– И это удивительно! – кивнул Брежнев.
– А вторую часть тоже привезли? – посмотрела на него Нина.
– Что любопытно? – улыбнулся Брежнев – Сейчас сходим покушаем, а там посмотрим, если ничего срочного не вылезет, может сегодня и поглядим!
– Хорошо! – покладисто согласилась Нина – Я только за! Светлые они, добрые, чистые! Прямо на душе хорошо от их песен стало! – заулыбалась она – Прям так захотелось что-нибудь хорошее сделать!
– Хорошее-говоришь? – внимательно посмотрел на неё Леонид Ильич.
– Вот всё-то у вас мужиков одно на уме! – возмутилась шёпотом Ниночка – Я совсем другое мела в виду! – а потом улыбнулась и махнула рукой – Да куда от вас денешься?
Два часа спустя.
– Ну что там Миша? Всё готово? – спросил Брежнев телохранителя.
– Да Леонид Ильич! – ответил он – Нину Андреевну ждём!
– А, Ниночку! – улыбнулся Леонид Ильич – И где это она интересно задерживается?
Тут в кинозал вбежала чуть запыхавшаяся Нини Андреевна.
– Прошу извинить за опоздание! – обратилась она ко всем – Мне медикаменты привезли неожиданно!
– Ничего Нинок! – махнул рукой Брежнев – Не критично! Тем более к нам вот товарищи присоединились!
– Добрый вечер! – поздоровалась она со всеми сразу.
На этот раз к совместному просмотру присоединились товарищи Суслов, Громыко и Лапин. Приехавшие по срочному делу в Переделкино к Брежневу. Дела как раз касались культуры, пропаганды и развития гостелерадио СССР. Вот Леонид Ильич их и усадил рядом, пусть посмотрят и выскажут своё мнение.
По ходу просмотра не один раз прерывались и предавались спорам и обсуждению. Один раз чуть не разругались в хлам, но пришли к компромиссу и продолжили.
Медсестра Нина смотрела на руководителей государства и в её голове крутился только один вопрос, запретят или нет? Запретят или нет?
А дискуссия разгорелась нешуточная, Суслов и Громыко однозначно высказались против, неожиданно Лапин поддержал Брежнева. Приводились самые разные доводы и аргументы, но они никак не могли придти к консенсусу. Наконец спорщики исчерпали себя и решили обратиться к независимым зрителям, медсестре, телохранителям и кинооператорам. Естественно Нина высказалась за, телохранители тоже за ансамбль, а вот кинооператоры предложили сначала досмотреть, а потом голосовать. Демократия блин!
Немного подумав решили досмотреть, а потом решать.
Час спустя.
– И вот этих ребят вы хотите запретить? – возмущённо говорил Брежнев – После их "Ленин-Партия-Комсомол"? Серьёзно? – он внимательно посмотрел в глаза Суслова и Громыко – Да это нужно на всю страну показать! Я такого единения и воодушевления ни разу в жизни не видел! Только на фронте, когда в атаку поднимался! Но там война, а тут мир! Пусть молодёжь увидит, пусть весь мир увидит, какую смену мы себе растим! Пусть знают, что мы можем вырастить ребят, которые лучше всех западных музыкантов играют и поют! Поют наши песни, а не подражают буржуям! Вон как они здорово спародировали эти западные кривляния! Все смеялись и вы тоже! Вот это и есть правда жизни и её надо показать всей молодёжи, всей стране! Это не по бумажке читать, такие чувства нужно уметь зажечь и ребята смогли! Я однозначно за ансамбль и полностью их поддержу! – высказал своё мнение Брежнев и грузно сел.
– Да Лёня! – посмотрел на него Суслов Михаил Сергеевич, член Политбюро ЦК КПСС – Дал ты! Прямо как с трибуны!
– А я полностью поддержу товарища Брежнева! – смело заявил товарищ Лапин Сергей Георгиевич, председатель Гостелерадио СССР – Ребята молодцы и песни хорошие. Не все, но все хорошими и не бывают. Уберём дворовые песни, похабщину и танцы и получится отличный концерт на восьмое марта! – заявил он.
– У них в первом отделении много отличных песен! – робко вмешалась Нина Андреевна.
– Кстати да! – повернулся Брежнев – Вы же не видели первое отделение! Второе отделение полностью танцевальное, а в первом были замечательные песни! Миша! – повернулся он к телохранителю – Попроси Константина включить нам начало первого отделения!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Пара минут! – кивнул Михаил.
– А вообще мальчишка молодец! – вдруг заявил Громыко Андрей Андреевич Громыко, министр иностранных дел СССР – Паренёк который пел под гитару со сцены, как его зовут?
– Тёзка твой! – усмехнулся Брежнев – Андрей Фёдорович Лисицын, в марте будет 18 лет. Сын погибшего офицера, в августе прошлого года переехали в Тюмень. Устроился там работать на завод слесарем, учится в школе рабочей молодёжи в 10 классе. Две сестры двойняшки 13 лет, мать учительница начальных классов в школе! – отчитался Брежнев.
– Молодец какой! – заявил Суслов – Пошёл работать, а я подумал "ногодрыг" очередной! Значит наш, советский?
– Да хороший парень! – потёр бровь Брежнев – Сам музыку пишет, песни. Поёт и играет на многих инструментах. Даже не ожидал!
– Я смотрю ты решил им плотно заняться? – спросил Суслов.
– Викуля в него влюбилась без памяти! – обречённо махнул он рукой – Я ей попытался запретить, так с ней истерика случилась, врачи еле откачали. Сказали нельзя запрещать, психика нарушится. Отправил её с матерью в Тюмень, разбираться, что там и как.
– И как? – заинтересованно посмотрел на него Громыко – Что выяснили?
– А я смотрю парень молодец! – рассмеялся Суслов – Сразу все свои плюсы просчитал!
– Ты не прав Михаил! – отмахнулся Брежнев – Он не знает, что Вика моя внучка.
– О как! – удивился Суслов.
– Хотя теперь наверное знает! – рассмеялся Брежнев – Думаю дочка там навела шороху!
– Да! – покачал головой Громыко – Она у тебя резкая, как бы всё не испортила? Вдруг это тот самый, именно Викин? – посмотрел он в глаза Брежневу.
– Всё готово Леонид Ильич! – подошёл Михаил – Можно начинать!
– Запускай! – махнул рукой Брежнев.
– Там ещё интервью есть с ансамблем, журналисты с соцлагеря брали. Будете смотреть? – спросил он.
– Будем Миша! – решительно кивнул головой Брежнев – Попроси нам чайку принести и к чаю чего пожевать!
– Сделаем Леонид Ильич! – кивнул Михаил.
В зале погас свет и начался повтор первого отделения.
Спустя полтора часа.
– И что скажете? – посмотрел на всех Брежнев.
– Лёня, это словно два разных ансамбля! – покачал головой Суслов – Поразительно!
– А парнишка какой молодец! – посмотрел на Брежнева Громыко – Мне очень понравился, талант!
– Можно сразу на телевидение! – закивал товарищ Лапин – Я бы даже править почти ничего не стал, так жизненно и профессионально ребята выступили! Сразу видно опыт и школу! И песни, как на подбор!
– А что там с электричеством случилось во втором отделении не узнали? – спросил Суслов.
– Узнали! – покачал головой Брежнев – Угнали со стройки экскаватор и порвали кабель, целый квартал оставили без электричества!
– Идеологическая диверсия? – подобрался Суслов.
– Вроде как месть! – усмехнулся Брежнев – Обещали позже подробно проинформировать!
– Месть? – удивился Громыко.
– Я сам пока не всей информацией владею! – отмахнулся Брежнев – Но вроде, как большие деньги там замешаны. Ребята победили на областном конкурсе самодеятельности и в качестве приза получили полный комплект инструментов и аппаратуры для ВИА. Только конкурс должны были выиграть представители местной филармонии, а на аппаратуру и инструменты у них уже был покупатель с Кавказа. Вот дельцы и решили сорвать концерт.
– Это безобразие! – возмутился Суслов – Неслыханно! Совсем ворюги распоясались?
– Ничего Михаил Андреевич! – строго посмотрел в ответ Брежнев – Товарищи работают, а мы проведём публичный суд и накажем виноватых, да и остальные пусть посмотрят и подумают! Предлагаю перекусить и посмотреть интервью с ребятами? Вы как?
– Я за! – кивнул Суслов.
– Я тоже! – кивнул Громыко.
