Читаем без скачивания Один миг жизни - Виктор Тарнавский

- Эк вас зацепило, - Бэлл Флокасс плюхнулся рядом. - Ну и параноики же эти пришельцы! Хуже, чем служба безопасности в банке "тридцатки"! Вы не откажетесь?

Заговорщицки ухмыльнувшись, Флокасс достал из внутреннего кармана небольшую плоскую фляжку.

- Конечно, не откажусь! Ну, за успешное преодоление первого барьера!

Прошедших въездной контроль журналистов еще раз напоили бесплатной скайрой с печеньем, а затем автобусы привезли их в небольшой городок из одинаковых сборно-щитовых домиков на четыре комнатушки с общим санузлом. В каждой комнате стояли по две двухэтажные кровати, поэтому вместо заселения получился настоящий бунт. Никому не улыбалось жить в настолько спартанских условиях.

- Господа, господа! - вопила какая-то женщина с большим ярко-красным бейджиком, окруженная толпой разгневанных тружеников пера. - Вы не так все поняли! Здесь раньше жили строители, вот они селились по четыре человека в комнате! Вас расселят по одной комнате на человека... то есть, по одному человеку на комнату!...

Скандал немного поутих, но тут же вспыхнул с новой силой, когда обнаружилось, что во всем городке нет ни электричества, ни водопровода, ни канализации, а все удобства находятся в отдельных домиках, которые можно узнать по наличию баков на крышах.

- Подумаешь, - фыркнул Билон. Вместо того чтобы спорить и качать права, он спокойно читал материалы, развешанные на большой доске объявлений. - Тут ясным горданским языком написано, что объект возводили в самые сжатые сроки, поэтому не было времени на прокладку всяких сетей. Домики построили в чистом поле, рабочие здесь только ночевали. И вообще где-то поблизости должен быть пресс-центр с электричеством, столовой, бытовыми комнатами и кучей прочих удобств.

- Интересно, а пиво там есть? - заинтересовался Флокасс.

- Сейчас увидим...

Обогнув все никак не успокаивающуюся толпу, они прошли немного по укатанной дороге между домиками и увидели впереди большой низкий ангар, на воротах которого висела вывеска: "Пресс-центр". Изнутри он больше всего напоминал павильон, в которых проводятся выставки. Там было прохладно, светло и очень чисто. Высокие белые перегородки разделяли его на несколько зон - конференц-зал, несколько бытовок со стиральными машинами, сушилками и гладильными досками, рабочий зал с многочисленными столиками с расставленными на них пишущими машинками, столовую-кинозал с широким экраном на стене и, к искренней радости Флокасса, бар с целой батареей разнокалиберных бутылок. Туда он и направил свои шаги.

Пресс-центр на первый взгляд казался пустым, но там все же обнаружилось несколько молодых людей с красными бейджиками. Они явно скучали и очень обрадовались двум журналистам.

- В час дня будет обед, во время которого покажут фильм о строительстве объекта, - старательно объясняла Билону девушка-распорядительница. - После просмотра состоится пресс-конференция, потом будут новые фильмы о Звездной Империи, а в конце дня - концерт с живой музыкой и фуршет.

- А сам объект мы когда увидим? - поинтересовался Билон.

- Пока там еще закрыто для посещения, так как не закончены отделочные работы. Завтра с утра вас туда повезут, все покажут и проведут с вами репетицию.

- Какую еще репетицию?! - не понял Билон.

- Ах, вам еще, наверное, не раздавали материалы. Вы все будете участвовать в церемонии, изображать на ней народ Филлины. Но вы это все прочитаете!...

- Лаган! - позвал Билона Флокасс. - Идите лучше сюда! Здесь пиво бесплатное, но нужен ваш бейджик, чтобы пробить по кассе или как там еще!...

- Спасибо, я потом к вам присоединюсь! - крикнул Билон. - Прошу прощения, - снова повернулся он к девушке. - А вы не могли бы рассказать обо всем подробнее, своими словами? Эти рекламные брошюры всегда такие скучные, даже если пишут об интересных вещах.

- Хорошо.

Девушка оглянулась по сторонам, но вокруг пока было тихо и пусто. Никто из коллег-журналистов так и не последовал за двумя первопроходцами.

Распорядительница провела Билона в небольшую загородку, где на столе стоял широкий плоский предмет, напоминающий раскрытую книгу.

- Это техника пришельцев? - с интересом спросил Билон.

- Да, так называемый персональный или портативный компьютер. Кээн обучили нас на нем работать, - произнесла она с гордостью.

Девушка осторожно нажала на кнопку на клавиатуре, и экран загорелся. На нем появилось какое-то странное сооружение.

- Это и есть наш объект, - сказала она. - В переводе с языка кээн он называется Улитка Миров. Видите, он построен в виде спирали. Этот символ и у кээн имеет глубокое сакральное значение, потому что галактика, в которой мы живем, представляет собой спираль.

Она провела какую-то манипуляцию, и изображение постройки на экране сменилось трехмерной схемой.

- Принц Императорского Дома, который будет проводить церемонию, должен будет пройти спиральный путь, который идет через двадцать четыре сектора Улитки - по количеству часов в сутках у кээн. Каждый сектор представляет собой экспозицию, что-то наподобие диорамы. Восемь из них должны символизировать Звездную Империю, восемь - природу Филлины и еще восемь - населяющих ее людей и их достижения. Закончив весь путь, принц и его сопровождающие - среди них будете и вы - пройдут по туннелю в центральный амфитеатр, где соберутся почетные гости. Там и произойдет финальная часть церемонии - подведение Филлины под Высокую Руку Звездного Императора.

- Очень интересно! - воскликнул Билон. - А вы можете показать, как будет выглядеть каждый сектор? И вообще, кто занимался их оформлением?...

Майдер Билон больше не был ни скрывающимся беглецом, ни подпольщиком со специальной миссией. Он снова был журналистом, выполняющим свою любимую работу.

Жизнь не идет по кругу, она идет по спирали, и сегодня она вышла на новый виток.

Глава 83. Это жизнь

12.04.5374 года

Эмьюлзе Даугекованне узнавал свой родной город и не узнавал его. Слишком многое в нем изменилось за тридцать лет.

Тоненькие прутики, которые при нем высадили вдоль Аэропортовского шоссе, превратились в высокие раскидистые деревья. На месте россыпи разномастных домиков в Заречье выросли большие серые фабричные корпуса, сейчас лежащие в руинах. На холме за товарной станцией появился целый городской район, застроенный одинаковыми шестиэтажными зданиями. Старый центр, помнящий еще, наверное, Тогродскую империю, сильно пострадал от бомбежек. Немногие уцелевшие дома казались какими-то маленькими, жалкими и одинокими среди развалин...

Наконец, на площади, на месте, где стояла Новая Ратуша, возникло современное административное здание. Его стеклянный фасад в нескольких местах был некрасиво залатан фанерными щитами. Именно возле него и остановился автомобиль с уродливой коробкой газогенератора сбоку, на котором Дауге привезли из аэропорта.

Вслед за сопровождающим он вошел в большой полутемный холл и поднялся по широкой лестнице. Сердце бешено билось, едва не выскакивая из груди, и Дауге пожалел, что отказался от таблеток, которые ему предложили баргандцы.

"Прошло слишком много времени. И две войны впридачу", - уговаривал он сам себя, пытаясь успокоиться. Но сердце все равно трепетало и тревожно стучало внутри в каком-то невозможном, детском ожидании чуда. Вот сейчас он войдет в кабинет и увидит... увидит там постаревшего, но еще крепкого отца... или маму... или брата... да хоть даже вредного и шкодливого кузена, который сейчас уже не тощий вертлявый шкет, а солидный мужик сорока с лишним лет...

Кабинет был пуст. В нем Дауге встретил только его хозяин - невысокий чиновник примерно его возраста, то есть, пятидесяти лет с небольшим, в сером костюме и в очках с широкими оправами из темно-вишневого пластика.

- Господин Даугекованне, - чиновник сильно волновался и поэтому делал долгие паузы между словами и все время поправлял очки, съезжающие на нос. - Мы навели справки обо всех людях, имена которых нам передали из Межкома... Мужайтесь... К сожалению, никого из них уже нет в живых...

Светло-серые стены на мгновение закружились перед глазами Дауге, но усилием воли он остановил их. Неужели все было зря?! Он так рвался домой, на родину, к людям, которые еще помнили и когда-то любили его. И не нашел здесь ничего и никого...

- Ваши родители, Маромалине и Астринсте Даугекованне, умерли незадолго до войны, - слова чиновника доносились до него словно через толстое стекло. - Ваша мать скончалась двенадцатого седьмого семьдесят второго года, отец - четвертого десятого. Похоронены на втором кладбище. Вы, наверное, захотите посетить их могилу...

- Да, конечно, - Дауге предпринимал просто невероятные усилия, чтобы удержаться на краю.

Всемилостивейший Единый! Мы разминулись всего на полтора года!...

- Ваш дядя, Ремикадзе Даугекованне, в пятьдесят третьем году был призван в ополчение. Погиб в бою, похоронен в братской могиле возле города Бунтараима. Его жена умерла в шестьдесят третьем. Сыновья, ваши двоюродные братья, пали одиннадцатого восьмого пятидесятого года и двадцать пятого третьего пятьдесят первого...