— Я готов заключить такую сделку, но при двух условиях.
Саксон заметно помрачнел.
— Ну и каково же первое условие?
— Ты должен откровенно рассказать нам о том, что находилось в амфоре.
— Я нашел там папирус, — без колебаний ответил Саксон. — А в чем заключается второе условие?
— Ты должен еще раз угостить нас пивом.
— Боже мой, Остин, ты бессовестно пользуешься своим преимуществом перед беспомощным человеком, — сказал Саксон, хитро подкручивая пальцами кончики усов.
Затем он взмахнул рукой, подозвал бармена и показал ему три растопыренных пальца.
Глава 40
Камердинер Балтазара прошел по мрачному коридору, облицованному темными деревянными панелями, и остановился перед массивной дубовой дверью. Балансируя с подносом в одной руке, он мягко постучал в дверь и ехидно улыбнулся, когда ответа не последовало. Он знал, что Карина находится в комнате, так как менее часа назад собственноручно перенес сюда из вертолета ее бездыханное тело.
Не утруждая себя вторым повторным сигналом, он вынул из кармана ключ, отпер дверь и широко распахнул ее.
Карина встретила его на пороге с перекошенным от гнева лицом и большой тяжелой настольной лампой с массивным медным основанием, которую удерживала обеими руками, как большую дубинку, готовясь нанести удар первому, кто осмелится переступить порог ее невольного узилища. Однако она слегка растерялась, поскольку не ожидала увидеть перед собой человека с большим подносом, на котором стоял фарфоровый чайник и красивая фарфоровая чашка.
На всякий случай она не стала опускать светильник.
— Кто меня раздевал? — строго потребовала она.
— Женщина из числа прислуги этого заведения, — спокойно ответил камердинер. — Ваша одежда сейчас находится в стирке. Мистер Балтазар решил, что пока вам будет намного комфортнее находиться в чем-то чистом и свежем.
— Можете передать мистеру Балтазару, что я хочу немедленно получить обратно свою одежду?
— Вы сами ему об этом скажите, — улыбнулся камердинер. — Он ждет вас в саду. Но он сказал, что вам не обязательно торопиться. Можете прийти туда в любое время, когда почувствуете желание с ним поговорить. Можно поставить поднос на стол?
Карина настороженно посмотрела на него, но все же отошла в сторону и впустила его в комнату. Он подошел к столу, поставил на него поднос, а потом попятился к выходу, не спуская глаз с тяжелого светильника, и исчез в коридоре, оставив дверь открытой.
Она очнулась за несколько минут до этого в какой-то странной чужой постели и вспомнила сладковатый запах на заднем сиденье в такси. А потом сбросила с себя простыню и вдруг обнаружила, что лежит в одном нижнем белье. Вскочив с постели, она стала лихорадочно рыскать по шикарной комнате в поисках хоть какой-то одежды, но нашла в шкафу только длинный белый халат из хлопка с глубоким вырезом.
Схватив халат, она огляделась. Если не принимать во внимание металлическую решетку на окнах, то в остальном комната напоминала номер «люкс» в дорогом отеле. Она подошла к окну и увидела перед домом аккуратно подстриженный газон. Именно в этот момент послышался стук в дверь. Быстро набросив халат, она схватила со стола тяжелый светильник и приготовилась отразить нападение непрошеных гостей.
Когда камердинер вышел из комнаты, Карина последовала за ним в коридор и увидела, как он исчез за углом. Вернувшись в комнату, она заперла дверь и вдруг заметила, как дрожат от волнения руки. Она поставила светильник на стол, плюхнулась в бархатное кресло и заплакала от отчаяния.
Накопившийся внутри гнев, который дал ей силы схватить светильник и приготовиться к отпору, куда-то незаметно исчез. Она вытерла глаза, пошла в ванную, умылась прохладной водой и привела в порядок растрепавшиеся волосы. После этого она выпила немного чаю и проследовала в том же направлении, где совсем недавно исчез камердинер. Оказавшись перед выходом в просторное патио, она открыла дверь и вышла на ярко освещенное солнцем пространство. Оглянувшись вокруг, она сообразила, что находится во внутреннем дворике с прекрасно ухоженным садом. Посреди двора располагался живописный, весело журчащий фонтан, а в самом его центре возвышалась статуя обнаженной женщины, окруженной дюжиной таких же обнаженных херувимов. Однако внимание Карины было обращено не на эту красоту, а на стройную фигуру Балтазара, который срезал цветы на клумбе.
Балтазар был одет по-домашнему — в белые слаксы, черную рубашку с короткими рукавами и легкие сандалии на босу ногу. Увидев вошедшую Карину, он мило улыбнулся и направился к ней с большим букетом цветов в руке.
В ответ Карина демонстративно скрестила руки на груди, отказавшись принимать букет.
— Мне не нужны ваши цветы. Где я нахожусь?
Он опустил букет, а потом небрежно положил его на мраморную скамью.
— Вы у меня в гостях, мисс Микади.
— Я не хочу находиться у вас в гостях, — прошипела Карина, почти сжав губы. — И требую, чтобы вы немедленно освободили меня.
Все еще улыбаясь, Балтазар смотрел на нее как на редкую бабочку, которая неожиданно пополнила его и без того огромную коллекцию.
— Вы властны, высокомерны и заносчивы. Именно такие качества я и ожидал встретить у наследницы рода Мекада.
Эти слова так поразили Карину, что на какое-то время она лишилась дара речи, а ее гнев сменился смущением.
— О чем вы говорите?
— У меня к вам предложение. — Он показал рукой на круглый мраморный стол, накрытый на две персоны. — Вы примете мое угощение, выпьете со мной, а я расскажу вам чрезвычайно занимательную историю.
Карина настороженно смотрела в сад, выход из которого надежно охраняли два человека в черной униформе. Стало быть, бегство из этой западни практически невозможно. Но даже если ей каким-то чудом удастся вырваться за пределы сада, что она будет делать дальше? Ведь она понятия не имела, где находится и как отсюда выбраться. Нет, будет гораздо лучше выиграть какое-то время и найти другой выход из положения. Она неохотно направилась к столу и села, упрямо выгнув спину.
В ту же минуту перед ней появился вездесущий камердинер и налил в хрустальные бокалы воду. Вслед за ним появились официанты с роскошно приготовленными блюдами. Поначалу Карина решила гордо проигнорировать гостеприимство Балтазара, но потом вдруг почувствовала, что просто умирает от голода. Она набросилась на еду, оправдывая себя тем, что нужно во что бы то ни стало набраться сил для побега. Правда, при этом она так и не притронулась к розовому вину. Она обязана была сохранить свежую голову для осуществления задуманного плана. Одному Богу известно, что ожидает ее впереди.
