себя подкованной, то применять его методы на практике боялась. Они были не самыми простыми, а рисковать детьми я не могла. И все же когда-нибудь придется это сделать. Начну, пожалуй, с самого простого.
* * *
В лечебнице дела шли своим чередом: практиканты трудились, не разгибая спины — нейт Энкель быстро взял их в оборот. Правда, время от времени хватался за голову от их самодеятельности. Рабочие починили крышу, кое-где сменили рамы на окнах взамен сгнивших, в коридоре перестелили полы.
Недавно я отправляла заявку на средства, подаренные Истеном, на фабрику, производящую магические аппараты. И уже этим утром нам привезли две печи на кухню и три стиральные машины. Заряда магии в них хватало на несколько месяцев, после чего следовало вызвать бытовиков для пополнения резерва. Наши работницы охали и ахали от восторга, правда, им еще предстояло приноровиться к работе с новыми приобретениями. Зато печи для стерилизации работали на славу, и я надеялась, что ни одним микроб не побеспокоит наших пациентов.
В палате дети играли с новыми игрушками. Я заметила на них и новую одежду — это добрая Лилит отправила клич своим знакомым, и те отдали вещи, из которых уже выросли их дети. Хорошие, добротные, хоть и не дорогие. А платье для Эллин она сшила сама, и теперь девочка радостно показывала мне обновку.
Мне понравилась идея Лилит. Можно объявить о сборе пожертвований, чтобы привлечь внимание к брошенным детям. Может, нейра Мирилис тоже решит подключить свои связи.
Было волнительно, но я взяла Эллин за руку и отвела ее в свой кабинет. Он был маленьким, но уютным: вдоль стены шкаф с лекарствами, в том числе там хранились снадобья из магической аптеки. Обычный и смотровой столы, весы и ростомер. Все документы по своим больным я тоже перенесла сюда, памятуя о случившемся в ту ночь.
В своей книге Алест Байн писал о стимуляции мозговых центров. Наблюдая за Эллин магическим зрением, я просила ее мысленно пересказать одну из сказок, создавая яркие и подробные мыслеобразы. И представлять, что она произносит слова вслух. Местная сказка, аналог Золушки. Она ее хорошо знала.
Стараясь не беспокоить девчушку, я аккуратно коснулась ее затылка кончиками пальцев, не используя кольцо. Увиденная картина не была статичной: алое поле пульсировало, некоторые участки вспыхивали ярче, потом гасли, а темное поле как будто колебалось. Я очень аккуратно, наощупь, направила к нему тонкую ниточку дара. Уголек сидел рядом, контролируя мои действия. Целительская магия впиталась в этот участок, как вода.
Это продолжалось несколько минут, перед мысленным взором мелькали картинки из сказки — Эллин удалось передать их мне.
— На сегодня хватит, пожалуй. Не хочу тебя перегружать, — дотронулась до плеча своей маленькой пациентки. Она так увлеклась, что не сразу это заметила.
“Спасибо,” — я больше ощутила, чем услышала ее послание. Эллин смотрела на меня и робко улыбалась.
— И тебе спасибо, что доверяешь.
У меня возникла спонтанная мысль устроить что-то вроде выходного, праздника, чтобы мои подопечные развлеклись. Можно взять их и сходить куда-нибудь всем вместе, ведь они уже долго не были за пределами лечебницы. Только я закончила с Эллин и отвела ее обратно в палату, чтобы пригласить следующего ребенка, брошь на груди вдруг ожила — я ощутила легкое тепло и вибрацию.
Это точно Истен! Но какие у него новости?
— Аннис, ты меня слышишь? — раздался знакомый голос.
— Да… Как все прошло? Все уже закончилось?
Я даже зажмурилась от волнения, ожидая ответ.
— Все хорошо, — сказал он, и у меня отлегло от сердца. — Мы нашли змеиное логово, оно было замаскировано под госпиталь, а власти города закрывали глаза на то, что там творилось. Взяли всех причастных.
— А дети? Вы нашли Терина?
Больше всего я боялась услышать, что мальчик пострадал. А Истен, как назло, медлил. Сомневался? Не хотел ранить правдой?
— Да, с ним все хорошо. Осталось привести дела в порядок, — он немного помолчал. — Я ведь обещал, что верну ребенка. Придется немного задержаться, постараюсь вернуться как можно скорее. Тогда все тебе расскажу.
Я стояла, сжимая в кулаке брошку и борясь с желанием сползти на пол. Таким сильным было облегчение после всех тревог. Одна бы я не справилась. И как повезло, что в этом мире у меня есть такая мощная поддержка. Плечо, на которое можно опереться.
— Кстати, ты задолжала мне свидание.
— Это когда я успела?
— Неважно. Пока подумай, куда ты хочешь сходить. Нам обоим не помешает немного расслабиться.
Я не могла не согласиться! После таких событий развеяться — самое лучшее, что можно сделать. А то и поседеть недолго.
* * *
Остаток рабочего дня я занималась детьми, используя методы Байна. Дело как будто сдвинулось с мертвой точки, но я до сих пор не была уверена в причине недуга. Чтобы проверить свою догадку, отправилась к лекарю, о котором говорила смотрительница приюта на улице Синих Птиц.
То лекарство, мильтона, было сделано на основе снотворного мака. А млечный сок или опий с давних времен был известным наркотиком. Если мне удастся собрать сведения и доказать вред таких лекарств для беременных и маленьких детей, можно добиться запрета на их применение. Да, мильтону уже запретили, но оставались и другие. Я надеялась, что в этом мне поможет Эллен. Все-таки беременные — ее область.
Повезло, лекарь как раз был дома. И, когда я постучала в дверь аккуратного небольшого домика, открыл сразу.
— Что у вас случилось? Мигрень, ушиб, общая слабость? — спросил скороговоркой. — Понос, запор, беременность или все сразу?
Это был мужчина лет тридцати с хвостиком на вид. Светлые короткие волосы были зализаны назад, он застыл напротив меня с полотенцем, которым только что вытирал руки.
Я представилась, немало его удивив. Лекарь даже рот приоткрыл. Привык, что посещают его только пациенты.
— Нейт Мариус. Рад познакомиться. Проходите, — он галантно поклонился, пропуская меня вперед.
— Я хотела поговорить с вами на одну деликатную тему, — начала я и достала из сумки бумаги, которые дала смотрительница приюта. Там были указаны имена родителей сирот и причины отказа от детей. Их близкие погибли, у кого-то остались дальние родственники, но они не пожелали взять их под опеку.
Он задумчиво хмурился, выслушивая цель моего визита.
— Да быть такого не может! — воскликнул эмоционально, когда я замолчала. — Ребенок в утробе матери защищен богами, как простое лекарство могло принести ему
