- Ты не выдержишь этого, если он будет в таком состоянии, - убежденно сказал Люциус, хотя Снейп и сам это понимал. Он посмотрел вниз, на рыдающего в его руках котенка. Если Амрису необходим секс, то Гарри как раз подходит. Его захлестнула ярость. Люциус обнажил клыки. Кто бы ни сделал это, он заплатит. Он встал, направляясь к груде шкур, наваленных на его кровати. Будь проклят тот, кто сделал это. Он опустил Гарри на кровать. Это разрушало все устои его жизни.
- Принесите моего Второго ко мне, - сказал Люциус тусклым голосом, голосом, который резал и мог ранить того, кто опрометчиво окажется поблизости. Грэйм и Джонас заколебались - Грэйм поднял взгляд, чтобы увидеть выражение королевского лица - затем подчинились. Король собирался одарить Амриса своим Избранным. Был вынужден сделать это. В комнате повисла зловещая тишина, нарушаемая только ворчанием Амриса и хныканьем Гарри.
Люциус опустил голову, его губы прикоснулись к пылающей щеке его Избранного. Амриса поднесли ближе.
- Гарри, твое избавление рядом. Я нашел то, что тебе нужно, - голос Люциуса был полон такой любви и преклонения, каких Северус не слышал ни от одного мужчины, обращающегося к своему любимому. У него перехватило дыхание. Он взглянул на Амриса. Он хотел быть тем, кто утолит потребности его любовника. Не оставаться в стороне, не стоять здесь, глядя на искусственную страсть и вожделение, не отвечая на них, не облегчая страдание.
Люциус содрал остатки одежды с бьющегося тела Гарри. Лицо короля было маской страдания. В его светлых глазах застыл лед.
Грэйм пытался контролировать свою собственную реакцию. Всё, что ожидает Второго и Избранного, должно быть сделано с радостью. Не насильно. Его сердце истекало кровью.
* Глава 96*
Амрис продолжал вырываться, пока его пытались подтащить ближе к шкурам. Демонстрируя впечатляющую силу, Второй оторвал удерживающих его мужчин от пола и взревел. Он жаждал освободиться, чтобы овладеть лежащим на кровати юношей. Вены на его лбу, шее, груди и запястьях вздулись подобно толстым веревкам, однако Грэйм был безжалостен, продолжая удерживать друга. Он чувствовал, как рядом с ним напряглись огромные мускулы, выдавая то, каких усилий стоит Джонасу сдерживать обезумевшую силу
Второго. Белый вер-леопард предупреждающе зашипел, когда ему не позволили прыгнуть к жертве. Вырастающие когти скрипнули, словно ножи, пронзающие кожу. Стремясь погрузить свои клыки в ближайшее к нему уязвимое тело, Амрис изогнулся настолько стремительно, что удар лишь чудом не достиг цели.
- Не позволяйте ему освободить руки. Он не должен повредить Гарри, - сказал мужчинам Люциус, стараясь удержать мечущегося на шкурах юношу. Амрис вырывался, не узнавая ни короля, ни Избранного, чей запах приводил его в возбуждение. Его голова запрокинулась, нос вздернулся, с силой втягивая воздух. Он рванулся вновь, на мгновение приподнимая с полаобоих, Грэйма и Джонаса, прежде чем с грохотом уронить обратно.
- Нет. Так его контролировать бессмысленно, - нахмурился Люциус, и Снейп подтвердил:
- Бешенство не позволяет ему понять, кто его держит, - он шагнул ближе, сдержано - Это не благородная светлая магия, это целенаправленное воздействие. Злоумышленник рассчитывал, что все произойдет быстро, яростно и жестко. Он не предполагал, что в комнате окажется кто-то еще, - зельевар не позволил эмоциям отразиться в голосе, хотя ему безумно хотелось выплеснуть свое возмущение тем, что кто-либо смеет делать подобное с его Амрисом. Он тяжело сглотнул.
- Ты прав. Может быть, оглушить его? Желание ослабеет со временем? - спросил король, глядя, как борются два близких ему человека. - А возбуждение Гарри? Заклинание может рассеяться само собой?
Снейп только качнул головой:
- Нет, Люциус, со временем их жажда и безумие только усилятся, - он внезапно охрип, из голоса исчезли столь привычные богатые плавные интонации, несмотря на старание зельевара контролировать свои эмоции. Он прочистил горло и попытался снова: - В этом состоянии он может непредумышленно ранить Поттера. Позволь мне снять его напряжение, прежде чем он пойдет к Избранному, - голос мага стал приглушенным. Снейп внезапно покраснел, его обычно бледное лицо залилось краской стыда. Он желал уединения, но его не было. Он не мог допустить, чтобы Амрис страдал, если существует способ облегчить его мучения.
- Хорошо, - дал свое благословение Люциус. - Кэйтас, подойди, встань ближе. Смотри. А ты, маг, будь осторожнее, я бы не хотел, чтобы тебя ранили, - он повернулся назад к Гарри, чье возбуждение становилось все сильнее. Король утробно заурчал, и снова провел рукой по телу юноши, зная, что должно произойти, и не желая упускать ни одного шанса. Его смазанные пальцы скользнули в тело молодого человека.
Люциус терпеливо погружал свои пальцы в теплую глубину, заботливо расслабляя Гарри, заполняя его так сильно, как только мог, и юноша немедленно ответил дрожащим вскриком и вторым оргазмом. Но это не ослабило его эрекцию. Глаза под прикрытыми веками закатились. Пот покрывал лицо и тело Гарри, его бледную кожу, гладкую и блестящую, как слоновая кость. Люциус позволил своим пальцам остаться там, где они находились, желая, чтобы молодой человек расслабился, но телу Гарри не становилось легче, возбуждение не ослабевало. Он застонал. Люциус склонился, целуя его, но Гарри отвернулся, покачивая бедрами, требуя не ласки, а секса. Дикого, безудержного, грязного секса. Больше проникновения, больше силы.
Заботливые руки Северуса легли на бедра его мужчины. Грэйм и мощный охранник с трудом сдержали Амриса, когда его великолепное тело подалось вперед, навстречу этим опытным прикосновениям. Из горла вер-леопарда вырвался требовательный крик, крик дикого чисто звериного желания. Амриса втащили на кровать и уложили на груду шкур рядом с королем и Гарри. Северус Снейп опустился на колени между ног мужчины. Настало время доказать, насколько он его любит. Грэйм и охранник встали по бокам
от Амриса, прижимая его за плечи к кровати, удерживая руки со смертоносными когтями.
Снейп заставил себя забыть обо всех, кто находился в комнате. Всех, кто с тревогой и заботой наблюдал, как он склоняется над мускулистыми бедрами Амриса. «Сегодня не время для любовной игры, - с горечью подумал маг, - Амрис уже готов взорваться». Это по-прежнему был его Амрис, единственный, кого он хотел. Его любимый страдал, и Северус собирался дать ему избавление. Не тратя времени, Снейп взял в рот длинный золотисто-коричневый член, чувствуя, как тот напряжен от прилившей крови и становится пурпурно-красным, пульсируя с каждым ударом большого сердца леопарда.
Амрис вскрикнул. Долгий, мучительный, яростный звук - и он выгнулся, изливаясь в горло Северуса. Мужчина пытался проглотить все: густое, влажно-горячее, наполняющее его рот, горло, выплескивающее на губы. Он отстранился, вытирая рукой лицо, которое, однако, так и осталось влажным. Кто-то осторожно коснулся его руки, отводя ее в сторону. Кэйтас осторожно уложил мага в изножье кровати, теплый язык скользнул по губам. Мягко, заботливо - не эротично. Помогая очистить лицо, понимая страдания Северуса, зная, что, несмотря на ужасающую ситуацию, к запаху его любовника необходимо относиться с уважением. И эта нежность сломила его.Снейп начал плакать.
