это место и не натрави на нейта Родеуса проверку. Хотелось еще раз увидеть лекаря, заглянуть в глаза и понять, как он мог решиться на такое преступление. Тем временем Истен продолжал:
— Брейн пытался действовать осторожно, чтобы не привлекать лишнего внимания и чтобы впоследствии никто не решил начать поиски исчезнувших людей. В столице они бы не сумели такое провернуть, здесь сильный надзор за магами, а вот Сторра — маленький город. У них все было схвачено и договорено. Он практиковал запрещенные ментальные техники, а лекари испытывали опасные препараты. Для этого им нужны были молодые здоровые взрослые и дети. Но Терину навредить не успели. Теперь все ответят по закону. А вот я уже в который раз убеждаюсь, что надо больше прислушиваться к женщинам. Особенно если они владеют ментальным даром.
— Пострадавшие должны получить помощь, — напомнила я.
— С ними уже работают лекари и ментальные маги. Ты и так слишком много пережила за последние дни.
Шерриан протянул руку и сжал мое запястье. Тепло от прикосновения поднялось вверх и разлилось по всему телу, расслабляя.
Мальчонка пошевелился и беспокойно вздохнул.
— Спи, маленький, — я погладила Терина по голове. — Ты дома.
— Знаешь, теперь я, кажется, понимаю, почему ты так возишься с этими детьми. А про свидание все-таки не забывай. Ночной Фонвилль прекрасен, — добавил Истен искушающе.
* * *
Мы отправились в театр Изумрудных Масок большой толпой. Здание был небольшим, но оно и к лучшему — дети могли испугаться скопления народа. Но самое интересное, здесь актерами были настоящие маги. Театр располагался в центре Фонвилля, рядом с большим зеленым парком. Истен посоветовал его, потому что был там еще ребенком и помнил, в какой восторг пришел от яркого представления. Он же вызвался сопровождать нас и оплатил все расходы.
Странные у нас отношения: сначала предложение руки и сердца, а потом свидания. Но меня уже ничего не удивляло в этом мире.
Как истинный менталист, Шерриан почувствовал вечную женскую тревогу про “нечего надеть”, и с утра курьер магической доставки привез мне платье с туфлями и украшения для волос. Шелковое платье нежного кремового цвета с вышивкой и жемчугом на рукавах село точно по фигуре, Лалли еще шутила по этому поводу:
“Размерчик идеален, сидит как влитое. На глаз, что ли, определил? Что, даже не щупал?”
А нейра Мирилис объяснила, что ткань зачарована портнихой. Здесь были даже магические ателье, их услуги стоили очень недешево.
Из взрослых с собой мы взяли Лилит, Марни, а еще нейра Мирилис изъявила желание выйти в люди. Мы встретили несколько ее знакомых, которые пришли сюда с внуками. Пожилые нейры с удивлением разглядывали наш “детский сад”, а Мирилис рассказывала о том, что решила стать благодетельницей для нескольких детских приютов.
— Неужели ты взяла шефство над лечебницей для сирых и убогих? — спрашивала ее приятельница, обмахиваясь веером. — Это сейчас модно?
— Не поверишь! Это было модно всегда, — бабуля включила весь свой актерский талант, стараясь привлечь подружек на свою сторону. — Можете тоже попробовать. А еще…
Я не прислушивалась к их болтовне, но все время чувствовала на себе чужие взгляды. Меня рассматривали, как экспонат на выставке. К тому же, нейра Мирилис обещала найти для меня новых пациентов из высшего света.
Малыш Терин не отходил от Истена, то держа его за руку, то цепляясь за штанину. Он воспринимал его как своего защитника и спасителя. Маруся не слезала с меня и все время пыталась выдернуть из прически заколки, их блеск привлекал любознательную малышку. Со стороны мы походили на многодетных родителей, я была уверена, что скоро слухи о нас расползутся среди аристократов.
Пока мы дожидались начала представления, дети решили атаковать буфет. Как и обещала, я взяла с собой Лика и Бона, сейчас они поглощали сладкий лимонад и закусывали пирожными так, что за ушами трещало. Дети ни разу в жизни не пробовали ничего подобного, и мне приходилось следить, чтобы никто не объелся.
Я, конечно, предполагала, что будет сложно. И как только справляются воспитатели в детском саду? Я опасалась, что младшие испугаются и готовилась ко всему, но они больше разглядывали новое место, сбившись в стайку. Почти никто не плакал и не шалил.
Зато взрослые мальчишки отличились. Лик едва не залил водой холл театра, показывая Бону новый магический прием, а тот его специально подначивал и дразнил неумехой. Эх, чего еще ждать от мальчишки, которого большую часть времени воспитывала улица?
— Тебя еще не выгнали за такое из школы? — Резвый ткнул Лика в грудь. — Ну ничего, я тоже сейчас фонтан покажу, как раз лимонада напился.
— Прекратите хулиганить, — я взяла Бона за локоть и развернула к себе лицом. — Ну что за поведение? Я думала, вы будете мне помогать.
— Он просто дурак, — влез Лик. — Прогони его, Аннис.
— Ты тоже хорош. Зачем демонстрировать магию в театре? Тем более, ты пока недостаточно ей владеешь.
Мальчишки извинились и клятвенно пообещали вести себя, как цивилизованные люди, а у меня уже трещала голова. Истен приблизился сзади и положил руку мне на талию.
— Ты довольна? — спросил с усмешкой. — Дети выглядят счастливыми.
— Наша компания привлекает много внимания. А те женщины так на тебя смотрят, — произнесла шепотом. Пользуясь тем, что я стояла к Шерриану слишком близко, Маруся, сидящая у меня на руках, потянулась и вытащила у него из кармана платок.
— Мне кажется, она повзрослела. И чем-то на тебя похожа, — заметил Истен, а потом бросил беглый взгляд на компанию старушек. — Кстати, нейра Кларенс дружила когда-то с моей бабушкой. Скоро доложит родителям. Матушка недавно опять сокрушалась, что я сделал выбор, не посоветовавшись с ними.
— А почему ты не просишь меня помочь твоему отцу с источником? — задала я вопрос, который давно волновал.
— Потому что у меня есть план, — сообщил он загадочно.
Наконец, объявили о начале представления, и зрители рекой потекли в зал. Стены его украшали сценки из детских сказок, изображения двигались, словно были живыми. Дети застыли, разглядывая творящих заклинания магов, вспыхивающие на небесах молнии, оживших зверей, замки и маленьких принцесс.
На мгновение показалось, что я слышу восторженные голоса своих подопечных. Я еще не видела их такими довольными и счастливыми.
Мы заняли первый ряд маленького зала, и представление началось. Никто больше не баловался, с первой минуты все увлеклись
