Читаем без скачивания Наковальня звезд - Грег Бир

Она обхватила колени руками, и снова села в позу маленькой девочки — поникшая, разочаровавшаяся в Мартине, в себе самой.

— Мы собираемся убить триллионы невинных существ. Мы не должны делать этого, даже если Мартин и не согласится с нами.

— Но Мартин — командир корабля, — подчеркнул Чэм.

— А вот это неправда, — закричала Ариэль. — Он делит командование с Небесным Глазом, а Братья поддерживают нас.

Чэм посмотрел на Мартина:

— А ведь она права, — сказал он.

— Они ещё ничего не решили, — напомнил Мартин.

— Но ведь так или иначе им придётся решать — с кем они, — жёстко произнёс Чэм.

Жезл Мартина просигнализировал — Небесный Глаз вызывал его на встречу.

— Чтобы ни говорил Ганс, мы примем своё собственное решение, — прокричала ему в догонку Ариэль.

— В апартаментах Братьев Мартин расположился в гамаке, рядом с Небесным Глазом. Остальные Братья извивались рядом с ними. Кожа верёвок поблёскивала в отражённом свете, поднимая передние части, косы отбрасывали тени на Мартина. Присутствие такого большого количества змеиноподобных существ могло показаться угрожающим; но Мартину они представлялись очень нежными и человечными. Вряд ли это смог бы понять Ганс. Никакой исходящей от них угрозы Мартин не ощущал.

Небесный Глаз вытянул голову и медленно заскользил к гамаку, поближе к Мартину, издавая при этом запах скошенной травы и свежеиспечённого хлеба — запах силы и твёрдости.

— Мы мы выслушали наших приятелей с «Борзой» и «Дятла» и мы мы решили, что у мы нас есть шанс узнать больше и решили действовать вместе с вами.

— Тогда я попрошу новой встречи, вы не против?

— Мы мы не против, — согласился Небесный Глаз.

Мартин в задумчивости покусывал губы.

— Как вы думаете, убийцы до сих пор здесь?

— Этого знать невозможно.

— Некоторые из нас думают, что мы могли бы все это предусмотреть и раньше, — сказал Мартин.

— Вопросы без ответов. Просто выжидая, не увидишь деталей.

— Мы были молоды, — напомнил Мартин.

— Мы все мы бываем молоды. Это древняя проблема. А теперь они могут съесть мы нас, как конфету, с удовольствием.

— Вы пойдёте вниз со мной? — спросил Мартин. Он спросил так, как если бы был на месте Ганса.

— Не я мы, — ответил Небесный Глаз. — Мы мы не собираемся идти в этот мир. Вы назвали её Спящей. Для нас это действительно вид сна. Ты должен идти за мы нас, если можно.

Мартин глубоко вздохнул.

— Ты расстроился? — спросил его Небесный Глаз.

Он покачал головой:

— Нет, не более, чем… Да, я расстроен, — поправил он сам себя. — Ганс, я вижу, абсолютно прав. Все на Левиафане устроено так, чтобы развести нас, смутить нас. Если он прав и в том, что убийцы до сих пор здесь…

— Это будет несчастье, — сказал Небесный Глаз.

— Они уже нам принесли много несчастья.

Хаким повторил послание несколько раз, но Спящая не отвечала. Мартин присоединился к Хакиму, когда тот в очередной раз повторял эту процедуру, слегка прикасаясь пальцами к панели пульта контроля, светящейся в воздухе.

— По-прежнему ничего, — сказал Хаким. — Прежде они отвечали быстрее.

Мартин кивнул.

Выше панели пульта контроля, на фоне тёмной стены кабины висело небольшое изображение Левиафана. На глаза Мартина попался Занавес.

Теперь он не закрывался, а постоянно сохранял песочно-коричневый цвет.

— Что-то изменилось, — пробормотал Мартин. Он указал на Занавес. Лицо Хакима потемнело от волнения.

— Сколько идёт световой сигнал от Занавеса до нас? — спросил Мартин.

— Три часа двенадцать минут.

— Можем мы прокрутить запись назад?

Хаким прокручивал изображение назад до тех пор, пока они не нашли определённый момент, когда планета приостановила свою неустойчивость.

— Три часа назад, — сказал Хаким.

— Что ещё изменилось?

Хаким одно за другим просмотрел изображение планет: Зеркало медленно поворачивалось в тумане, она по-прежнему оставалась идеальным отражателем; края Проститутки коричневели, как поджаренное хлебное тесто, неизвестной природы волосы разлетались в пространстве; Билллиардный Шар не изменился; не поблекли и светящиеся огни Гофре, горящие голубоватым пламенем, как факелы в глубокой пещере.

Они дошли до Гриба-Дождевика, с его необъятной щетиной из «зёрен». Некоторые из «зёрен», казалось, начали отрываться от поверхности — одно… три… шесть… ещё и ещё… На высокой скорости они покидали атмосферу планеты.

— Они атакуют? — взволнованно воскликнул Хаким.

— Непонятно. Пошли сообщение об этом по «ноучу» «Дятлу» и «Борзой».

— Сейчас, — Но буквально через минуту он с удивлением произнёс, — Нет «ноучевой» связи. Они ничего не получили. Я не знаю, где они находятся.

В помещении командного пункта появились Паола и Эйрин.

— У нас неприятности, — сообщил им Мартин, — Хаким, переводи корабль на другую орбиту…

В тот момент, когда Хаким приказывал кораблю отойти от Спящей, сквозь дверь проскользнул Шелковистый.

— Что случилось? — взволнованно спросила Эйрин.

— Точно не знаем, но я приказал убраться отсюда.

— Получен ответ, — объявил Хаким. — От Спящей…

Зазвучал голос Саламандры.

— Четыре из наших миров разрушены, — изображение Саламандры появилось в плоской проекции. Гребень торчал вверх, все три глаза были открыты, после слов раздавался громкий свист, весь его вид выражал тревогу и волнение.

— Мы не знаем, что случилось, — сказал Мартин.

— Это нарушение баланса. Эти миры хрупки, множество жизней в опасности.

— Мы не можем связаться с нашими… — он не мог подобрать обманное слово, его язык был пойман в сети слишком многих условностей. Он просто пристально посмотрел на Саламандру. Гриф-стервятник опять поднял свой гребень и слегка присвистнул.

— Вы — лжецы и обманщики, — сказал он. — Мы в дальнейшем не имеем нужды общаться с вами. — Его голос и изображение исчезли.

— Конец связи, — объявил Хаким и добавил, — До сих пор никак не могу связаться с «Борзой».

Вся команда столпилась на командном пункте, наблюдая за драмой, которая разыгрывалась у них перед глазами в течение получаса.

Три идентичные планеты — Горный Хрусталь Первый, Второй и Третий — резко вспыхнули тёмно-оранжевым цветом, затем красным, затем белым, во временной последовательности соответственно их отдалённости от корабля. Прежде разноцветно-окрашенными поверхности перемешались, как краски в воде, светящиеся пятна поднимались и падали.

— Кто это сделал? — воскликнул Георг Демпси. — Они или мы?

Зерна Гриба-Дождевика вибрировали, как при лёгком бризе. При такой шкале расстояний, даже такое простое движение говорило об расходе огромной энергии.

Мартин с трудом мог соображать в последующем за этим шуме и гаме. Кабина перенасытилась запахами Братьев, жжением взглядов их глаз. Он увидел ползущую за ним верёвку, затем Брата, развалившегося на части. Мартин не мог разобрать кто это был. Шелковистый принялся собирать верёвки, которые висели вокруг, беспомощно болтая щупальцами.

Они даже не знали, являлось ли это воздействием оружия «Борзой» или нет. Было ясно только одно — атакующие нанесли удары по нескольким целям почти одновременно, судя по временным интервалам прибытия информации о пожарах на планетах. Это говорило об «ноучевой» атаке; первым объектом, изменившим свой характер, был Занавес — массивная «ноучевая» станция.

Что же случилось?

— Я знаю, что случилось, — громко сказала Ариэль, будто бы услышав мысли Мартина.

— Что?

— Ганс начал войну, не сообщив нам об этом.

Моментальное чувство ошеломления, как если бы все это случалось с ним и прежде, — Мартин понял, что Ариэль абсолютно права.

Ганс просто использовал их, чтобы отвести внимание от «Борзой».

— Тогда почему мы до сих пор не мертвы? — спросил Мартин. По спине его пошли мурашки в ожидании неминуемой смерти.

Ариэль пожала плечами:

— Дай им время.

Мартин не заметил, как рядом с ними появились мом и Мать Войны.

— Наш корабль находится под непрерывной атакой в течение часа, наши способности противостоять их оружию снижаются. Мы принимаем командование на себя и вызываем суперускорение, — сказал мом.

— У нас нет горючего, — напомнил Мартин.

— Мы сконвертируем столько, сколько сможем.

— Можете вы связаться с другими кораблями?

— Да.

— И с «Борзой» и с «Дятлом»?

— Да.

— Это они атаковали планеты?

— Да.

— Вы знали об этой атаке?

— Нет.

— Но вы должны были знать… Вы обязаны были знать, когда они начнут!

Мом не ответил. Объёмные поля увеличивались. Мартин почувстсвовал вязкую хватку, резкое воспрепятствование любым движениям тела.

Все потонуло в болоте объёмных полей. Мартин попытался определить, откуда ему ждать угрозы. Он внимательно огляделся вокруг, стараясь понять, что реально, а что иллюзиорно.