Недооценка немцами сил противника и огромной территории его страны, а также переоценка своих собственных материальных и людских ресурсов в сочетании со стратегическими и оперативными ошибками, виновником которых был в большинстве случаев сам Гитлер (здесь по установившемуся шаблону Бутлар сваливает вину на фюрера. – А. Е.), привели к тому, что все тяготы, перенесенные немецкими войсками, и все их жертвы оказались напрасными»{77}.
Никита Сергеевич Хрущев как в личных беседах с автором этих строк; так и в публичных выступлениях во время войны указывал, что в Сталинградской битве, длившейся более шести месяцев, советский народ и его армия совершили немеркнущий подвиг: нанесли величайшее поражение фашистской армии и добились перелома войны в свою пользу.
Выше мы приводили мнение по этому вопросу И. В. Сталина.
Все изложенное выше еще раз убедительно подтверждает наши доводы о том, что окончательный захват стратегической [469] инициативы и перелом в войне произошел в результате нашей победы под Сталинградом и в дальнейшем он был закреплен в битве под Курском и на Днепре.
С анализом значения Сталинградской битвы и ее места в цепи событий минувшей войны непосредственно связан вопрос о периодизации Великой Отечественной войны и второй мировой войны в целом, поскольку Сталинград явился поворотным пунктом в ходе этих величайших событий в истории человечества. Важно, чтобы при разработке периодизации войны учитывалось то обстоятельство, что Сталинградская битва представляла собой единый комплекс оборонительных и наступательных операций, который при изучении и составлении истории минувшей войны нецелесообразно разрывать, относя части битвы к разным периодам.
Сталинград явился величайшим источником мужества и стойкости для трудящихся всего мира. Все народы по достоинству оценили значение этого подвига и прониклись глубокой любовью к советскому народу, отстаивавшему под руководством Коммунистической партии дело всего прогрессивного человечества. Для народов, стонавших под игом фашистской Германии, Сталинград был яркой вспышкой света во мраке ночи; он стал для них путеводной звездой, ведшей их к освобождению. Вот почему и сейчас, спустя много лет после окончания гигантского сражения, свободолюбивые народы мира хранят светлую память о героях Сталинграда, которые под руководством своих командиров и политработников показали чудеса мужества, выдержали неимоверное боевое напряжение. Не случайно многие приезжающие к нам из-за рубежа стремятся взглянуть на город-герой.
На Сталинградском фронте, как и на других фронтах Великой Отечественной войны, выросли замечательные, крупные военачальники, которые проявили себя не только в боях под Сталинградом, но и в последующих сражениях, в которых они применяли полученный опыт и добивались блестящих успехов в руководстве фронтами, армиями, дивизиями.
Огромная организаторская работа наших командных кадров, направленная к достижению победы, мобильное управление войсками вместе с широко развернутой военно-политической работой дали замечательные результаты. [470]
Громадное значение битвы нашло свое отражение и в том, что она широко освещается в литературе, прежде всего, естественно, в военно-исторической.
О Сталинграде пишут не только участники битвы, но и те, кто не принимали в ней непосредственного участия. Роль Сталинградской битвы как переломного момента в истории заставляет их делать это.
События Сталинградской битвы освещаются во многих книгах, вышедших в Федеративной Республике Германии. Это – Г. Дёрр «Поход на Сталинград», Манштейн «Утерянные победы», Курт Типпельскирх «История второй мировой войны», Гудериан «Опыт войны с Россией». Список подобных трудов можно продолжить.
Не мог не отвести известного места Сталинграду и У. Черчилль в своих мемуарах.
Я не касаюсь здесь многих книг, посвященных Сталинграду, вышедших в странах народной демократии.
О Сталинграде написано много военно-исторических исследований у нас в стране. Однако нельзя признать, что Сталинградская битва освещена уже достаточно полно.
Широкое отражение нашел Сталинград также в художественной литературе. Здесь без труда можно перечислить десятки книг. Назовем наиболее значительные: роман Некрасова «В окопах Сталинграда», повесть Симонова «Дни и ночи», роман Гроссмана «За правое дело», книга А. Коптяевой «Дружба». О Сталинграде пишутся стихи и поэмы, сценарии и пьесы, создаются кинокартины, художественные полотна, скульптуры.
Все это говорит о том, какой глубокий след в сознании человечества оставила Сталинградская битва.
Пройдут века, сотрутся в памяти людей многие события, но человечество никогда не забудет героических дней Сталинградской битвы.
События, благодаря которым по всему свету распространилась слава о советском городе-герое, должны быть широко увековечены.
По решению Центрального Комитета КПСС уже сейчас ведутся работы по строительству на Мамаевом кургане панорамы и памятника-монумента, как и ряда других сооружений, отражающих героику Сталинградской битвы. Это замечательный вклад в дело увековечения победы в этой битве, так высоко оцененной всем прогрессивным человечеством. Но эти сооружения будут находиться [471] в черте города. Для более же полного отражения героики Сталинграда в тех пунктах, которые после внимательного историко-топографического анализа будут признаны наиболее подходящими, следует воздвигнуть ряд мемориальных сооружений. Внешняя форма их должна в наилучшей степени отражать сущность боевых событий, память о которых они запечатлеют на века. Решение этой задачи возможно в плане самых разнообразных скульптурно-архитектурных сооружений. Мне они представляются в виде обелисков. Необходимо, однако, чтобы на них было помещено, кроме обычных кратких мемориальных надписей, и возможно более подробное описание события. Желательно, чтобы это было сделано в запоминающейся художественно-выразительной форме.
Едва ли есть нужда в подробном обосновании необходимости этой работы, ибо те, кто отдал жизнь за счастливое настоящее и еще более светлое будущее нашей страны, за сохранение цивилизации и культуры всей нашей планеты, достойны того, чтобы память о них сохранялась вечно. Важно также и то, чтобы и у нынешнего молодого поколения, наших детей и внуков и у всех будущих поколений было правильное и полное представление о тех поистине исторических событиях, которые ознаменовали собой поворот в кровопролитнейшей из войн, когда-либо пережитых человечеством.
Вот, в сущности, и конец многолетнего нелегкого труда, которым было для меня написание книги, посвященной Сталинградской битве. В ней я изложил то, что видел, то, что пережил, то, что передумал и перечувствовал в дни битвы и после ее окончания. Я всей душой, всем сердцем люблю свою Родину и страстно ненавижу ее врагов; это чувство всегда помогало мне легче переживать тяжелейшие дни боевых испытаний.
Во всех своих переживаниях, мыслях и чувствах я никогда не отделял себя от своего народа, от своей Родины. Невзгоды и горести народа были моим личным несчастьем, его победы и достижения были моим личным успехом и счастьем.
Все шесть месяцев Сталинградской битвы запечатлелись в моей памяти, как действия по боевой тревоге. Все эти шесть напряженных месяцев не было сигнала отбоя солдатам-сталинградцам, они всегда находились в боевом напряжении. Я с ними вместе, как солдат партии, [472] вел напряженную работу на командных пунктах, в штабах и войсках. Когда приходилось бывать у воинов, которым через несколько минут предстояло ринуться в самое пекло сталинградских пожарищ, когда бессонными ночами под гул не утихавших ни на минуту сражений, склонившись над картой, я вновь и вновь искал наилучших оперативных решений, когда сурово требовал от командиров биться до последнего, когда подбадривал воинов, замерших на исходном рубеже для атаки, – всегда со мной было два самых возвышенных и чистых, звучащих как клятва слова: партия и народ. Во всех невзгодах и неудачах войск, тяжелых раздумьях, во всех радостях и победах я чувствовал рядом с собой плечо верного друга-единомышленника, старшего товарища по партии Никиты Сергеевича Хрущева. Его поддержка, советы, умение вдохнуть в человека веру в свои силы были для меня незаменимым подспорьем.
Сейчас, когда и раны давно зажили, и палка, без которой я не мог тогда передвигаться, выброшена, когда и времени уже прошло более полутора десятилетия, вспоминаешь те тяжелые и славные дни победы, и все сталинградцы от командармов до рядовых бойцов представляются мне единой ударной бригадой нашего народа, бригадой, все члены которой были спаяны партией в единый монолит, были неразрывно связаны единством цели, поставленной перед нами партией и народом, – разбить врага, свершить поворот в ходе смертельной борьбы, заложить краеугольные камни будущей победы над врагом. Мне хотелось бы, чтобы все, кто был под Сталинградом, всегда и везде чувствовали себя членами этой бессмертной бригады, всегда были примером доблести, мужества и трудолюбия.
