воздуха, он смог разглядеть вечернее небо, готовящееся к солнечному закату.
Впереди, примерно метрах в десяти, Идэн заметил что-то, напоминающее человеческое тело. Принц попытался подплыть к нему, но его руки и ноги не отталкивались от воды, как он привык, однако сила его мысли и желания, сопровождающая эти действия, приблизила его к увиденному.
Перед Его Высочеством плыло тело мужчины, лет тридцати пяти на вид, его волосы, которые колебало подводным течением, были окрашены в ярко-красный цвет, заметный даже через мутную воду.
«Утопленник? – сначала подумал Идэн. – Не похоже».
Кем бы ни был тот человек, он нашёл здесь свою смерть. Судя по неестественно колеблющимся конечностям, Идэн заподозрил переломы костей. «Мужчина упал в воду с большой высоты, – понял принц. – Разбился и умер».
Почему он видит его в своём сне?
Из любопытства Его Высочество приблизился своим взглядом максимально к лицу погибшего, и усомнился в своих ранних предположениях.
Было ощущение, будто кто-то включил радио, по которому с искажением и помехами передавалась странная программа, напоминающая человеческие мысли.
«Шарлота, – это было первым словом, которое разобрал принц, оно звучало чётче и громче всего остального шума, исходящего из воображаемого радиоприёмника. – Доченька моя. Папе не переплыть это море, моя кончина близка. Чуда, на которое я уповал, не произошло».
Идэн понял, что человек ещё жив, реален он или нет, а то, что напоминало ему радиоволны – мысли находящегося без сознания человека с переломанными конечностями.
Принцу было жаль умирающего, его судьба казалась предрешенной. От того, что мужчина вспоминал в предсмертной агонии свою дочь, её имя, становилось ещё тяжелее на душе.
«Могу ли я помочь ему? – внезапно промелькнуло в голове. – Я могу двигать своё тело силой мысли в этом мире грёз. Может, стоит попытаться вынести этого человека на берег?»
Принц напрягся, пытаясь сосредоточить все свои мысли на желании воздействовать на тело мужчины, чтобы попытаться сдвинуть его, хоть немного. На секунду показалось, что ему это удалось, но потом Идэн понял, что это всего лишь течение играет с ним злыми шутками. Как Его Высочество не концентрировался, видимых результатов это не приносило. Всё что он мог, это наблюдать. Наблюдать и слышать скорбные мысли обречённого человека с ёжиком красных волос.
«Сиара Хоук, – продолжали исходить от человека мысленные волны, – продолжишь ли ты моё дело? Защитишь ли ты женщин, ушедших вместе с тобой?»
Тело красноволосого мужчины начало всплывать на поверхность. Это могло означать лишь одно, его лёгкие наполняются водой, скоро он умрёт, и последняя радиопередача внутри его мозга закончится.
Принц всплыл вместе с мужчиной, он увидел множество высоких зданий на берегу, косу, выдающуюся в море, на холме с высокой башней на нём. «Это Мулсатор, – понял Идэн. – А точнее его побережье, восточное».
Его Высочество продолжал наблюдать за мужчиной. Его тело стремительно несло волнами океана к юго-западу. Мысли в голове становились неразборчивыми, переходя в белый шум. Принц не покидал красноволосого, двигая себя рядом с ним. Интерес к судьбе этого человека полностью захлестнул его, заставив забыть о своей собственной.
Прошло две-три минуты, Идэн уже успел принять смерть мужчины, но тот начал кашлять, когда его голова оказалась в воздушном пространстве. Воля к жизни заставляла этого человека бороться до последнего. Когда часть лёгких красноволосого освободилась от воды, Его Высочество заметил прерывистое дыхание мужчины, сопровождающееся хрипами. Глаза его были закрыты, и сознание, скорее всего, отсутствовало.
Спустя пару часов, а может и больше. Было трудно следить за временем в мире грёз, Идэн, следуя за течением, нёсшим мужчину на юго-запад, приблизился с ним к каменистому берегу, лишь в нескольких местах покрытому песком, который приносил сюда океан. Принцу показалось, что кто-то кричит что-то с берега, но что именно он не услышал, так как его самого будто выдернула из этого пространства невидимая гигантская рука. Окружение настолько быстро пронеслось по бокам от него, что он не видел ничего кроме разноцветных линий, перемежающихся между собой. А потом Идэн почувствовал, будто падает с невероятной скоростью, но приземление было мягким.
Вздрогнув, он пробудился. Глаза заплыли, голова болела, в теле ощущалась ломота и лихорадочная дрожь. Пошевелить руками и ногами не получалось.
«Я привязан к койке, – понял Идэн. – Что происходит?»
Принц приоткрыл глаза насколько мог, разглядел капельницу с сиреневым раствором, ощутил катетер, вставленный в мочеиспускательный канал и подгузник, натёрший весь пояс, заставляющий преть кожу под собой. Гнетущее ощущение вызывало непреодолимое желание вернуться обратно в мир грёз.
На этот раз Идэн чуть не упал с мотоцикла, едва успев сосредоточить свои мысли на том, что хватает за туловище мужчину, который им управляет. Принц словно сидел сзади, как пассажир, хотя места там на самом деле ему бы не хватило. Посмотрев по сторонам, в клубящейся пыли Его Высочество разглядел множество таких же байкеров, как и тот, за которого он ухватился, мчась по ночной пустыне.
«Это уже интересно, – ощущения были такими же реалистичными, как и во сне про тонущего мужчину, – что я здесь делаю? Что должен увидеть?»
Мотоциклы мчались по пустыни всю ночь, принц находился где-то ближе к центру этой движущейся армады. Попытаться переместиться силой мысли, как он делал это в пучине океана, Его Высочество не осмеливался. Идэн ощущал скорость, с которой двигались мотоциклы, поэтому вся его концентрация уходила на то, чтобы не упасть, если можно было так выразиться.
Спустя часы езды без остановок, на горизонте справа начало вставать солнце, раскрасившее небосклон в привычные рассветные тона. С наступлением утра байкеры остановились. Тогда принц смог лучше осмотреться, куда же его забросили грёзы на этот раз.
Судя по всему, любители вольной жизни со своими железными конями двигались по пустыне на север. На востоке всё ещё был виден Мулсатор. Байкеры начали разбивать лагерь, распаковывая палатки и шатры, готовясь к привалу. Идэн счёл это весьма резонным. В этой пустыне летом температура не опускалась ниже пяти градусов выше нуля ночью, поэтому хорошо экипировавшись в кожаные одеяния, защитные шлемы, очки и повязки, чтобы не обветрило лицо, можно было перемещаться в ночное время с относительным комфортом. А днём отдыхать, прячась от постепенно усиливающегося от рассвета к полудню зноя.
«И всё же, что я здесь делаю? – вновь задумался принц, – не на байкеров же полюбоваться захотел?»
Он начал исследовать растущий на глазах лагерь, заглядывать в уже расставленные палатки и шатры, не находил ничего, что могло бы привлечь его внимание, пока не заметил ребёнка.
Одетая в меховой плащ с капюшоном девочка бегло сняла его, затем сделала то же самое с шлемом, повязкой вокруг носа
