Гарри показалось, что он что-то упускает. Что-то очень важное и ценное. Он провёл слишком чёткие границы, разделил всё на белое и чёрное, попытался выделить самое основное. Но жизнь не состоит из чётких граней и резких переходов. Есть семья, есть друзья, есть наставники. Нельзя выбрать что-то одно. Один человек не заменит всех остальных близких людей. Невозможно провести всю жизнь, зациклившись на чём-то одном. Или на ком-то. Снейп стал для него не просто учителем, преподающим предмет, в котором он наконец-то стал разбираться. Но и старшим товарищем, которого у него никогда не было. Это прекрасно, да. Но это не значит, что теперь он должен забыть обо всех остальных людях, которые ему дороги, и которым нужен он. Никто не требует от него сделать страшный выбор: Снейп или все остальные. А если конкретнее, то Снейп или Сириус. Ему не нужно приносить в жертву одни отношения ради других. Потому что они имеют абсолютно разную природу. И если Гарри мечтал о семье, то вот она — одиноко сидит на бревне и лечит свои раны мерзким пойлом. Так что раз Гарри нужен этот человек, то он сделает всё, что в его силах, чтобы заложить фундамент для новых отношений. Чтобы стать Сириусу настоящей семьёй.
Гарри повернул голову к Люпину, чтобы сказать что-то ещё, но того уже не было рядом. У оборотня была способность по-волчьи незаметно появляться и исчезать. Гарри тяжело вздохнул и решительно направился в сад.
Когда он приблизился к Сириусу, тот только поднял голову, но потом опять перевёл бессмысленный взгляд на бутылку, ничего не сказав. Гарри присел на бревно напротив. С минуту никто не нарушал тишины.
— Много выпил? — наконец спросил Гарри.
Сириус приподнял бутылку и критически оценил уровень жидкости. Она была пуста только на четверть.
— Знаешь, а я ведь даже не опьянел, — усмехнулся крёстный. — Хоть и очень пытался, — тихо добавил он и поднёс горлышко к губам.
— Дай-ка это сюда, — сказал Гарри и выхватил бутылку у него из рук, после чего вылил содержимое на траву.
— Эй, ты что творишь?! Хорошее было огневиски.
— Оно не делает тебя лучше, — жёстко возразил Гарри. — Оно только мерзко воняет.
— Надо же! А когда мы пили его со Снейпом тут на кухне, оно пахло фиалками? — съязвил Сириус и отвернулся.
— Перестань, — вздохнул Гарри. — Я пришёл, чтобы поговорить с тобой.
— А что, со Снейпом уже наговорился? — мерзко процедил Сириус, прищуриваясь.
— То, о чём я хочу поговорить, не имеет к нему отношения.
— Правда? — изобразил удивление крёстный.
— Ладно, имеет. Но это не главное, — Гарри снова вздохнул. — Слушай, я просто очень устал от того, что происходит.
— Я тебя утомляю?
Гарри покачал головой и сорвал травинку, машинально начиная вертеть её в руках. Сириус был явно не расположен к беседе. Гарри поднял голову и увидел бледный полумесяц среди освещённых солнцем ветвей дерева.
— А помнишь, — усмехнулся он, — три года назад ты смотрел на полную луну и говорил, что хотел бы, чтобы я жил с тобой?
— Да помню, — мрачно отозвался Сириус. — Кажется, с того момента прошло лет сто. Или двести.
— Да. Но на самом деле всего три года.
Сириус внимательно посмотрел Гарри в глаза.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я хочу сказать… — Гарри вздохнул. — Да не знаю. Ничего я не хочу сказать. Просто вспомнил, что я тогда почувствовал.
— И что же?
— Что я нужен, — улыбнулся Гарри.
— Да, это приятное чувство, — кивнул Сириус и добавил очень тихо: — Наверное.
— Слушай. Я, видимо, опять неправильно начал разговор. Вообще-то я шёл к тебе, чтобы попросить прощения. Но эта чёртова бутылка меня просто взбесила.
— Прощения?! — Сириус выглядел действительно озадаченным.
— Да. Я только сегодня понял, как я был неправ по отношению к тебе.
— А я думал, ты пришёл ругаться.
— У меня нет причины с тобой ругаться. Теперь я понимаю, что происходит. И виноват в этом не ты, а я.
— Да?
— Да. Я за последнее время столько всего тебе наговорил. Я злился на тебя, потому что думал, что причина твоего поведения в тебе. Но на самом деле она во мне. Жаль, что я не понял этого раньше.
Сириус вздохнул и нахмурился.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я вытащил тебя из этой чёртовой Арки и решил, что на этом моё дело завершено. Я думал, что ты сам сможешь со всем справиться. Мне и в голову не могло прийти, что ты на самом деле чувствовал. Да и Азкабан… Мне казалось, что ты уже отошёл от него. Но, наверное, на это требуется гораздо больше времени, чем три года, часть из которых тебя не было вообще. Я никогда не задумывался о том, что должен чувствовать человек, отсидевший там двенадцать лет.
— Хочешь знать, что я чувствовал? — тихо спросил Сириус и уставился куда-то в пространство.
— Скажи.
— Ничего. Ничего, Гарри. Одну большую бесконечную пустоту. Вот что я чувствовал, когда сбежал. Я потерял всё в один вечер. Всё, что имел. И у меня было долгих двенадцать лет, чтобы оплакать свои потери. Но когда я очутился на воле, у меня не было ни радости, ни счастья, ни ощущения долгожданной свободы. Как будто выйдя из одной тюрьмы, я попал в другую. Ту, которую сам же себе и выстроил. Мною двигала только жажда мести. И это было единственное чувство, благодаря которому я ощущал себя живым. А потом Петтигрю сбежал, мне пришлось скрываться. Ты был далеко. И меня окружала только пустота. Вот и всё.
— Я должен был понять…
— Ты не мог, — усмехнулся Сириус. — Откуда тебе, тринадцатилетнему мальчишке, было знать, что со мной происходит? Да я и не пытался тогда ничего объяснить. Знаешь, я тоже думал, что справлюсь сам. Только у меня ничего не вышло.
— Но ещё не всё потеряно.
— Не знаю, Гарри. Никто не выходит из Азкабана нормальным. Все становятся там другими.
— Но Сириус, я ведь и не знал тебя раньше. Я не знал, каким ты был. Я и сейчас не знаю.
— То, что ты видишь сейчас… Это просто кусок мяса, наполненный изнутри вакуумом. Он говорит, движется, даже думает. Иногда. Но на самом деле он давно уже мёртв.
— Не говори так! — вспыхнул Гарри и почувствовал, что глазам стало мокро. — Не смей так говорить!
— Почему? — грустно рассмеялся Сириус. — Это правда. И ты это знаешь. Тебе всё это не нужно, Гарри, поверь мне. Так что я… Я, чёрт возьми, прекрасно тебя понимаю. Понимаю, почему ты предпочёл мне Снейпа.
— Это самое ужасное, что ты мог сказать, — прошептал Гарри и вытер глаза тыльной стороной ладони. — Я не выбирал между вами. Просто… просто…
