хотелось довериться. Но на краю сознания звенел тревожный колокол, он отрезвлял и не давал провалиться в болото.
Вспомнив все лекции и прочитанные параграфы, я попыталась возвести мысленную стену, чтобы защитить свое сознание. И почти видела, как голову покидает чужая магия, как распадаются опутавшие меня цепи.
Слышала, что менталист более высокого ранга может подчинить сознание мага слабее себя. Но если я могу с ним бороться, значит, мы примерно на равных. Так пора сделать свой ход.
Сконцентрировавшись, я подняла глаза и сцепилась с ним взглядами. В висках пульсировало, голова была готова взорваться от напряжения. Ментальная магия кипела в каналах, горло свело. Я зачерпнула силы артефакта, сплавляя ее со своим даром.
— Спят усталые игрушки… — запела, продолжая смотреть гаду в лицо.
Взгляд его стал обескураженным. Он посмотрел на меня, как на ненормальную.
— Замолчи!
Сделал неуверенный шаг ко мне, я попятилась, но песню продолжила. Сбиться или остановиться было подобно смерти. В памяти всплывали слова фамильяра о том, что песни и заговоры с незапамятных времен люди использовали в своих ритуалах, что они были сильнее обычных слов.
— Глазки закрывай…
Возможно, в любой другой ситуации это было бы смешно. Я на миг представила, как укладываю этого противного человека в кровать с игрушками и мягкими подушками. Наверное, перед его мысленным взором мелькали те же картины. Хотя больше всего он заслуживал жесткую койку в темнице. И обязательно с крысами и капающей с потолка водой!
Нож выпал из разжавшихся пальцев, маг закрыл уши руками и повторил тихо, заикаясь:
— Зам-замолчи…
Но я запела громче, почти крича и рисуя перед собой картину, как его глаза закрываются, как расслабляется каждая мышца. Мой голос обволакивал, убаюкивал. Уголек запрыгнул на стол и широко зевнул.
— Спой ему страшную песню, пусть гаду снятся кошмары.
О да, он это заслужил! Но я боялась, что, стоит сменить пластинку, как ток магии прервется, поэтому стала повторять колыбельную раз за разом. Мой противник больше не двигался, стоял на месте, продолжая обнимать руками голову. Напряжение постепенно отпускало, выражение лица менялось. Он медленно моргал, с каждым разом удерживая глаза закрытыми все дольше.
— Зааа… — протянул в последней, отчаянной попытке.
Руки его упали вдоль тела, он покачнулся. Потом стал опускаться на колени, шарить руками по полу, словно искал наиболее удобную позу. Точно пьяный, свалился на бок и затих. Я допевала последний куплет, следя за противником и ожидая, что в любой момент он может вскочить и броситься на меня.
— Может, пырнем его ножиком? — кровожадно предложил Уголек. — Он хотел сделать с тобой то же самое.
Я не нашла, что ответить. Ноги тряслись и подгибались, не знаю, как не промахнулась мимо стула. Не верилось, что я смогла побороть чужую волю.
Внезапно в коридоре послышался топот: в дверь ворвался нейт Лерхен, потрясая раздобытым где-то молотком. В его взгляде плескалась решимость вперемешку со вселенским ужасом. Трусоватый лекарь поборол свой страх и вернулся, чтобы помочь мне. Правда, немного опоздал.
— Я пришел! Я сражусь с тобой! — завопил, весь дрожа и потея.
И осекся, увидев на полу тело мага. Тот, сложив ладони под щекой и подтянув к животу ноги, звучно храпел. Лерхен перевел на меня взгляд широко распахнутых глаз.
— Что это с ним? Он что, спит?
Я молча кивнула. Надо что-то делать, не знаю, сколько он еще пробудет в таком состоянии. В учебнике писали, что особой печатью можно закрепить эффект от ментального воздействия, но я еще не успела ее изучить.
Лекарь помянул местных богов и вытер мокрую лысину платком. Его руки тряслись, молоток он сунул себе за пояс, словно это был боевой топор викинга.
— Надо его связать, пока не пришел в себя. У вас есть веревка?
— Да, всегда в кармане ношу, — я усмехнулась неуместной шутке. Скопившееся напряжение готово было вырваться наружу, я чувствовала, как магия сворачивается в груди тугим клубком.
А где же моя брошь? Маг выкинул ее в окно, надо отыскать и опять попробовать связаться с Истеном. Не знаю, получилось ли достучаться до него в первый раз. И если да, понял ли он, что мне грозит опасность?
Вдруг Уголек навострил уши, прыгнул на подоконник и поглядел в темноту ночи.
— Вовремя подоспели.
Я тоже бросила к окну и увидела, как во двор лечебницы забегает несколько человек.
Сердце зашлось от ужаса. В первые секунды я решила, что это подельники уснувшего гада. Стольких мне точно не одолеть! Сколько их там? Пять… шесть человек. Что же делать?
Вдруг один из них остановился и посмотрел прямо на меня. Из груди вырвался вздох облегчения, ноги обмякли. Я узнала Истена, он был в черном, и наряд чем-то походил на одежду поверженного врага.
А спустя несколько минут в кабинет ворвались менталисты с ним во главе.
— Аннис! — он сбито дышал, глаза блестели. — Взять его, — бросил приказ своим людям, и те подхватили сопящего мага под белы руки и потащили вон из кабинета.
По дороге он пробормотал, не просыпаясь: “Это не та… не та… верните мою подушку…”
— Нейт Шерриан, нам провести обыск? — обратился к Истену один из менталистов.
Тот о чем-то с ним говорил, а я была настолько шокирована, что смысл их слов проплывал мимо ушей. Потом, не глядя, что в кабинете мы не одни, он привлек меня к себе и обнял за плечи.
— Боялся, что опоздал. Не представляешь, какие мысли меня одолели, стоило услышать твой крик, а потом тишину. Я сразу понял, что ты во что-то влипла, — он с досадой посмотрел на то место, где крепилась брошь.
— Ты пришел очень быстро.
— Ошибиться и потерять драгоценное время было нельзя, я решил, что ты сейчас в лечебнице. Даже несмотря на порталы, последний раз я бегал так быстро на уроках физподготовки. И все же ты сама сумела его обезвредить. Как тебе это удалось?
Шерриан был немало удивлен, когда я поведала, что усыпила менталиста при помощи детской колыбельной. Он не смог сдержать нервной усмешки.
— Подумать только! Тво дар развивается очень быстро. Может, и мне стоит выучить пару детских песенок?
— Все уже позади, — я обмякла в его руках и поняла, насколько вымотал меня этот день. — Я в порядке. Надо скорей допросить этого человека и узнать, куда он спрятал Терина.
Руки, гладящие меня по спине, ощутимо напряглись.
