Ладно, насчет Лучника соображения имеются, бывают герои, которым меркантильность несвойственна в принципе. Но девица-то почему добычу не забрала? Так увлеклась перспективной дорогой в академию, что начисто позабыла о свертке? Вспоминая ее сияющую мордаху, я мысленно согласилась: наверняка забыла.
Ни Вечному Лучнику, ни воровке я ничего вернуть уже не смогу, порталы для передачи имущества не открываются, бандерольки до востребования между мирами не рассылаются, а значит, я все-таки ошиблась насчет оплаты за дверь. Эти побрякушки остаются на Земле в качестве компенсации. Что же, куда потратить деньги, я найду, а часть вещей можно оставить для Конрада. Такой красивый мужчина просто обязан носить красивые украшения! Обдумывая необходимость частичной реализации добычи, я спешно влезла в серый с тонкой розовой полосой костюмчик, подкрасилась и бросила взгляд на часы. Три минуты в запасе. Как раз! Включила автонабор Катюхи. Тот, у кого малыш жаворонок, в кровати не залежится.
— Привет, Гель. — Деловитый голос соседки звучал на фоне гудения микроволновки и позвякивания посуды. Небось на даче готовился завтрак.
— Привет. У меня к тебе, Кать, «маленький, но очень ответственный поручений».
— Ну блин, заинтриговала. Чего? — хмыкнула подруга, в трубке что-то зашипело и загромыхало.
«Оладьи жарит», — догадалась я, зная, как балдеет Лизок от маминых сырников и оладушек и как часто их просит на завтрак.
— Скажи Роме, я вчера на дачу с приятелем заезжала, кое-что забрать, заодно ему документы привезла. Прислали наконец, чтоб ему бедняге бомжом не жить. Парень, похоже, где-то гулял, так что я папку на столе оставила. Пусть с веранды документы уберет в местечко понадежнее, — протараторила я цу.
— Скажу. — Кажется, Катюха малость смутилась, вспоминая, где именно, с кем да почему гулял Рома, и закруглила разговор: — Ладно, потом поболтаем, оладьи горят! Лизок и Роман твой без завтрака останутся!
— Роман теперь, кажется, твой, но оладьи — это святое, более не посягаю, — все-таки не удержавшись от многозначительного намека на костерок, распрощалась я с дачной соседкой и, нажав отбой, вышла из квартиры.
Стоило мне щелкнуть входным замком, как за спиной появился Конрад.
— Светлого денька, Лучик. Развлеклась с гостями? — улыбнулся мне вампир, чмокнул в макушку, на миг прижав к себе.
— Все-то ты знаешь, везде-то ты был, — заулыбалась я, цитируя старую шутку. — Развлеклась. Прибежала девчонка-воришка, а за ней пострадавший скелет. Ушли абитуриентка Академии Серых Рейнджеров и Вечный Лучник.
— Да-а-а, никогда бы не подумал, что здесь, в мире, забывшем магию, я обрету веру в легенды, — по-настоящему удивился вампир, даже, кажется, пожалел, что не сунул нос в гости и не свел с «легендами» личное знакомство. Еще раз качнув головой, Конрад попросил: — Расскажешь вечером. Такие истории не терпят суеты.
— Расскажу, — щелкая замками, пообещала я и не утерпела, похвасталась: — Девочка добычу из гробницы под диваном заныкала, да забыла. Погляди, может, что-то тебе впору придется, жаль отдавать все в чужие руки.
— Погляжу, — отчетливо почувствовал мое настроение Конрад, спорить не стал, только чмокнул в макушку и предложил: — Пошли!
— Пошли? Ты со мной? — чуть-чуть удивилась я.
— Конечно, как вчера договорились, пока во всем не разберемся, я твоя тень. Не исчезну и в полдень!
— Спасибо. — Я признательно улыбнулась родственнику по крови. — Прости, из-за меня ты небось свои планы нарушил.
— Не бери в голову, — беспечно отмахнулся вампир. — Я у вас так недавно, что любая мелочь интересна, а уж как моя единственная родственница живет и работает — отнюдь не пустяк. Помимо этого, Лучик, не забыла, сегодня у тебя новая встреча с недоделанным мастером приворота? Даже если я неотлучно за тобой присматривать не собирался, сегодня пошел бы.
— Э, а разве кайст не обещал разобраться с тем, чтобы другие кураторы ко мне не лезли? Или он за один день только одно великое дело способен сотворить, и вчера этим делом была миссия по доведению меня до белого каления из-за визита нага? — поинтересовалась я.
— Он написал рапорт и потребовал его скорейшего рассмотрения, — недовольно поведал родич.
— Бюрократия, — плюнула я и, больше ни о чем не спрашивая, вытащила ключи.
Портить себе нервы в борьбе с системой, оккупировавшей массовое сознание на всех горизонталях и вертикалях, я смысла не видела. Проклятие Сизифа, конечно, тоже кому-то положено, но взваливать его на себя? Нет, к такой жертвенности, как и к прошению ЛСД за красивые глаза, я была не готова. Эй, и вообще, при чем здесь вопрос о красивых глазах? Кому-то, читай между строк — Паниной Гелене Юрьевне, не удалось хорошенько выспаться, вот и несет всякую чушь.
Конечно, от общества Конрада я отказываться не стала, как и не стала вчера просить себе даже с перепугу какой-нибудь постоянной охраны от «Перекрестка». Слишком свеж был в памяти изломанный Леха, валяющийся у дверей злополучной кладовки.
Сегодня я не собиралась использовать дар мгновенного переноса в пространстве. Оно, разумеется, удобно, но слишком велика вероятность быть застуканной при совершении несоответствующих возможностям мира действий. Конечно, все связанное с обязанностями привратника выходит за рамки восприятия обычных людей и запросто игнорируется всеми органами чувств оных. Однако область приобретенных талантов и их использования относится к моей странной работе лишь косвенно, поэтому я не знала, будет ли она столь же упорно игнорируемой. А что, если нет? Засекут какие-нибудь органы и доставят в поликлинику для опытов. Нет уж, пока не проверила досконально, надо быть осторожной и не злоупотреблять подарком странного цветочка-гиганта лишний раз.
В компании Конрада было спокойно. Пусть я не видела его, зато была совершенно уверена — раз он собрался меня сопровождать, значит, рядом. Не бросит, не подведет, защитит от неизвестной угрозы.
— Кроха! — окликнул меня знакомый голос с боковой лавочки у подъезда, где по вечерам сидел сводный хор бабушек-сплетниц, а утром тусовались лишь воробьи и охотившийся за ними рыжий кот с первого этажа.
С лавочки поднимался невзрачный кряжистый мужичок, блеклые глазки, нос картошкой, какие-то смазанные черты, потертые штаны хаки и растянутая футболка. Пройдешь — не запомнить, да и не посчитаешь нужным взглянуть второй раз.
— Леха! — обрадованно взвизгнула я, сиганула через две ступеньки разом и повисла у мужичка на шее.
Тут же ойкнула, вспомнив, что бедолага был совсем недавно ранен, и попыталась осторожно отстраниться. Надеюсь, ничего ему не повредила своим необдуманным броском кобры. Но отойти мне Леха не дал, в ответ стиснул так крепко, что я сразу разулыбалась еще шире, понимая, что хворый так обниматься не будет — раз и претензий за то, что пострадал из-за меня, не имеет — два.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
