красными щупальцами. Точнее даже не выходили, а выползали. Принц сравнил бы их с кальмарами, если б не рога, множество ярко-жёлтых глаз, смотрящих во все стороны и огромные чешуйчатые крылья, по восемь у каждого из созданий.
Идэн понял, глядя на то, что могло быть их лицами: эти твари довольны. Скорее всего, именно они вызвали гибель этой планеты какими-то действиями.
Ещё одна дверь захлопнулась перед принцем и исчезла бесследно.
«Ну что ж, посмотрим, что скрывается за остальными, может тогда я пойму больше».
Принц открыл третью дверь и ступил на прекрасную мостовую переливающегося тысячью огней города. Невероятно красивые здания сияли драгоценными камнями. По улицам гуляли люди, разодетые в пёстрые одежды, полупрозрачные, местами светящиеся. У всех людей были огненно-рыжие волосы, такие же глаза, смуглая кожа. В небе пролетали драконы, с разных цветов чешуей и перепонками крыльев.
«Это Игнис? Город из легенд о родине моего народа?»
Его Высочество любовался красотой загадочных уличных фонарей, домов, башен и шпилей.
«Значит Игнис и в самом деле существовал? Или моё воображение даёт мне увидеть свои сокровенные мечты воплоти?»
Жители чудесного города мирно общались, приветственно улыбались. Ни малейшего намёка на агрессию или неприязнь. Утопия. Могло ли такое государство существовать?
Если поставить на место этих фантастических людей современного человека, в том виде, к какому привык Идэн, ответ был очевиден – нет. Но если все эти мирные горожане воспитывались с детства с совершенно другим менталитетом? Им прививались другие цели в жизни отроду и ставились в приоритет совершенно другие ценности, могло ли тогда вырасти подобное общество? Нет? Человеческие инстинкты, сходные с таковыми у диких животных, от которых они произошли, никогда не позволили бы родиться и существовать подобной цивилизации… Или да? А всё дело в тех людях, что стоят у власти?..
Вглядываясь в безоблачную высь, Идэн заметил, как что-то опускается на мегаполис, что-то такое же страшное, как рой метеоритов, бомбардирующий поверхность планеты из прошлого видения.
Пугающее нечто из вытянутого летающего объекта, космического корабля, превратилось в огромный глаз, раскрывшийся и пустивший слёзы на благодатное государство. Столбы света, по которым струились сгустки энергии, накрывали весь небосклон. Воспарив над городом, Идэн увидел, как потоки, несущиеся вниз с ужасающего глаза, губят жизнь, поражая даже могучих драконов и кракенов, показавшихся из глубин, иссыхающих от небесных огней океанов.
Страшные мифы о гибели его древнего народа больше не казались принцу частью фольклора. Он собственными глазами увидел конец империи Игниса.
Дверь захлопнулась, все миражи растаяли. Перед Его Высочеством оставалось ещё два прохода, и один за спиной. Не изменяя своей последовательности, Идэн шагнул за следующую дверь.
Он стоял в коридоре, обшитом металлом. Было темно, лишь несколько плохо работающих люминесцентных ламп мигали, слабо освещая задымлённое помещение. Устремившись вперёд, принц оказался в более широком проходе, расположившимся строго перпендикулярно этому. Общая обстановка была прежней, добавились лишь непонятные приборы, мигающие маленькими лампочками.
«Неизвестное оборудование. Ещё один космический корабль?»
Идэн услышал шаги справа по коридору, повернул голову, увидел девушку, белокурую, она робко шла вперёд, опасаясь того, что ждёт впереди. С противоположной стороны открылся проход в иной отсек. Повалил либо пар, либо дым, в котором принц рассмотрел седую тень, медленно и зловеще скользящую в скрывающем себя тумане. Девушка, увидев тень, приняла боевую стойку.
«Неужели она будет сражаться голыми руками? Как безрассудно!»
Пока принц пытался вглядеться в серую тень, он не заметил откуда, но у блондинки в руках появился яркий светящийся меч. Воительница бросилась на врага, а принц вернулся туда, откуда пришёл.
Заглядывая в крайнюю справа дверь, Идэн перенёсся в огромный зал. Сферу, ограждавшая пространство помещения, покрывали изображения гигантских человеческих лиц.
В центре зала из яркой вспышки появилась девушка с каштановыми кудрявыми волосами, одетая подобно карикатурным пиратам.
Одно из лиц на поверхности сферы открыло глаза. Оно заговорило, если это можно было назвать речью. Идэн отчётливо слышал каждый звук, изрекаемый из разомкнувшихся шевелящихся губ, но не понимал ни слова из сказанного. Его Высочество посмотрел на лицо девушки, сделав вывод по её выражению, что та всё понимает. С ней поочерёдно разговаривали разные лица. Одни закрывали глаза, возвращаясь в свой сон, другие вспыхивали жизнью, делясь с гостьей информацией.
Эта иллюзия исчезла так же, как и все остальные, оставив после себя больше вопросов, чем ответов.
Оставалась последняя дверь.
«Что же за ней? Выход? Конец грёз?»
Когда принц шагнул за неё, он почувствовал особый трепет души, пробирающий, готовящий к чему-то крайне неприятному. Идэн оказался в уже знакомой обстановке, идентичной видению с седой тенью и девушкой-блондинкой.
Комната, правда, была просторней, виденных до этого коридоров, но также заполнена туманом, с потолка сыпались мелкие обломки металлической обшивки, а также искры, от оборванных проводов.
Продвинувшись вперёд, принц обратил внимание на человека под завалом. Его волосы переливались, в один момент казались почти белыми, как и кожа, в другой тёмными, как обсидиан, отливали пурпурными, синими и серебристыми бликами. Человек был перепачкан золой, ранен, с множественными кровоподтёками, ссадинами и гематомами на лице. Он не дышал.
«Тоже сражался».
Рассмотрев лицо человека внимательнее, откинув в воображении, все дефекты, приобретённые им в бою, принц узнал в нём бледную копию самого себя. Ком подступил к горлу.
«Нет, это не я. Я истинный наследник жителей Игниса, моя кожа смуглая, волосы рыжие, это не я!»
– Не я! Не я! Не я! – завопил Идэн, проснувшись в своей палате, разорвав ремни, которыми был привязан к кровати. Ему хватило сил и ярости, чтобы поднять корпус и разорвать все оковы, выдернуть капельницу и, почувствовав в себе невероятную энергию, встать.
36
Ванесса VII
Уже третье утро подряд, заканчивающегося отпуска, начиналось одинаково, со встречи лицом к лицу с фаянсовым другом. Ванессу тошнило, хотя она не ела эти дни ничего, кроме фруктов и не пила ничего кроме чая с подорожником.
Во время ночи страсти с Винсентом в момент наивысшего наслаждения она мечтала о том, чтобы его семя прижилось в ней, дав новую жизнь. Протрезвев от любовного дурмана, находясь в токсическом похмелье вероятной беременности, её мнение изменилось. Винс не отвечал на сообщения и звонки, что было для Чейз уже привычным. Не выходил на связь и отец. Стать матерью одиночкой в нынешнее время ей совсем не хотелось.
В мегалополисе бушевал звёздный вирус, королева готовилась к войне. Какое детство может быть у малыша, даже в Верхнем городе, когда все призывают друг друга к самоизоляции.
Выйдя на улицу впервые за последние дни, Ванесса
