лицо старшей сестры, парень не смог ей отказать. Долгие десять минут он пересказывал события, немного изменив их, чтобы не подставить Фолла. Избежал он в своём рассказе и упоминания об очередной потере памяти. Ирис с Лори слушали внимательно, практически не перебивая. Девушка то хмурилась, то ахала, то сжимала кулаки. А во время той части, где Арт бился с неизвестным мечником, начала встревать с вопросами. Чем детальней парень описывал схватку, тем больше Ирис поражалась вслед за Лорелеи. Тому, сколь всё-таки силён стал Арт. Все уже и так поняли, кем был его соперник — его тело хоронили на том же кладбище, что и Миру.
Лидер филиала гильдии искателей приключений. Это не такая простая должность, как кажется на первый взгляд.
Всё-таки эта гильдия — одна из самых старых. И, что логично, одна из самых могущественных, наряду с гильдиями купцов, исследователей и учёных. Она занимается всем, что касается работы и найма искателей приключений: от их регистрации до их похорон. Внутри организации существует система званий — как и в случае с Легионом, взявшим за образец карточную колоду. Авантюристы, доказавшие свою силу и опыт, получали возможность стать офицером — они занимались административной работой, принимали заказы и раздавали их искателям приключений, что заходили в гильдию. Став ещё опытнее и могущественнее, набравшись связей в той области, где был расположен филиал, офицеры переходили в разряд заведующих филиала. В каждом отделении этой гильдии могло быть только два заведующих — один постоянно двигался между городами, навещая отделения гильдии и руководя офицерами, второй занимался экстренными заказами высокой сложности, параллельно выполняя поручения лидера филиала.
Наконец, лидером филиала становился один из заведующих, назначаемый лично главой гильдии.
В руках такого человека было сосредоточено всё влияние гильдии в регионе. А это огромная власть. С лидерами филиалов считались главы государств и церковь — ибо эти личности были не только верны идеалам гильдии, но ещё и обладали силой, способной посоперничать с гениями среди гениев.
Что до идеалов, так они были предельно просты и понятны. Гильдия искателей приключений призывала каждого жителя континента помогать нуждающимся, оказывала помощь в экстренных случаях вроде нападения монстров, а во многих городах они играли роль ещё и стражи. Эти ребята были кем-то вроде народных героев. Конечно, это не значит, что все авантюристы были добряками, ведь искатели приключений не являлись, фактически, членами гильдии. Они были её наёмными работниками.
Однако, эта гильдия придерживалась нейтралитета, когда речь заходила о политике. Поэтому кроме оказания поддержки жителям регионов и помощи в устранении чудовищ или мародёров она была, де факто, бесполезна.
Возвращаясь к началу разговора, то, что Арт одолел лидера филиала, говорило об уровне его мастерства. Конечно, никто и подумать не мог, что Арт, на самом деле, проиграл. И никто не знал, что по этой же причине он тренировался в несколько раз усерднее, доводя тело до изнеможения изо дня в день. Человек, что устал видеть смерть, сделает всё, чтобы она не появилась перед ним вновь. Или ослепнет, если ничто другое не сработает.
— Эфирное ускорение… Я почувствовала его след, но не думала, что ты применил его на пределе своих возможностей, — протянула Лори, с беспокойством осматривая Арта через эфир. — Ты мог пострадать. Даже не так — я уверена, что ты должен был пострадать. Твоё тело не могло даже в теории быть готово к подобным перегрузкам.
— Остаётся вопрос, — вторя подруге, сказала Ирис. — Как ты вообще смог добраться до ближайшей площади?
— Как-то получилось, — сухо ответил парень, с каждым подобным разом всё лучше и лучше обучавшийся правильно лгать, глядя в глаза.
— Та семья… Надеюсь, им обеспечили достойные похороны, — выдохнула Ирис, отворачиваясь от брата. Её переполняли смешанные чувства — от вины до искренней и глубокой печали. То, как Арт отзывался теперь о героях, тронуло девушку. Почему-то ей захотелось обнять его вновь, но Ирис подавила это желание, замолчав.
— Арт, ты отлично справился, — глядя на поникшую Ирис, добавила Лорелеи. — Думаю, Фолл бы тобой гордился.
— Ха-ха, — усмехнулся Арт, согласно качая головой. — Что-то мне подсказывает, что это не совсем так.
Кроме обмена историями, они с первым героем практически не говорили. Лишь в последние пару дней Фолл "ожил", сам начав обращаться к парню. Причина была очевидна — вероятно, сейчас ему было паршивей остальных. Если весь Сад оплакивал Миру, то он, помимо горечи, ощущал многотонный груз вины. Даже Арт это понимал, поэтому не стал расспрашивать первого героя в деталях. Вся ситуация выглядела до отвратительного паскудной — все улыбались, все пытались смеяться, обходя неудобные темы. Но правда в том, что время бежит без остановки — и чем дальше и дольше, тем будет хуже.
Видеть изнанку ситуаций Арт научился у Фолла. Каждый его комментарий, раскрывавший истинную натуру слов или личностей, показывал, что судить книгу по обложке — крайне глупая идея. Возможно, в этом и был урок, который хотел преподать первый герой — последнему. Так, сдерживая вздох, парень продолжил сидеть на камне, переговариваясь с Ирис и Лори. Он тоже улыбался, ибо куда деваться.
Никто не заметил, как прошёл час. Небо потихоньку розовело, а ветер разгуливал по краю острова всё свободней, порой бросая в лицо мелкие камни, а иногда и вовсе затыкая чей-то не вовремя открытый рот. Попрощавшись, троица разошлась кто куда. Ирис отправилась вниз, на основную часть парящей суши, Лорелеи, вслед за подругой обняв Арта, двинулась на тренировочное поле. Чародейке требовалась практика в использовании зелёного эфира. С этим ей согласился помочь Кирагас, с разрешения, разумеется, своего господина.
Арт остался на месте, поднявшись и подойдя к обрыву. Облака поредели, а небо стремительно наливалось алым. Скоро лет кончится. Лето, которое парень не почувствовал. Где сейчас его ровесники? Ходят в школу? Играют? Гуляют? Пьют дешёвое пиво и курят тонкие самокрутки? Или, быть может, нервничают перед свиданием? Сидят за учёбой, готовясь к экзаменам? Рубятся в комп до глубокой ночи? Наверно, наслаждаются жизнью. Или нет, не совсем так — они не понимают, что наслаждаются ею. Ведь чем старше мы становимся, тем больше нам начинает нравиться беззаботное детство. Редкая для Арта возможность немного задуматься о том, что могло бы быть, обернулась для него слезами.
Он плакал молча, как и полагается стремительно возмужавшему человеку. Плакал, не вздрагивая и не хлюпая носом.
Всё, что у него было отнято. Не важно, кого или что винить — факт есть факт. Всё это осталось за границей миров, незримой и неосязаемой. Впрочем, Арт понимал, что выбор за него никто
