элитной охраны монархов и высших начальников. По слухам, тех детей обучали в жесточайших условиях, подвергали пыткам и испытаниям, из которых не все выходили живыми. Почти в самом конце обучения тем, кто доживал до этого дня, делались многочисленные операции по установке неврологических усилителей внутрь позвоночника, ускоряющих все рефлексы, заменяли ганглии вегетативной нервной системы усовершенствованными компьютеризированными аналогами. А также вшивали в мышцы дополнительные волокна, усиливающие их сократительную способность, скорость работы и восстановления. Этот этап тоже не все переживали в силу технической сложности операций, часто осложняющихся инфекциями и фатальными потерями крови. Те счастливчики, которым удавалось проходить все круги ада, становились суперсолдатами. Один из них стоял сейчас здесь, перед Горном, предлагая «честный» поединок.
– Я знаю, кто ты, – сказал Мак, – ты суперсолдат. Я вижу, что тебе не нужны никакие приспособления, чтобы убивать людей голыми руками. Зная свои силы, ты предлагаешь мне честный бой?
– Ты не знаешь даже моего имени, не знаешь моей судьбы, выстрелил в меня безоружного, а ещё обвиняешь в том, что я – нечестный человек? – суперсолдат засмеялся.
– А ты желаешь познакомиться поближе? Что ж, меня зовут Горн Алмази, можешь называть меня Мак. Я лидер сопротивления именующего себя Цветами, но думаю, что ты это и так знаешь. Я борюсь за правое дело. Защищаю народ, борюсь за свою дочь! – Он сказал про Шарлоту, хотя на самом деле, даже не знал на сто процентов жива ли она.
– Меня зовут Корен Ид, я личный защитник принца Идэна Кор. Сейчас я здесь по поручению королевы Эйрин. Я намерен подавить это мятеж. Ты – последний участник сопротивления, оставшийся в живых. Я предлагаю тебе сдаться и предстать перед королевским правосудием.
Эта последняя фраза, сказанная суперсолдатом, рассмешила Горна, доведя до истерики. «Королевское правосудие, видел я его в действии, – Мак всё понял. – Но что же мне делать?»
Горн попробовал нанести Корену удар кулаком, тот с легкостью отразил его, блокировав предплечьем, которое ощущалось стальным. Мак попробовал нанести серию ударов, верхний хук справа, слева, апперкот, подножка, удар ногой с разворота, затем, Горн встал на руки, атакуя ногами, пытаясь попасть по лицу, завершая эту серию кручёным ударом обеими ногами. Но все попытки достать противника блокировались лишь одной левой рукой, твёрдой, как алмаз.
Корен улыбался жалким попыткам Мака.
– Я вижу, что тебя учили в спецшколе для телохранителей. Там, где обучался я, ваше заведение называли интернатом для неполноценных калек.
Эти слова Горна совсем не удивили, он и в самом деле почувствовал себя блохой, которую вот-вот прихлопнут. Инстинкт самосохранения заставил его бежать на крышу телевизионной станции.
Там Мак надеялся спрятаться за одной из антенн, и перехитрить своего преследователя, ускользнув от него по обратному пути и бежать через шахту лифта, которой воспользовался, для своего искромётного появления Корен.
Алмази взбежал по ступеням, прикрыв за собой дверь, антенн было три. Огромные блюдцеобразные сооружения на двухметровых подставках, кубической формы. Выход на эту крышу располагался в центре треугольника, образуемого антеннами. Горн скрылся за ближайшей из них, стоя практически на краю крыши. Эта часть здания выходила чуть вбок от основного корпуса строения, выдаваясь в сторону моря, а эта часть была к нему ближе всего. Поднявшийся Корен закрыл за собой дверь, и, судя по затихнувшим шагам, стал на месте, в ушах лишь ветер свистел, теребящий красный ёжик волос Мака.
– У тебя отсюда есть три выхода, Горн Алмази, – услышал он голос суперсолдата. – Первый, со мной живым, второй, со мной мёртвым, а третий выход – встретить бушующие воды океана и разбиться о них.
«Неплохая идея», – подумал Горн.
Он много раз слышал, что прыжок с такой высоты в воду, это практически то же самое, что прыжок на асфальтированную поверхность. Высота здесь примерно метров двести, может сто пятьдесят, если учесть высокие потолки каждого этажа и уровень самой возвышенности, на которой находится башня.
Однако, ключевым словом здесь является слово «практически». Горн помнил, что высота более ста сорока семи метров не отличается от неё, потому что именно преодолев такое расстояние при свободном падении, человек разовьёт максимальную скорость примерно равную двум ста сорока километрам в час. Были случаи в истории, когда люди падали с лайнеров, потерпевших крушение над водами океана, преодолевая расстояние в десять километров, и оставались живы, а один счастливчик, даже упав на твёрдую почву с высоты более шести километров, остался жив.
Выбирая между смертью в бою, смертью от «королевского правосудия» и мизерным шансом на удачу, Горн находился в растерянности.
С одной стороны, для любого древнего воителя, о которых слагались легендарные песни, могло стать великой честью быть убитым в бою превосходящим по силам противником. Но времена другие, и не живут уже барды, способные писать красивые баллады о героях. С другой стороны, Мак мог бы сдаться и быть казнённым, как его боевой товарищ, Арувн. Испытать те же эмоции перед смертью, разделить его судьбу. Но при этом прослыть навсегда террористом, а не революционером, агрессором, а не освободителем. Третий вариант был самым безумным. Решиться на него было непросто, но только он давал Горну шанс хотя бы мизерный, на то, чтобы еще раз увидеть свою дочь, давал шанс на жизнь.
35
Идэн VII
Идэн находился в мире грёз, по крайней мире ему так казалось. Как понять: спите ли Вы? Как отличить сон от видения или откровения? Точные ответы на эти вопросы принц не знал, ему было известно немногое. В мире грёз мы часто обладаем способностями, которых лишены в мире реальном. К примеру, можем иметь сверхчеловеческие силы, видеть мечты, осуществлённые без каких либо на то причин. Чем отчётливее сновидение, чем ярче эмоции и чувства, присущие человеку, чем ближе его самоидентификация к реальному положению, тем тяжелее распознать грань между всеми этими состояниями.
Идэн Кор находился под водой, он ощущал её прикосновение всем телом, от макушки до кончиков пальцев на ногах. Однако он мог дышать, что сразу наталкивало на мысль: «Моё материальное тело не здесь».
Что же касается сигналов, которые подавали органы чувств, будь то тактильные ощущения влаги и выталкивающей силы воды, солёный привкус во рту, свойственный морю, либо океану, мутнеющий вид перед глазами, пузырьки воздуха, устремляющиеся к водной глади, отсутствие запахов или заложенность ушей – всё указывало на то, что принц находится в морской пучине. Его Высочество даже ощущал колебания волн, утягивающую силу океана, загребающую в свои объятия тем сильнее, чем настойчивее ты сопротивляешься.
Взглянув туда, где, как принцу казалось, находится граница водной глади и
