Читаем без скачивания Один миг жизни - Виктор Тарнавский

- Согласен.

- Одно место запросило Информбюро. Оно хочет послать туда аналитика из иностранного отдела. Он работал в Вилканде именно под видом журналиста и, к тому же, неплохо управляется с камерой. Четвертое место я отдаю Норе Стефансис.

- Это... социолог, автор работ о современном обществе, да?

- Да. И еще она умеет подмечать интересные мелочи и интересно рассказывать о них, прежде всего, для женской аудитории.

- Хорошо. Итак, кто пятый?

- Я хочу включить в твою команду Ринчара Линда. Он хорошо проявил себя в истории с ядерными ракетами. И он из Зеллиды, что будет политически правильно. Наконец, он писатель-фантаст и пишет о науке и технике. Возможно, ему будет проще понять пришельцев.

- Что же, неплохой выбор, - согласился Негелис. - С Линдом я ни разу не встречался, тем интереснее будет познакомиться. Где он сейчас?

- Да здесь же, в Нагиссе. Так что, его не придется нигде искать.

- Где ты был, Рин?! Я тебе везде искала! - маленькая худенькая Линн Валькантис с рукой на перевязи прямо подпрыгивала возле высокого представительного Ринчара Линда.

- В библиотеке, - немного смущенно признался Линд. - Понимаешь, у меня завтра семинар по дипломатии, а я в этом очень плохо разбираюсь.

- Ой, кто бы прибеднялся?! - Линн иронично покачала головой. Бушевавшая в ней радость, наконец, выплеснулась наружу. - Рин, я письмо получила!

- Из дома?

- Да, от родителей! Шло целый месяц! Но главное, что они живы и здоровы. Я так рада!

- И я очень рад! И за тебя, и за них!

- Рин... - Линн обогнала его, чтобы взглянуть в лицо. - Ты мне поможешь... написать ответ?... Правой я сейчас не могу, а левой у меня очень плохой почерк. Они сразу догадаются, что что-то не так.

- Конечно, Линн, - улыбнулся Линд. - Ты хочешь, чтобы я отпечатал его на машинке?

- Д-да, - несмело произнесла Линн. - Я тебе его продиктую. Только... Я хочу написать им о нас. И, так сказать, э-э-э...

- Попросить у них благословления? - Линд уже привык к неожиданным приступам острой застенчивости у своей невесты.

- Да, что-то вроде этого, - Линн потупила глаза. - Но ты понимаешь... нам придется отложить свадьбу... пока все не нормализуется, и мы не сможем поехать к твоей маме и к ним... или они к нам...

- Конечно, я все понимаю! - Линд осторожно привлек ее к себе, чтобы не задеть загипсованную руку. - Для меня же неважно, как мы с тобой официально называемся! Главное, что мы вместе, и нам хорошо друг с другом.

- Как здорово, что мы с тобой одинаково мыслим! - Линн потерлась щекой о его плечо, выше она не доставала. - И знаешь, вот, что я думаю...

Они шли рука об руку, оживленно обсуждая свои планы на будущее, и совсем не подозревая, что у кого-то могут быть свои планы насчет них.

Что же, это жизнь.

Глава 84. Друзья

12.04.5374 года

Младший честедержатель Лмугэо, получивший, наконец, возможность продемонстрировать все свои организаторские таланты, разошелся вовсю. Центральный аэропорт Реперайтера был полон ликующего народа. Над толпой вздымались флаги, транспаранты и воздушные шарики. Все вокруг просто тонуло в море цветов. Военный оркестр играл "Встречный марш", под звуки которого торжественно шагали солдаты почетного караула.

Встречать высокого гостя прибыли сам президент Лёрид Кирстен и его жена - изысканно одетая, но какая-то бесцветная женщина средних лет, сразу же отставшая, чтобы развлекать беседой Раэнке, очень смущенную из-за оказываемых ей почестей. Президент как радушный хозяин шел чуть впереди Кэноэ, на его лице играла приветливая улыбка.

Церемония шла как по накатанной колее, но Кэноэ почему-то ощущал какой-то дискомфорт. Его чувство опасности молчало. Здесь не было ни враждебности, ни напряженности, как в Чинерте, где он побывал - страшно подумать - всего лишь четыре дня тому назад, но что-то все равно было не то.

В этой церемонии нет искренности, - внезапно понял он. В Чинерте его встречали как представителя враждебной державы и даже не пытались скрыть это за дежурными улыбками и показной дружелюбностью. Здесь просто играли театральное представление, пытаясь замаскировать наигранность многолюдной массовкой.

Интересно, только ли его считают зрителем?...

Задумавшись, Кэноэ не заметил подвернувшийся ему под ноги то ли кабель, то ли просто складку на ковровой дорожке. Он споткнулся и едва не упал - президент Кирстен вовремя успел подхватить его за руку. В ту же секунду Кэноэ чуть не ослепило блеском фотовспышек, телохранитель напрягся, но тут же расслабился - его подопечному ничто не угрожало.

Пройдя в последний раз между двумя шеренгами почетного караула, Кэноэ прошел к ожидавшему его катеру. Двигаясь на малой высоте вслед за автомобилями кортежа, он вскоре прибыл в небольшой уединенный особняк, окруженный садом и защищенный монументальным забором. Здесь и должна была состояться его встреча с Лёридом Кирстеном.

Горданский президент прибыл на место чуть раньше и уже ожидал Кэноэ. По-прежнему играя роль радушного хозяина, он лично проводил гостя в небольшой кабинет с широким окном, выходящим в сад, и небольшим красивым столиком из полированного дерева, по обеим сторонам которого были расставлены два уютных мягких кресла.

Паркет из узорных дощечек, покрытых лаком, был очень гладким, и Кэноэ слегка поскользнулся. Ну, что за напасть сегодня! Кирстен снова ухватил его за руку, помог удержать равновесие.

- Спасибо, что меня поддержали, - произнес Кэноэ, с некоторой опаской садясь в кресло. - И за тот раз тоже.

- Я надеюсь, что у меня еще не раз представится возможность оказать вам поддержку, - улыбнувшись, Кирстен сел в свое кресло. - Сегодня об этом небольшом инциденте будут говорить все телеканалы, подчеркивая его глубокую символичность.

- У вас хорошие репортеры, - суховато сказал Кэноэ. - Успели вовремя сориентироваться и запечатлеть.

- Прошу прощения, - Кирстен внимательно посмотрел на Кэноэ. - Надеюсь, вы простите мне этот небольшой трюк?

- Что?! - Кэноэ удивленно поднял брови. - Вы хотите сказать, что я не просто так споткнулся? Все было подстроено? Но зачем?!

- Чтобы создать правильное впечатление, конечно. Или у вас не фабрикуют новости?

- Скорее, их у нас замалчивают, - машинально отозвался Кэноэ. - Э-э-э... Простите, что вы имели в виду? Для чего это нужно?

- О, в этом все и дело! - засмеялся Кирстен. Он выглядел очень довольным. - Как вы думаете, для чего нужны средства массовой информации?

- М-м-м... - Кэноэ задумался. - Очевидно, для информирования населения о том, что происходит в мире, для просвещения и, наверное, для развлечения.

- В целом вы правы, - Кирстен откинулся на спинку кресла, принимая удобную позу. - Но давайте рассмотрим все, как говорится, с начала. Жизнь среднего обывателя, как правило, очень скучна и монотонна. Работа, ежедневные хозяйственные заботы - так сказать, быт... В лучшем случае, какие-то немудреные развлечения. Но что происходит, когда он включает телевизор?! Для него внезапно открывается настоящее окно в большой и яркий мир! На телеэкране он видит места, в которых никогда не побывает, становится свидетелем событий, которые происходят без его участия, знакомится со знаменитостями, которые никогда не узнают о его существовании. Он привыкает к этому миру, живет им и не хочет знать ничего иного, ведь его обычная жизнь так неинтересна! Зачем тратить силы на поиски какой-то информации, когда все необходимое ему покажут?! Для обывателя реально не то, что есть на самом деле, а то, что он видит на экране телевизора!

- Люди не обязательно будут верить тому, что говорят им с экрана, - заметил Кэноэ. Он пока не понимал, куда клонит Кирстен.

- Вы ошибаетесь, - улыбнулся Кирстен. - Большинство людей просто не умеют думать, их никогда этому не учили. Конечно, в любом обществе найдется мыслящее меньшинство, но не забывайте, что в термине "средства массовой информации" самое важное слово не третье, а второе! Пресса и телевидение - это искусство говорить с массами, влиять на массы, формировать мнение масс. Если повторять что-то с телеэкрана достаточно долго и настойчиво, люди воспримут это и будут искренне считать своей личной точкой зрения.

- Это не должно быть так просто! - возразил Кэноэ.

- О, нет! Работа с информацией - это большое искусство, но в нем мы достигли известного совершенства. Чтобы словам с экрана телевизора верили, они должны быть, как правило, правдивыми или, по крайней мере, не расходиться с опытом и впечатлениями обывателя. Лобовая пропаганда всегда приносит вред, а не пользу. Общественное мнение формируется более тонко - намеками, комментариями, интерпретациями...

Неожиданно для себя Кэноэ включился в обсуждение интереснейшей темы, которая ранее совершенно ускользала от его внимания. В умелых руках информация становилась оружием. Она вдохновляла людей на великие свершения или, наоборот, опускала их в бездну отчаяния. Она создавала кумиров и рушила репутации. Она заставляла людей замечать одни вещи и совершенно игнорировать другие...