. Противник замешкался, потом самоуверенно усмехнулся и ринулся вперёд…
И тут же отшатнулся, заполучив длинный порез на ноге. Алек разрубил бы ему колено, но реакция длинного была на высоте. Рявкнув какое-то ругательство, он снова пошёл в бой, хромая на этот раз на обе ноги. Алек отражал натиск, держа меч близко к телу, и постоянно грозил ударом снизу вверх. Противник прыгал вокруг — и истекал кровью.
В отчаянии он попытался заплести меч и нанести удар дагой. Алек позволил ему отвести клинки в сторону, когда короткий меч — или длинный кинжал метнулся к его груди, вой перехватил руку правой рукой и просто и без затей (по-варварски!) вцепился зубами в запястье, одновременно выламывая кисть.
Чужак заорал. Алек двинул меч вниз, пронзая стопу опорной ноги, ударил коленом в пах и одновременно двинул рукоятью меча в челюсть. Зубы противника лязгнули, он запрокинул голову, открыв длинную шею.
Алек ударил костяшками пальцев, сминая горло, и подхватил выпавшую из ослабевших пальцев дагу. Пригодится.
Он оглянулся на брата.
Вор от упрямства или с перепугу вцепился в рукоять украденного меча, и очередной толчок его опрокинул. Гарий потянул сильнее, и противника протащило за мечом. Кажется, никогда раньше мальчик не мог мыследеять с такой непринуждённой лёгкостью.
Клинок вывернулся из ладони врага и прыгнул ему в руку. Гарий брезгливо поморщился, ощутив тепло чужой ладони. Ничего, это можно смыть кровью вора…
Тот, видимо, что-то прочёл по его лицу и попятился, не вставая с корточек. Неужели я такой страшный, мимоходом удивился Гарий. Вор порезался о брошенный мальчишкой клинок, подхватил его и вскочил пружинисто. Завопил тонко и бросился в атаку.
Всё как на тренировке. Только по-настоящему, — напомнил себе Гарий. Меч и дага ожили в руках. Рука вора оказалась перед лицом, алый потёк, очень удачно… Короткое касание Живы — в неглубокий порез направлена злая мысль, наполненная смертным ядом. Человека этим не проймёшь, но сбить с толку, отвлечь внимание можно.
И вор отвлёкся. Судорога свела поцарапанную руку, Гарий отвел мечом меч противника и коротко резанул по пальцам дагой. Вскрикнув, противник выронил оружие. Прежде чем клинок упал на землю, Гарий двинул одновременно мечом и дагой с разных сторон. Отвернулся от противника, который медленно оседал с перерезанным горлом.
Он успел как раз вовремя. Норик отвлекался на его бой и получил рану, не слишком серьёзную, но грозящую обильной кровопотерей. Охотник пятился, стараясь разорвать дистанцию и поймать мгновение сосредоточения, необходимое, чтобы хотя бы утишить бегущую руду. Очередной мощный удар бросил его на колени, едва не вышибив секиру из рук.
Гарий метнул дагу.
Кинжал ударился рукоятью в доспех. Противник засмеялся… и поперхнулся смешком, когда Гарий выхватил громобой.
Выстрел.
Пуля ударила врага в плечо. Норик, стоя на коленях, из последних сил двинул секирой снизу вверх, лезвие врубилось врагу в низ живота. Он тонко закричал и свалился.
Норик упал поперёк него.
Гарий торопливо бросился к охотнику, мимоходом воткнул меч во врага — хотя можно было не беспокоиться, и встал возле на колени. Лицо Норика, обрамлённое рыжей шевелюрой и буйной бородой, было бледно. Мальчишка дорвал рубаху на боку, убедился, что рёбра лишь треснули, а внутренние органы целы. Возложил руки по обе стороны от раны и сосредоточился.
Кровь побежала медленней. Гарий что-то шептал, запрокидывая к небу отрешённое лицо. Рана стала закрываться, кровь сворачивалась, выходила уже комками. Юный целитель выдохнул, утирая пот. Оглянулся по сторонам, удивляясь, что ещё жив.
Оказывается, его прикрывали Алек, Джурай и Молчун. Гарий устало улыбнулся им, не без труда вытянул из мертвеца свой меч, потянулся за дагой, но кинжал отчего-то убежал из руки. Хитрый вырез гарды, предназначенный для захвата чужого клинка — "улыбка", вспомнил мальчишка, — действительно будто ехидно скалился, смеясь над ним. Гарий сердито мотнул головой, но стало только хуже. Скрипнув зубами, он отвесил себе оплеуху. Сразу вспомнилась Мона, и это воспоминание оказало воистину целительное действие. Мальчишка добрался до оружия, встал над телом Норика, готовый защищать.
Алек махнул мечом, бросая клич. Тот, с кем он дрался, невольно шарахнулся в сторону, и Джурай тут же проткнул его, подхватил вой, по другую руку утробным жутким голосом отозвался Молчун. Низкая песнь лесных разбойников поплыла над камнями, запуталась в зелени кустарников, проникла в жилы врагов, заставляя дрожать руки.
А потом войи пошли в атаку.
— Трое, — сказал брат.
Гарий промолчал. Он не был уверен, как следует реагировать на такое. Считать ли "всего трое!", и радоваться, или же "целых трое" и лить слёзы.
По сравнению с врагом потери были мизерными. С их стороны — девятнадцать убитых, четырнадцать раненых и сдавшихся.
Костёр плевал в темнеющее небо алые искры, с шипением и треском раскусывал зелёные ветки. Мальчишка перебирал пальцами горячие угольки, борясь с желанием целиком залезть в огонь. Кожа на пальцах уже потемнела и погрубела, волоски на тыльной стороне ладони трещали и сворачивались. Но Гарий не чувствовал тепла. Его нутро грыз страшный холод.
Он надорвался.
Трое. Много это или мало?
Ещё немного посижу, решил Гарий, и пойду к остальным.
"Немного" кончилось эштаново быстро. Как будто эти мелкие зловредные духи своровали минуты отдыха. Гарий прислушался к себе и решил, что, пожалуй, сможет встать без риска свалиться в обморок, прямо в костёр.
— Ты куда? — поинтересовался брат. Отвечать было лениво, мальчишка вяло махнул рукой в сторону раненых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
