— Что ж, быть по сему, — сказал он обречённо. — Ничего не попишешь. Придётся мне стать прилежным учеником доктора Макартура.
— Не думаю, что надолго, — попытался я утешить его. — Уверен, что в самом скором времени ученик превзойдёт учителя по всем статьям.
— Брось! — буркнул Колин, устраиваясь в кресле рядом с Брендой. — Не надейся искупить лестью свою вину.
Я тоже сел, достал сигарету и закурил.
— Итак, что будем делать?
— Довольно конкретный вопрос, — съехидничала Бренда. Она всегда и во всём обожала точность. — С кем? С чем?
— Прежде всего, с вами, с тобой и Колином. Дейдра уже обрела легальный статус на Астурии; теперь ваш черёд. Или у вас другие планы?
Колин громко фыркнул:
— Какие там, к чёрту, планы! Если у нас и были другие планы, то они уже сплыли. Так просто ты от нас не отделаешься.
Бренда согласно кивнула и, очевидно, для пущей убедительности пробежала пальцами по клавиатуре компьютера, заставив его сыграть отрывок из марша Мендельсона. А Колин между тем продолжал:
— Только я сомневаюсь в целесообразности нашей легализации здесь, на Астурии. Насколько я понял, это не самая высокоразвитая планета, к тому же она находится на отшибе.
— Пока что, — уточнил я. — Но ненадолго. Бренда не говорила тебе, что я собираюсь устроить здесь свою штаб-квартиру?
— Ну, говорила.
— Так в чём же дело? Я достаточно богат и влиятелен, чтобы в считанные месяцы превратить эту планету в один из крупнейших финансовых и научных центров Галактики. И в первую очередь, я намерен основать здесь Институт пространства и времени Фонда Макартура. Без ложной скромности скажу, что вскоре он станет ведущим научно-исследовательским учреждением этого профиля и соберёт под своей сенью самых высококлассных специалистов — как теоретиков, так и экспериментаторов.
Наконец Джо проявил признаки активности.
— То есть, — спросил он, — ты решил начать открытую игру?
— Ничего другого мне не остаётся, — ответил я. — Тайна, о которой знают больше двух человек, уже по определению перестаёт быть тайной, и я просто вынужден выйти из подполья... — Я на секунду умолк. — То же самое относится и ко всей космической цивилизации. Боюсь, теперь нам не удастся долго скрывать её существование. Это одна из причин, почему я не рассказывал о своём открытии даже тем, кому всецело доверяю. Но с появлением... с обнаружением следов Александра обстоятельства изменились.
— Они изменились гораздо раньше, — заметил Джо. — Реальная угроза утечки информации существует уже несколько лет, хотя я узнал об этом совсем недавно. Как раз перед твоим приходом мы обсуждали исчезновение дюжины, а точнее, одиннадцати отверженных.
В груди у меня похолодело.
— Подозреваешь, что их завербовал Александр?
— Да. Полтора месяца назад я провёл расследование и установил, что по крайней мере пятерых перед их исчезновением навещал человек, похожий по описаниям на Александра.
— Хорошенькое дельце! — пробормотал я.
Отверженные колдуны и ведьмы, осуждённые за те или иные преступления к пожизненному изгнанию, в большинстве случаев не терялись из вида. Обычно они подбирали себе мир вне юрисдикции Домов и селились там, не скрывая своего местонахождения, — кто в надежде на помилование, кто без оной, лишь бы иметь возможность хоть изредка встречаться с бывшими соотечественниками, пусть даже с жаждущими отмщения врагами.
— Все пятеро, — после короткой паузы продолжал Джо, — отпетые головорезы, а двое из них явные психопаты.
— Я их знаю?
— Вряд ли. Они были изгнаны из Света задолго до твоего рождения, ещё при жизни нашего деда Утера.
— Из Света?! — поражённо воскликнул я. — Они все из Света?
Джо утвердительно кивнул:
— И не только эти пятеро, но и все одиннадцать подозреваемых. Можно не сомневаться, длительное изгнание сделало их ярыми светоненавистниками.
— Очаровательно! — сказал я, хотя в этом не было ничего очаровательного. — Значит, они где-то здесь?
Джо неопределённо пожал плечами:
— Кто знает. Пока что я не обнаружил никаких следов их деятельности.
— Возможно, Александр держит своих сообщников в резерве, — предположил Колин. — И не спешит открывать им карты.
— Возможно, — произнёс Джо, впрочем, без особой убеждённости. Гипотеза Колина была слишком оптимистична, чтобы соответствовать действительности.
В этот момент со мной связалась Дейдра:
«Кеви».
«Да?»
«Хочу тебя предупредить. Только что заявился твой друг Рик. Он якобы зашёл сообщить, что скоро начнётся ужин, но на самом деле хочет поболтать со мной. Или с Дженнифер — вот уж не пойму, на кого он глаз положил».
«Насколько я его знаю, на вас обеих, — ответил я. — Спасибо за предупреждение».
— Что случилось, Кевин? — спросила Бренда, как всегда, очень чуткая к мысленным контактам.
— Ничего страшного, — ответил я. — Просто к нам пожаловал гость. Полагаю, он будет озадачен, если застанет вас в моём кабинете. Вот почему вам нужна легализация — и ни где-нибудь, а на Астурии.
— Хорошо, — кивнул Колин. — Мы подумаем над твоим предложением. А сейчас, как я понимаю, мы с Брендой должны исчезнуть?
— Думаю, да. Ступайте осмотрите мир и, прежде всего, Землю. Вы будете приятно поражены. А позже мы вместе решим, что с вами делать.
— Встретимся ночью?
Боюсь, что я покраснел.
— Ну... Лучше завтра. Ночью нормальные люди спят.
Колин ухмыльнулся:
— Ладно. Потерпим до завтра, благо нам есть что посмотреть.
— Кстати, Кевин, — отозвалась тётушка. — Имея такого богатого племянника, мне бы не хотелось заниматься воровством. Если у тебя найдётся немного земной валюты...
— Этого добра у меня навалом, — ответил я и достал из бумажника две золотые кредитки Пангалактического банка. — Вот карточки на предъявителя. Ежедневно вы можете получать по каждой из них до трёхсот тысяч европейских марок и столько же американских долларов.
— Этого хватит на классную машину?
Джо тихо фыркнул, а я с улыбкой кивнул:
— Вполне. И на машину считающую, и на машину ездящую, и на машину летающую. А ещё останется достаточно денег, чтобы снять королевский люкс в «Метрополитен-отель».
Бренда встала на цыпочки и чмокнула меня в щеку.
— Ты такой щедрый, племянничек! — Всерьёз она сказала или нет, я так и не понял.
Когда Колин и Бренда, попрощавшись, исчезли, я посмотрел на Джо и внушительно произнёс:
— Может, теперь поговорим начистоту?
Он моргнул:
— О чём ты?
— Брось строить из себя невинность! — отмахнулся я. — Возможно, я тугодум, но точно не дурак. Когда ты объяснил свой наезд на меня нежеланием заявляться ко мне с пустыми руками, я принял твои слова за чистую монету. Но теперь понял, что это была попытка шантажа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
