к ней Хьюго.
Он с Тони и Хьюго-младшим на другом авто ехал в Девон следом за ней с Джорджем, и тот, как и было оговорено, только что привез Хьюго-старшего на остров.
– Все закончено, – сказала Нина, возвращая альбатроса на стол, в компанию его девяти собратьев. – И Ю.Ар. Дадд, и его «графиня» в руках доблестной британской полиции.
Хьюго, поколебавшись, сказал:
– Тони осталась на материке. Но намерена заглянуть сюда. Она все жаждет поджечь этот чертов дом!
Нина ответила:
– Виноват не дом, а люди, которые в нем жили.
И умирали. Точнее, были убиты.
Убиты мистером Eu. R. Dudd, который, перемазанный птичьим пометом, истошно вопил, уводимый бравыми британскими полицейскими.
– И пока Тони нет, я хочу сказать…
Хьюго запнулся.
– Она предложила мне стать ее мужем, вот именно так. Она жаждет усыновить Хьюго, ее адвокаты уже готовят документы. Мы будем жить в ее доме…
Нина произнесла:
– Поздравляю! Она – великолепная партия, хотя и сорви-голова. К тому же сказочно богата.
Ну, и убившая, хоть и по неосторожности, двух ребятишек.
– Нина, она мне нравится, но люблю я тебя. Понимаешь, я готов от всего отказаться, и мы втроем, мой сын, ты и я…
В столовую вошли старший инспектор Джепп, с порога радостно заявивший:
– Мисс Дорн, это сенсация! Одного разоблачения этой лиги Диомеда мне бы хватило, чтобы стать главой Скотленд-Ярда, а за разгадку убийств на острове Альбатросов и убийства сэра Мэтью дадут, наверное, дворянство. Как думаете, король произведет меня в рыцари?
– Если по причине династического кризиса не отречется до конца года, сэр, то да!
Джепп заявил:
– Не понял вас. Ну ладно, побеседуем на кухне, мисс. Вам надо кое-что мне объяснить.
Кое-что? Почти все!
– Следуйте за мной!
Нина, положив Хьюго руку на плечо, сказала:
– Тони наверняка сделает счастливым твоего сына.
– Нина, я готов немедленно жениться на тебе! Я прошу тебя стать моей женой!
И он в самом деле попытался встать на простреленное ею же колено. Удержав его, Нина сказала:
– Поговорим позднее. А сейчас меня ждет инспектор.
Она убежала из столовой, чтобы не оставаться наедине с синеглазым нахалом.
Да нет, романтиком.
И почему на сердце было так тоскливо? Ведь у нее был Женя, ее Женя, и только ее.
Бредя по коридору, Нина размышляла над тем, что скажет инспектору. Ведь ничего толком объяснить она не могла, потому что…
И внезапно заметила дверь, которой в стене коридора быть не должно – свою дверь, темно-синюю, лакированную, с ручкой в виде разинутой пасти льва.
Понимая, что раз дверь сама появилась, то ее литературный вояж подошел к концу, Нина, посмотрев по сторонам и убедившись, что коридор пуст, распахнула ее – и решительно шагнула в клубящуюся за порогом тьму…
…и вышла, минуя короткий коридорчик, на втором этаже своего особняка. Свет на кухне горел, ведь прошло всего семь минут.
Нина сбежала вниз, зная, что Женя, ее Женя и только ее, терпеливо ждет.
– Нет, это самое захватывающее и опасное литературное приключение, которое мне довелось пережить…
Но Жени на кухне не было. Только чашка кофе еще курилась паром на столе.
Из коридора послышались шаги, Нина ринулась обратно.
– Женька, ты не поверишь, что мне пришлось пережить!
Это был Женя, но в компании с литературной дементоршей, ее тезкой.
Та, сияя, обняла ее, словно старинную подругу, и заявила:
– Мне только что был звонок. Откуда, сказать не могу, но то, что вы сделали, выполнено на пять с плюсом.
Повиснув на шее Жени, Нина покрывала его лицо поцелуями, чувствуя, что плачет.
– Ну, Ниночка, будет, будет, мы не одни.
Тон у него был отстраненный.
Бухнувшись на «свою» табуретку у окна, Нина заявила:
– Хочу твоего кофе, Женечка!
Тот, взяв уже приготовленный, протянул его литературной дементорше.
– Нина, не будь неучтивой, сначала нашей гостье, потом тебе.
– О, помню, помню, кофеек вы готовить умеете отличный. У нас, в литературном КГБ, такого никто не умеет.
Отхлебнув и явно наслаждаясь, тезка села напротив Нины:
– Я обещала вам сказать, когда все закончится, и сдержу свое обещание. Я же говорила, что события в литературной вселенной могут оказывать влияние на происходящее в нашем мире. Вы, отыскав истинного убийцу в «Десяти негритятах»…
– В «Десяти альбатросах». И не убийцу, а двух убийц, – поправила ее Нина.
– Альбатросы? Вот это да! Вам это знакомо?
Она вынула смартфон и, отыскав что-то, продемонстрировала Нине стильный символ в виде парящего альбатроса.
– Издательская группа «Альбатрос», самая крупная в мире. Если бы вы не нашли истинного злодея, она бы оказалась в чужих руках.
Например, Роджера Бэссингтона и «графини» Веры.
– И тут я открываю вам страшный секрет, именно одним из подразделений «Альбатроса» и являются литературные порталы и мы сами…
Она закашлялась.
– И это значит…
Она снова закашляла, и Нина вдруг почувствовала себя как в дурном сне – неужели кошмар, который она пережила на острове Альбатросов, повторяется и в ее мире?
Продолжая кашлять, литературная дементорша привстала и вдруг рухнула на пол.
Испытывая дежавю, Нина, истошно закричав, бросилась к доктору Дорну и прижалась к нему.
– Она мертва! Господи, Ю.Ар. Дадд здесь!
Муж, тряхнув ее, произнес:
– Нина, она всего лишь без сознания, но придет в себя часа через три-четыре.
– Ты думаешь? – тряслась Нина. – Он проник оттуда сюда! Надо его поймать, Женя. Он – литературный вторженец.
Муж, сам бывший таковым, снова ее тряхнул:
– Нина, это я подсыпал ей снотворное.
Девушка, уставившись на Женю, ее Женю и только ее, вспомнила, что он и сам литературный оборотень, который пришел в ее мир из литературного, упорно не желая сообщать, откуда именно.
– Но почему, Женечка, зачем? – произнесла Нина, чувствуя, что ей страшно.
Очень страшно. Вероятно, даже страшнее, чем в ту ночь, когда Eu. R. Dudd буянил за дверью ее комнаты на острове Альбатросов.
– Нина, так надо. Пойдем, я тебе все объясню.
Он взял ее за руку, и Нина послушно отправилась за ним. Они вышли в коридор, подошли к распахнутой книжной полке.
– Понимаешь, – сказал доктор Дорн, входя туда, – все дело в том, что так надо.
– Что именно надо, Женечка? – спросила Нина, последовала за ним – и увидела вдруг распахнутый литературный портал, но не свой собственный, а совершенно иной: дверь была Женина.
Но ведь он вроде бы лишился возможности открывать порталы?
– Так что ты имеешь в виду? – спросила Нина, а муж, быстро поцеловав ее в щеку, ответил:
– Вот это, Ниночка. Учти, так надо.
И толкнул ее во тьму своего портала.
…Вылетев из тьмы на огромную кухню, где что-то булькало и шипело, Нина
