Гилтас выглянул в сад, проверяя, нет ли там какого-либо движения, но при этих словах быстро оглянулся назад.
— Было время, когда я поспорил бы с таким утверждением, Планкет. Тогда я считал себя несчастнейшим в мире существом, порабощенным собственным тщеславием и плененным собственными страхами. Тогда своим единственным спасением я полагал смерть. — Порывисто он протянул слуге руку. — Вы заставили меня отвернуться от зеркала, Планкет. Отвернуться от собственного изображения и взглянуть на мир. Когда я это сделал, то увидел мой страдающий народ, растоптанный тяжелыми сапогами Рыцарей Тьмы, живущий в тени распростертых над ним черных крыльев. Увидел, что люди смотрят в будущее с ужасом и отчаянием.
— Теперь у них появилась надежда, Ваше Величество. — Планкет мягко потянул свою руку из пальцев короля, смущенный его словами. — План Вашего Величества удастся.
Гилтас улыбнулся:
— Будем надеяться, Планкет. Пусть судьба улыбнется не только мне. Пусть она улыбнется наконец моему народу.
Он бесшумно скользнул вниз и спрыгнул на землю. Планкет с балкона проследил за тем, как силуэт короля растаял в темноте. Тогда он убрал веревку, проверил, хорошо ли закрыты двери, и подошел к постели. Он взбил подушки и разложил одеяло таким образом, чтобы заглянувшему в комнату показалось, что в постели кто-то есть.
— А теперь, Ваше Величество, — громко сказал он, беря в руки маленькую арфу и тронув пальцами ее струны, — пусть сон скользнет к вашим глазам, а я тихонько напою вам колыбельную.
15. Тассельхоф, единственный и неповторимый
Несмотря на ужасную боль и отчаянно неудобное положение, рыцарь Герард был доволен тем, какой оборот приняли дела. В голове у него, там, куда пришелся удар эльфа, словно стучал молот. Его перекинули через седло, как куль с мукой. Кровь пульсировала в висках, нагрудник доспехов врезался в желудок и мешал дышать, кожаные шнуры перетягивали конечности, и те до такой степени онемели, что он совсем не чувствовал своих рук и ног. Он понятия не имел о том, кто напал на них; в ночной темноте он не смог разглядеть их лица, а сейчас, с повязкой на глазах, он и вовсе ничего не видел. Они чуть не прикончили его, и он мог лишь благодарить кендера за то, что остался в живых.
Да, все шло совершенно так, как он намечал.
Расстояние, на которое они удалились от места ночевки, было уже весьма значительным. Герарду же путешествие казалось вообще нескончаемым, он вполне мог представить, что оно длится целые десятилетия и они могли бы за это время по крайней мере шесть раз объехать вокруг всего Кринна. Как обстоят дела у Тассельхофа, он не знал, но, судя по негодующим выкрикам, которые доносились до него откуда-то сзади, тот был в относительном порядке. Затем Герард, должно быть, задремал на какое-то время или потерял сознание, поскольку, когда он очнулся, оказалось, что лошади встали.
Тот, которого Герард принимал за главаря нападавших, в это время разговаривал с эльфами, но говорил он на эльфийском, которого Герард не знал. Было похоже, что они достигли места назначения, поскольку один из эльфов, подойдя к рыцарю, обрезал кожаные веревки, которыми тот был привязан к седлу, и, ухватив за край доспеха, стащил его с лошади и бросил на землю.
— Вставай, свинья, — грубо сказал он на Общем. — Тебя никто не собирается нести. — Затем он сдернул повязку с глаз Герарда и толкнул его в спину. — Марш вон в ту пещеру.
Они ехали всю ночь. Небо на востоке уже порозовело в ожидании рассвета, но никакой пещеры Герард не видел. Перед ним была лишь густая, непроходимая чаща леса, но вот эльф подошел к тому, что казалось сросшимися стволами нескольких молодых деревьев, и раздвинул их. Показался темный проход в скале, а эльф отодвинул в сторону экран из зелени.
Небо с каждой минутой разгоралось все ярче, теперь его цвет на горизонте стал ярко-золотистым и лазурным. Спотыкаясь, Герард пошел вперед, но прежде поискал глазами своего спутника и увидел, что из привязанного к спине пони большого мешка торчат ноги кендера. У входа в пещеру стоял человек в капюшоне и не отрываясь смотрел на него и Таса. Теперь, когда стало почти светло, Герард увидел, что из-под накидки виднеются черные одежды мага. Рыцарь все больше и больше убеждался в том, что его план удался. Теперь оставалось надеяться только на то, что эльфы не убьют его прежде, чем он успеет объяснить им, в чем дело.
Пещера размещалась внутри небольшого холма на опушке густого леса. Герард подумал, что они находятся не в самой чаще, а неподалеку от жилья эльфов, может быть, даже поблизости от города. До него доносился тихий перезвон колокольчиков, тех очаровательных цветов, которые эльфы любят высаживать на подоконниках своих домов и соцветия которых издают мелодичный звон, когда их касается дыхание ветра. Он ощущал также запах свежеиспеченного хлеба. Бросив взгляд на восток, он утвердился в своем предположении, что они всю ночь шли на запад и теперь находятся если не в самом Квалиносте, то в его окрестностях.
Человек в капюшоне вошел в пещеру. Двое эльфов последовали за ним, один из них нес брыкавшегося кендера, все еще укутанного в мешок, а другой шел позади Герарда, подталкивая его мечом. Остальные эльфы, участвовавшие в похищении, в пещеру не пошли, а растворились в лесу, уведя с собой пони и вороного. Ступив на порог пещеры, Герард мгновение помедлил, оглядываясь, но, получив сильный толчок в спину, почти упал вперед.
Темный узкий проход вел в небольшую пещеру, освещенную пламенем светильника со сладко пахнувшим маслом. Эльф, несший мешок с Тасом, бросил его на пол, и кендер немедленно принялся извиваться, визжать и брыкаться внутри мешка. Тогда эльф пнул мешок ногой и сурово сказал, что его вынут, когда будет нужно, и то только если он будет себя вести как следует. Эльф, присматривавший за Герардом, опять толкнул его в спину.
— На колени, свинья, — грубо приказал он.
Герард упал на колени и поднял голову. Теперь он отчетливо видел лицо человека в накидке, так как тот склонился над ним и сам мрачно его разглядывал.
— Палин Маджере, — у Герарда вырвался вздох облегчения, — мне пришлось проделать долгий путь, чтобы увидеться с вами.
Палин поднес факел поближе.
— Герард Ут-Мондар. Я так и думал, что это вы. Но с каких пор вы стали Неракским Рыцарем? Объясните покороче и побыстрее, ибо, — тут он нахмурился, — как вы знаете, я не люблю проклятых Рыцарей Тьмы.
— Да, господин. — Герард неуверенно поглядел на эльфов. — Они знают наш язык?
— И язык гномов, и Общий, — отвечал Палин. — На любом языке я могу приказать убить вас, и приказ будет немедленно исполнен. Повторяю, рассказывайте о себе как можно быстрее. У вас всего одна минута.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
