работникам удалось уйти, только заслышав о приближении мятежников? Хотя отступать здесь было особо некуда, разве что вплавь, но склон был слишком крутым. Этот край косы, уходящей в океан, возвышался не меньше, чем в тридцати метрах над уровнем моря. Прыгать вниз было опасно, а сползти получилось бы разве что у опытных скалолазов.
Так или иначе, отсутствие работников студии на своих местах мало что меняло, даже наоборот скорее облегчало задачу. Горн оставил охранять вход два отряда из восьми человек каждый. Старшими вызвались быть Зелёный Ландыш и Серый Тюльпан. Мак не возражал. Ещё два десятка человек он отправил тщательно разведать первый этаж.
Спустя десять минут ему доложили о том, что врага здесь нет, можно было двигаться дальше. Башня состояла из нескольких этажей с офисами и студиями, а часть была выделена под серверные помещения, электрические подстанции, и прочее громоздкое оборудование для усиления сигналов и тому подобное. В общей сложности было десять этажей. На самом верхнем из них, располагалась телестудия центрального канала, откуда Горн и планировал вести вещание, над последним этажом к крыша тянулась к небу громоздкими антеннами, усилителями сигнала и громоотводами.
По мере подъёма наверх на нескольких лифтах, лидер цветов дал распоряжение разведать обстановку на каждом из этажей и оставить на них по четыре человека на страже. Оставшуюся десятку бойцов за революцию он привез с собой на верхний этаж, начиная готовить оборудование к эфиру. В эту группу он постарался включить тех, кто имел техническое образование, либо хоть как-то разбирался в технике и пару крепких мужчин, чтобы заручиться их поддержкой в качестве грубой мужской силы.
Судя по всему, работники не только покинули свои рабочие места, но и создали обстоятельства, всячески препятствующие выходу в эфир. Пока один их технарей готовил камеру, другой занимался светом, третий отправился на крышу, чтобы проверить исправность антенн. Пришлось связаться по внутренней связи с повстанцами, охраняющими прочие этажи с серверами и оборудованием, чтобы те проверили его целостность и убедились в энергоснабжении.
Прошло не меньше часа, прежде чем Горну доложили о готовности выйти в эфир. Он уже начал нервничать и не зря. В момент, отделяющий его и соратников от заветной цели, внизу прогремел взрыв.
– Что случилось? – спросил один из техников, намеревавшийся снимать Горна, как оператор.
– Теперь штурмуют нас, вот что происходит.
33
Рыцарь без принца
Есть дома без дверей, без полов и без крыш,
Без подошвы сапог, без гвардейцев граница,
А есть рыцарь, что спит, как убитая мышь.
«Эй! Пора! Просыпайся! Ты – рыцарь без принца!»
Спина. Ощущение, будто два включённых утюга поставили сверху, чтобы погладить майку прямо на теле, и мало того что выключать не стали, так и вообще про эти треклятые утюги забыли.
Корену хорошо знакомо, что такое пытки. Во время обучения в спецшколе для суперсолдат, он испробовал на себе все виды боли и истязаний, так как эти предметы входили в обязательную программу обучения.
Корен Ид рос в сиротском приюте у старого маяка, всё, что он помнил, так это свою няню, про которую остальные детишки рассказывали страшные истории и этих самых ребятишек и девчонок, которые вечно над ним подшучивали и издевались. Нелегко быть слабым пухленьким мальчиком, у которого никого нет. Но всё это было очень давно. Теперь он взрослый мужчина, даже больше. Он сверхчеловек, прошедший особую подготовку, испытания, в его позвоночник вмонтированы неврологические усилители рефлексов, ганглии вегетативной нервной системы усилены, мышцы оснащены дополнительными волокнами, усиливающими силу сокращений. Но несмотря на все свои модификации он чувствует боль, как и все остальные люди, испытывает эмоции, и ничто человеческое ему не чуждо. Страхи, любовь.
Спину ужасно пекло. Откуда это ощущение? Всё что Корен пытался вспомнить расплывалось. Жара, пустыня, принц. Принц! Идэн! Он вспомнил, вспомнил, как бросился на него, закрывая своим телом. Ид не задумываясь поступил бы так снова.
Когда ему было шесть лет, и он рос в том самом злосчастном приюте, в один из дней, когда лил сильный дождь, и была гроза, он отчётливо это помнил даже сейчас, к ним пришёл человек: взрослый, седой, весь в чёрном. Он осматривал всех детей, как ветеринар лошадей, отбирая их по каким-то качествам, одному ему известным. Маленького Корена он тоже выбрал.
Так началось его обучение в спецшколе. Подробности суровой жизни в тех стенах не особенно хотелось вспоминать. Самое главное, что после первого года обучения, директор этого секретного заведения вызвал Корена к себе в кабинет и показал ему фотографию младенца с рыжим пушком на голове, с яркими пламенными глазами.
– Его зовут Идэн Кор, – сказал директор спецшколы. – Ему сейчас два года, на этой фотографии он ещё младенец, к сожалению других, у меня нет. Этот мальчик – сын короля этой страны, Райдена Кора. Когда ты закончишь обучение – ты станешь его телохранителем, его другом, правой рукой, опорой и судьбой. Цель твоя сейчас – обучаться примерно, впитывать всё, чему тебя учат, отрабатывать навыки на пределе твоих сил, а когда покинешь эти стены – твоей целью будет служить этому человеку. Служить так, будто он часть тебя и без него у твоей жизни не будет никакого смысла.
Директор школы вызывал Корена к себе каждый день вечером после занятий и напоминал эти слова, как молитву. Может он гипнотизировал его или вбивал в голову этот тезис? Это отношение к Его Высочеству, к принцу Идэну Кору, как к продолжению самого себя, пронизывало всего Корена целиком.
«Что же произошло? Где сейчас мой принц? Я защитил его?»
Оглядевшись по сторонам, телохранитель Его Высочества узнал одну из палат дворцового медпункта Мулсатора. Увидев перед собой пульт, он сию секунду нажал кнопку вызова медсестры.
Вместо медицинской работницы в палату вошёл генерал королевской армии Квазарус Мунвойс со скорбным видом на вытянутом бледном лице.
– Очнулся, Корен. Мы – суперсолдаты, быстро исцеляемся. Не сомневался в тебе, но ты ещё не до конца пришёл в норму.
– Что произошло? – Корен, разумеется, помнил, что помог принцу покинуть Мулсатор во время атаки на королевскую свадебную процессию вместе с Рейн и Фаготом. Но он имел ввиду не это, а события предшествующие его непосредственному появлению здесь, в медпункте.
– Ты наломал немало дров, Корен, но не волнуйся за свою судьбу. Королева милосердна и уготовила для тебя помилование, учитывая случившееся. Она понимает, что тебе придется искать новую цель в жизни, и она готова её тебе дать.
От загадок, изливающихся из мерзкого рта Мунвойса, Корена
