— Кто она?
— Да что ты, в самом деле, как ребенок! Ну, эта… как ее… эта. Аришка, вот!
Ваня отпил из бокала и налил себе и капитану еще по чуть-чуть.
— Ты же знаешь ее, — Комаров толкнул юношу в плечо.
— Конечно, знаю. Кто же ее не знает.
— Так вот, — капитан влил в себя содержимое бокала, закусил тем несчастным огурцом, который два пилота ели уже весь вечер, и продолжил, — Аришка, эх, мечта, а не девушка. Я ведь ее уже около года охмуряю, ой нет… погоди. Клинья подбиваю, вот. Я под нее эти клинья все подбиваю и подбиваю, а она ноль внимания на меня. Ну, не ноль конечно, а сколько раз ее замуж звал, не идет. Ну, ни в какую. Но, скажу прямо, я был на первом месте среди всех ее ухажеров, которых на «Стреле» было не мало. Даже майор Свиридов за ней ухлестывал…
— Майор Свиридов? — расхохотался пьяный Ваня, — ему же под пятьдесят, или нет?
— Да какая разница. Любви, Ванюш, все возрасты покорны. Я, говорю, у Аришки был фаворитом, ну самым первым вариантом, — гордо похвастался Капитан.
Кадет Сафин, выпил содержимое бокала и почувствовал, как в голову вновь что-то дало, в глазах стало мутнее, а в мозгу начали формироваться несвязанные друг с другом фразы.
— Поздравляю, — выдавил он.
— Рано, еще поздравлять. Вот когда вернемся обратно, я ей еще раз предложение сделаю. Она после последнего раза обещала подумать, а тут согласится.
— Эге, товарищ капитан. Не забывайтесь. Ариша со мной сейчас, — строго поправил Комарова Ваня.
— Где? — удивленно спросил капитан, разыскивая девушку.
— Да я не об этом. Я говорю, что она меня любит, и по возвращению мы с ней распишемся на Земле. Так что не надо рассчитывать на что-то. Она моя.
Капитан угрюмо повесил голову и глубоко вздохнул.
— Налей еще, — попросил он. Дважды просить Ваню было не нужно, он лихо добавил капитану самогонки.
— Хотя, знаешь, Ванек. Может так и лучше будет. Ты молодой вон, какой статный. Герой Калисто…
— Ну, это уж вы завернули…
— Нет, нет. Правда, ты герой. Ты ее больше, чем я достоин, — пояснил Комаров и положил свою тяжелую руку Ване на плечо, притягивая его к себе.
— А тут спорить не буду, может и больше достоин.
— Ну, кадет! Не правильно ответил, — улыбнулся капитан. Ваня тоже улыбнулся и отхлебнул из бокала. Юноша явно почувствовал, что еще немного этого Алтайского пойла, и он точно упадет. Капитан сунул руку под подушку рядом стоящего дивана и извлек оттуда трофейный китайский пистолет «Хао».
— А давай, дуэль устроим, — с глупой ухмылочкой предложил капитан, — на шесть шагов и по сигналу.
— Я бы с радостью, — произнес Ваня, чувствуя, что дело пахнет жареным, — да только у меня и пистолета-то нет. Так что давайте завтра.
— И то верно, — согласился капитан, убирая «Хао» обратно под подушку. Ваня попытался встать, но ноги упрямо отказывались ему повиноваться, поэтому юный кадет плюхнулся на диван.
До каюты сегодня он уже не доберется, нужно преодолеть несколько уровней, что в таком состоянии выглядит само по себе пугающе. Комаров словно почувствовал это, мгновенно предложил:
— Тебе в каюту в таком виде нельзя. Оставайся тут ночевать, а утром к себе убежишь.
Долго уговаривать в усрачь пьяного кадета Сафина не пришлось, он, не разуваясь, завалился на диване, подложив под голову капитанскую подушку.
— Спокойной ночи, товарищ капитан, — произнес он и мгновенно захрапел.
Утром, кадета разбудило сильное желание посетить туалет. Юноша открыл глаза и начал искать в комнате часы. Электронный циферблат показывал чуть больше шести утра. Ваня поднялся и сел на диване.
Капитан, не раздевшись, валялся на своей койке, тихо посапывая. Кадет Сафин, опираясь на все подручные средства, попытался встать на ноги. Ноги не слушались, в животе творился полный хаос, в голове же было такое чувство, словно там застрял валенок.
— Больше не пью, — пробормотал себе под нос Ваня и, опираясь на стены, направился к выходу.
В тот ранний час бог хранил безумца, и юноша преспокойненько добрался до своей каюты, обойдя все дежурные посты. По дороге он один раз завернул в туалет, но потом шел только прямо, чтобы не сбиться с маршрута…
И вот ровно спустя сутки с того момента как московский аристократ Андропов прибыл на пиратскую базу «Сотый парсек», космофлотовский конвой с Земли добрался до базы «Вихрь» половину всех прибывших бойцов согнали на разгрузочные работы, следовало разгрузить все то, что в своем чреве привез «Сокол». Бойцам выдали мощные экзоскелеты, благодаря которым многотонный контейнер был не тяжелее кирпича.
Пока одни разгружали межпланетный караван, других с помощью десантных кораблей переправили в зону кратера «Черное солнце» для постройки укреплений. В связи с недавним приказом разведзвеньям полагалось каждый день исследовать новые участки спутника на случай обнаружения военной крепости пиратов. И на каждом новом участке разведанной зоны строился форпост. Вот и Ваню в компании Мая и Ставропольцева отправили на строительство форпоста.
Кадеты, облаченные в тяжеловесные по земным меркам экзоскелеты типа «Муром», бегали, туда-сюда выгружая гигантские плиты и блоки. По сути, их миссия заключалась лишь в том, чтобы разгрузить следующий за ними транспортник со стройматериалами. А строительством займутся специализированные под эту работу люди.
— Где это видано, чтобы пилот-истребитель, уже почти младший лейтенант, ворочал каменные блоки?! — возмущался по каналу внешней связи Ставропольцев.
— Не ной, «младший лейтенант», лучше принимай блок, — ответил Май и передал ему гигантский каменный параллелепипед. Ставропольцев поник, хотя по внешнему виду экзоскелета сказать об этом было очень сложно. Гидравлические суставы в сотни раз усиливали силовые характеристики человека находящегося под их влиянием.
Ване экзоскелеты нравились, точнее, нравились в общих чертах. Например, учебные экзоскелеты, которые кадеты называли ласково «Монстры», не нравились ему совсем из-за настоящей парилки внутри, а вот боевые «Зениты», с которыми юноше довелось работать, будучи на дежурстве в береговой охране, полюбились достаточно сильно. Когда ты с легкостью пушинки поднимаешь многотонные объекты, личная самооценка мгновенно возростает до неба. Кстати о небе. Первым что заметил кадет Сафин, это было количество техники, бороздящей нижние слои атмосферы Ганимеда. Их было очень много, чертовски много. Группы, звенья, взводы и прочие команды небольшими кучками пролетали над головами трудящихся кадетов. Ваня поднял голову, когда над ним необычайно низко пролетел гигантский фрегат «Стремительный». От рева маршевых двигателей, даже сквозь защиту шлема у юноши заложило уши. Все остальные тоже оторвались от работы, чтобы посмотреть на пролетающую в небе громадину. Вытянуто-боевая форма фрегата внушала уверенность в нем как в военном корабле, но еще большую уверенность внушали огромные зенитные установки, идущие вдоль кормы.
