периодические набеги на чеченские аулы. За храбрость и боевые заслуги командира полка князя СМ. Воронцова даже скупой на похвалы генерал А.Е. Ермолов называл «блистательно смелым» офицером. Он и его жена Мария Васильевна, урожденная Трубецкая, стали прототипами действующих лиц повести Л.Н. Толстого «Хаджи-Мурат».
Князь Воронцов описан в ней как «длиннолицый белокурый полковник с флигель-адъютантскими вензелями и аксельбантами», говорящий по-русски с английским акцентом; княгиня предстает в повести «крупной, большеглазой, чернобровой красавицей».
Награжденный боевыми орденами, произведенный в генерал-майоры, генерал-адъютант князь СМ. Воронцов с супругой возвращаются в Петербург, и в 1856 г. становятся владельцами участка и усадебного дома № 106 на набережной реки Мойки. Здесь и пройдет их последующая жизнь. Сразу же после оформления купчей на приобретение недвижимости на набережной Мойки на Высочайшее имя направляется прошение о выдаче официального разрешения княгине М.В. Воронцовой на капитальную перестройку главного усадебного дома № 106 и расположенных на участке флигелей.
Для этого был специально приглашен знаменитый зодчий Ипполит Монигетти, академик архитектуры и прославленный мастер интерьеров. Монигетти разработал несколько вариантов перестроечного проекта усадебного здания и оформления его фасадов и интерьеров. Все разработанные зодчим проекты дома княгини М.В. Воронцовой представлялись на Высочайшее рассмотрение и окончательное утверждение дважды.
На прошении княгини Воронцовой о дозволении «возвысить надстройкою фасад дома ея в четвертой Адмиралтейской части по набережной реки Мойки» 25 апреля 1857 г. помечено: «Удостоены Высочайшего утверждения».
В соответствии с желанием сиятельной заказчицы зодчий Монигетти оригинально надстроил главный усадебный дом дополнительным вторым этажом, используя крепкие стены старой постройки и полностью сохранив его фундамент. Однако парадный вход в будущий дворцовый особняк и его лестницу зодчий построил заново. Второй дополнительный этаж здания Монигетти украсил солидным прямоугольным аттиком с оригинальным фронтоном, в тимпане которого укрепили изящный вензель владельца – золотую букву «W». Такой же вензель украсил и новую парадную лестницу особняка.
Перед главным фасадом здания, по замыслу Монигетти, соорудили каменную террасу с балюстрадой. Весь комплекс перестроечных работ проводился в период действия нового требования возведения домов в Санкт-Петербурге – ставить их главным фасадом по красной линии. Княгине же Марии Васильевне удалось получить Высочайшее разрешение обустраивать свой дворцовый особняк на прежнем месте, в глубине обширного земельного участка. Исключение из строго соблюдавшихся строительных правил того времени император сделал ввиду особой значимости заслуг знаменитого дворянского рода светлейших князей Воронцовых для Российской империи.
В восторженных публикациях столичных газет и журналов по поводу нового особняка князей Воронцовых на набережной Мойки единодушно отмечалось: «Его фасады отделаны богато, с разными украшениями, пилястрами, тягами и прочим, а его поэтажное членение, пилястры, ризалит, выдающийся центр особняка, балюстрада, мелкая расстекловка окон – явно соответствуют особенностям раннего французского классицизма, так называемого стиля Людовика XIV, довольно часто использовавшегося в строительстве зданий в период эклектики. Фасады особняка достаточно сдержанны, строение кажется небольшим, поэтому трудно себе представить, что за этими фасадами скрываются весьма разнообразные и богато декорированные интерьеры…»
В книге, посвященной жизни и творчеству архитектора И.А. Монигетти, исследователь В.Н. Листов отмечал: «Некоторая сухость обработки зодчим фасадов здания княгини Воронцовой восполнялась живописностью общей асимметричной композиции здания, усложненным абрисом кровли, прорезанной выступами высоких аттиковых этажей». Не увеличивая объема строения, Монигетти сделал по его фасаду вместо одиннадцати – девять окон. После перестройки особняк княжны Воронцовой на набережной реки Мойки, 106, становится двухэтажным на высоком подвале с центральной частью в виде ризалита и высокой крутой кровлей. В боковой левой части дома зодчий предусмотрел дополнительный зимний вход с навесом. Через него теперь можно было проходить в оборудованные каменные пристройки к дому, в которых тогда размещались Концертный зал и Зимний сад княжеского особняка.
К концу 1857 г. на участке дополнительно возвели несколько сооружений хозяйственного назначения (два ледника, оранжерею, цветочный павильон, экипажный сарай, конюшни и постройку для хранения дров).
Зодчий не только сохранил старый сад, но дополнительно устроил в нем фонтан и красивый водный каскад. От набережной реки Мойки усадебное главное здание теперь отделяла красивая металлическая кованая решетка с воротами и двумя фонарями на пилонах входа.
И поныне главным входом в здание является роскошная парадная мраморная лестница с выступающим горельефом, вырезанным по эскизу И.А. Монигетти скульптором Н.А. Ромазановым. Особо выразительна интерьера Концертного зала, освещенного сверху, с хорами вокруг его стен, украшенных затейливыми золочеными решетками и богатой золоченой лепниной. Стены гостиного зала изящно облицованы лионским шелком, закрепленным в золоченых деревянных рамах с резным замысловатым орнаментом.
Интерьер князя СМ. Воронцова обустроили в мавританском духе – с резным мраморным белым камином, позолоченной лепниной стен и арабской вязью росписи потолка.
Угловая приемная, отделанная по потолку и стенам золочеными тягами и орнаментами работы знаменитых мастеров, с декорированными лионским шелком стенами, выглядела довольно представительно и весьма уютно. Остальные помещения особняка также богато украсили редкими сортами мрамора, золочеными деталями и другими предметами роскоши.
Подобная перестройка здания стоила весьма немалых денег, заставивших княгиню Марию Васильевну заложить свой особняк за 250 000 рублей.
Правда, в 1862 г. княгиня Воронцова перезаложила свой особняк Санкт-Петербургскому кредитному обществу на 25 лет за 350 000 рублей.
Воронцовы всегда занимали видное положение в высшем петербургском обществе. Светлейший князь Семен Михайлович в 1862 г. производится в генерал-лейтенанты, а через двенадцать лет становится генералом от инфантерии, награждается высшими орденами и даже поощряется императором ценным подарком – 500 десятинами земли. В его имениях насчитывалось более 26 тысяч душ крестьян.
С домом на набережной реки Мойки связано одно из важных дел в жизни князя СМ. Воронцова – издание уникального 40-томного «Архива князя Воронцова». В роду князей Воронцовых числились талантливые, высокообразованные государственные деятели и известные дипломаты. В семейном архиве князя хранились весьма ценные исторические документы и свидетельства, удостоверяющие личное участие отдельных представителей этого княжеского рода в важных и весьма ответственных государственных делах, политических и военных событиях.
В архиве, доставшемся по наследству князю Семену Михайловичу, хранились подлинники «Записок» Е.Р. Воронцовой-Дашковой, личные бумаги Елизаветы Петровны и иных царствующих особ; материалы о Радищеве, Пушкине, Багратионе, сто личных писем А.В. Суворова, письма Ломоносова, Вольтера, Талейрана, Костюшко и многих иных исторических деятелей разных времен.
На издание «Архива» князь Семен Михайлович не жалел ни времени, ни личных денег. Редактором «Архива князя Воронцова» был приглашен знаменитый археограф, историк, обладавший феноменальной памятью, редкой эрудицией и талантом, книгоиздатель, основатель и редактор журнала «Русский архив» Петр Иванович Бартенев (1829–1912). По справедливой оценке этого опытного профессионала, считается, что опубликованный Воронцовым архив стал «сокровищем редких разнообразных сведений: общеисторических, политических и биографических» для всех изучающих историю России.
Княгиня Мария Васильевна Воронцова становится статс-дамой и продолжает оставаться доверенным
